Джамиль Амиров: первый тарист Азербайджана переложивший мугамы на ноты


Мешади Джамиль Амираслан оглы Амиров (отец азербайджанского композитора Фикрета Амирова) был прекрасным таристом, искусным певцом, талантливым композитором и дирижером. Он внес весомый вклад в историю музыкальной культуры Азербайджана.

Родился Мешади Джамиль в 1875 году в Шуше, получил начальное образование в медресе. Детские и юношеские годы Джамиля прошли в нужде. В двенадцать лет он потерял отца и был вынужден содержать большую семью. Жилось тяжело, но это не могло убить в юноше тяги к музыке, — напротив, с годами она становилась сильней. Он мечтал стать таристом.

На местных свадьбах Джамиль часами, затаив дыхание, наблюдал за певцами и музыкантами. Больше всего его интересовал тар. Он не мог оторвать глаз от пальцев музыкантов.

О его страсти к музыке в Шуше рассказывали такую историю: Как-то играли свадьбу. Следить за самоваром поручили Джамилю. Мальчик, засыпав в заварной чайник чай, поставил его под краник самовара и отвернул ручку. Как раз в этот момент ханенде начал петь его любимую песню. Джамиль весь отдался музыке и совершенно забыл о самоваре. Внимание костей привлек пар, переполнивший кухню и начавший окутывать комнату. Бросившись в кухню, гости обнаружили, что вода из самовара переполнила чайник и льется по полу, а Джамиль в совершенном забытье, замереё, стоит в сторонке.

Джамиль долго не мог осуществить свою мечту — учиться играть на таре. Правда, из дерева он вырезал нечто похожее на тар, натянул на него «струны» из тонкой проволоки и под аккомпанемент своего нехитрого инструмента пытался напевать слышанные им на свадьбах песни.

Мать Джамиля, Мешади Яхши арвад, не воспринимала всерьез увлечение сына и, чтобы обеспечить его будущее, устроила его учеником к портному.

Джамиль учился кроить и шить, начал принимать заказы и вскоре становится одним из самых искусных мастеров в городе. Через некоторое время он открыл свою мастерскую. Число его клиентов росло изо дня в день. Материальное положение Джамиля заметно улучшилось. Но страсть к музыке нцкогда не покидала его. Он продолжал мечтать не о популярности портного, а о славе музыканта-тариста.

Как писал Агеларбек Аливердибеков, первым учителем Джамиля был тарист, который заказал модному портному костюмы для себя и своих сыновей. Придя за готовым заказом, музыкант застал Джамиля за игрой на таре. Проникновенное исполнение народных мелодий понравилось старому таристу, и старый музыкант согласился вместо платы за сшитые костюмы дать ему несколько уроков музыки. Через некоторое время Джамиль как тарист перекрывает свою славу портного.

Джамиль xoтел стать грамотным музыкантом. Помог ему, как и многим другим музыкантам, видный музыковед Навваб, у которого Джамиль брал уроки по теории музыки и принимал активное участие в его музыкальном меджлисе.

Вскоре молодой музыкант вместе с ханенде Зульфугаром стал выступать на народных торжествах в Шуше, а затем в Карабахе, Шеке и Ширване. Он снискал любовь и признание слушателей как тарист и певец.

В 1907 году Мешади Джамиль переехал в Гянджу и сразу же стал играть видную роль в музыкальной жизни города: аккомпанировал  на праздниках Малибейли Гамиду, Мусе Шушинскому, впоследствии Бюль-Бюлю и Сеиду Шушинскому. Его отличало необыкновенно требовательное отношение к себе, к своему искусству.

Ансамбль Мешади Джамиля Амирова. Гянджа, 1909 г.

В начале 1910 года Мешади Джамиль с группой музыкантов был приглашен фирмой «Граммофон» в Ригу. Здесь он наиграл на пластинки ряд мугамов и тюркских песен. Мешади Джамиль все время стремился расширить круг своих интересов. Во время пребывания в Гяндже он научился играть на гармони, кеманче и фортепиано. Его творческие планы были очень обширны.

Джамиль понял, что для того, чтобы стать профессиональным музыкантом, необходимо постичь нотную грамоту, получить музыкальное образование. С этой целью в 1911 году он едет в Турцию, в Стамбул. Там Мешади Джамиль прожил два года, получил систематическое образование: овладел нотной грамотой, познакомился с произведениями европейских и восточных композиторов.

Он проявил себя пламенным пропагандистом азербайджанской музыки. Его концерты в Стамбуле неизменно вызывали огромный интерес. Музыкант играл соло на таре, пел классические мугамы и теснифы, выступал с докладами о музыке Кавказа. В стамбульских газетах появились восторженные отзывы о его исполнительском мастерстве.

Влиятельный журнал «Шахбал» напечатал снимок гостя из Азербайджана и большую статью о нем, которую написал известный турецкий музыковед Рауф-бек Екда: «Джамиль-бек,  …один из самых известных музыкантов Кавказа, приехал к нам в гости из Гянджи. Мы с его помощью получили весьма ценные сведения о музыке Кавказа».

Мешади Джамиль первым в истории национальной музыки переложил мугамы на ноты. В 1912 году в Стамбуле он опубликовал в журнале «Шахбал» нотную запись мугама «Хейраты».

Рауф-бек Екда писал: «Мы получили от Джамиля-бека много нотных записей музыки Кавказа, а также этнографические сведения об этой музыке. Джамиль-бек обещал нам, возвратившись из Стамбула на родину, переложить на ноты самые прекрасные песни Кавказа и прислать нам. Мы надеемся вскоре порадовать слушателей песнями Кавказа».

В Стамбуле Мешади Джамиль научился игре на старинных восточных музыкальных инструментах — уде и каноне. Возвращаясь на родину в 1913 году, он взял их с собой.

Обогащенный большим творческим опытом, талантливый музыкант по приезде в Гянджу развивает широкую деятельность, принимает активное участие в музыкальной жизни города. Летом 1913 года он организовывает ряд восточных концертов с участием городских музыкантов. Слушателей пленило его искусное исполнение турецких песен, виртуозная игра на уде и каноне.

Вспоминая об этих днях, ханенде Муса Шушинский рассказывал: «Я знал Мешади Джамиля с детских лет. В Шуше мы были соседями. Он очень рано овладел игрой на таре. Мешади Джамиль прекрасно и с наслаждением исполнял все мугамы. Это был необыкновенно образованный, высококультурный музыкант. На концерте в Гяндже он с таким мастерством и своеобразием исполнял, турецкие песни, что все были в восторге. Когда он играл «Баяты-Шираз» на каноне, слушатели не отпускали его со сцены».

Мешади Джамиль сыграл важную роль в развитии азербайджанского театрального искусства. В Шуше и Гяндже он успешно выступал в операх и опереттах Узеира Гаджибекова в ролях Меджнуна, Зейда, Керема, Рза-бека и других, часто дирижировал оркестром.

Велики заслуги Мешади Джамиля и как композитора. В 1915 году он написал оперу «Сейфаль Мюлюк»; ее первым режиссером был народный артист СССР Сидги Рухулла, который писал: «В 1915 году мы готовили к постановке оперу Мешади Джамиля Амирова «Сейфаль Мюлюк». С этой целью была составлена группа из таких известных ханенде и сазандаров, как Алескер Абдуллаев, Меджид Бейбутов и др. Для роли юной Саадат требовался нежный, обаятельный женский голос. Это очень затрудняло нашу работу. После долгих поисков нам, наконец, указали на юношу,     пользующегося благосклонностью и симпатией у артистов. В народе его называли «Бюль-Бюль» (соловей). Мы вызвали Бюль-Бюля через Мешади Джамиля  Амирова».

Когда Бюль-Бюлю предложили выступить в женской роли, он сначала возмутился: «Как, надеть женскую юбку? Да это же позор для музыканта-мужчины».

Однако после долгих уговоров Мешади Джамиля Бюль-Бюль дал согласие выступить в женской роли. Вспоминая об этом, Бюль-Бюль писал: «Мой близкий друг и учитель тарист Мешади Джамиль написал музыкальную пьесу. Из уважения к своему учителю я согласился выступить в его произведении в роли девушки. В то время из-за нехватки актеров мне дали две роли. В одной сцене я выступал в роли сына визиря, а в другой исполнял роль девушки».

Мешади Джамиль Амиров во время игры на каноне. Гянджа, 1915 г.

После двух гянджинских спектаклей опера «Сейфаль Мюлюк» 3 июня 1916 года была показана в Тифлисе. Оркестром дирижировал Мешади Джамиль. Сидги Рухулла писал, что зрительный зал был переполнен. Кроме азербайджанцев, на представление пришли армяне, грузины и русские. Как музыка, так и игра артистов пользовались большим успехом; опера была показана несколько раз.

После тифлисских гастролей Мешади Джамиль вместе с юным ханенде Бюль-Бюлем отправился на гастроли в Эривань. Эриванские зрители с большой теплотой восприняли нежный голос Бюль-Бюля и прекрасную игру Джамиля.

Вернувшись в Гянджу, Мешади Джамиль организует музыкальные вечера, концерты, ставит спектакли. Он собирал у себя певцов и музыкантов и усердно занимался с ними. В квартире Мешади Джамиля часто проводились вечера мугамов, конкурсы на лучшего певца, и музыканта. Он мечтал об открытии в Гяндже музыкальной школы и не раз обращался с ходатайством об этом к губернатору и даже побывал на приеме у наместника Кавказа. Но все было напрасным. Царские власти всячески препятствовали развитию культуры национальных меньшинств.

Тогда Джамиль Амиров открыл курсы мугама и стал заниматься музыкальным образованием талантливой молодежи. Его труд не пропал даром. Мешади Джамилю принадлежит определенная роль в формировании мастерства таких известных ханенде, как Сеид Шушинский, Бюль-Бюль, Зульфи Адыгезалов и Муса Шушинский.

Бюль-Бюль в своих высказываниях об азербайджанской музыке к ее представителях также давал высокую оценку Мешади Джамилю, которого считал своим первым учителем.

Бюль-Бюль вспоминал: «Когда мне было пятнадцать лет, я вместе с Мешади Джамилем попал как-то на свадьбу. Он стал играть «Махур», я пел. Однако когда я поднялся до «Заминхаре», то вдруг почувствовал, что не могу спуститься в нижнюю тональность. Любой другой тарист на месте Мешади Джамиля ничем не смог бы мне помочь. Но Мешади Джамиль удивительно тонко и мастерски помог мне спуститься в нижний регистр. Тогда я понял, что он, заставляя меня петь, одновременно учит меня.»

После установления Советской власти в Азербайджане Мешади Джамиль вместе с певцом Малыбейли Аскером и кеманчистом Боюк киши Алиевым побывал с агитпоездом во многих городах и селах республики, вел культурно-пропагандистскую работу.

В 1921 году исполнилась мечта Мешади Джамиля: он создал в Гяндже музыкальный ансамбль, став его художественным руководителем и дирижером. В 1923 году сбылась вторая мечта: па его инициативе в Гяндже открылась музыкальная школа. Мешади Джамиль был первым ее директором. В школе он вел занятия по тару и музыкальной грамоте, а также руководил оркестром народных инструментов. Эта школа вырастила не одно поколение талантливых музыкантов.

Мешади Джамиль много сил отдал азербайджанскому национальному театру. Он проявил себя и как исполнитель, и как автор первых национальных музыкальных спектаклей. Его опера «Сейфаль  Мюлюк», а также написанная  позже в 1923 г., оперетта «Намуслу гыз» («Честная девушка») пользовались неизменным успехом у гянджинского зрителя.

В 1924 году оперетта «Честная девушка» была издана отдельной книгой. Через короткое время, ее уже играли в Шуше, Агдаше, Шеке, Барде, Закаталах, Агдаме и Тифлисе.

Однако в историю азербайджанской музыкальной культуры Мешади Джамиль вошел прежде всего как видный тарист. На протяжении многих лет Мешади Джамиль аккомпанировал таким известным ханенде, как Сеид Шушинский, Бюль-Бюль, Муса Шушинский, Малыбейли Гамид и Аскер.

Он был воспитанником школы великого тариста Садыхджана, и одинаково прекрасно играл все мугамы, в совершенстве овладев сложнейшей техникой игры на этом инструменте. Своей игрой он доказал, что на таре можно прекрасно передать тончайшие нюансы мугамата. Мешади Джамиль Амиров 40 лет своей жизни он посвятил делу развития национального искусства. Умер он в 1928 году в городе Гяндже.

По материалам книги Ф.Шушинского “Народные певцы и музыканты Азербайджана”

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.