Как работала судебная система в Азербайджане во второй половине XIX в.


З.Гафарова, Г.Гасанов, Л.Аскерова-Сурхализаде

Во II половине XIX в. развитие капиталистических отношений в России вынудило царское правительство узаконить новые буржуазные принципы судоустройства и судопроизводства. Судебная реформа в России была осуществлена на основе Судебных уставов от 20 ноября 1864 г., которые формально вводили независимость суда от администрации, гласность заседаний, состязательность судебного процесса, институты адвокатуры, присяжных заседателей, выборный мировой суд, нотариат, предусматривали замену сословных судов бессословными.

Судебные уставы ввели институт судебных следователей, апелляционный и кассационный порядок пересмотра приговоров и решений, расширили полномочия органов прокуратуры и т.д. Однако провозглашенные принципы судопроизводства сопровождались такими оговорками, условиями и запретами, которые, в конечном итоге, обеспечили контроль царской администрации над судопроизводством и не позволили водворить в России суд «скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных».

Но даже такую непоследовательную и половинчатую реформу царское правительство вводило на окраинах, в т.ч. и в Северном Азербайджане, крайне медленно и неохотно, с ещё большими ограничениями и непоследовательностью.

22 ноября 1866 г. Александром II были утверждены предположения о введении на Южном Кавказе Судебных уставов 20 ноября 1864 г. Предположения были разработаны специальной комиссией, созданной наместников в 1865 г.

Ссылаясь, по своему обыкновению, на «неразвитость» и «неподготовленность» местного населения, царизм, осуществляя свою колонизаторскую политику, провел на Кавказе судебную реформу с существенными изъятиями и отступлениями от основных принципов Судебных уставов 1864 г. Так, здесь не был введен суд присяжных – Царское правительство утверждало, что население края «заседая в судах, поголовно оправдало бы всех закоренелых преступников», так как тяжкие преступления составляли для них обычное бытовое явление. Однако статистические данные того времени свидетельствуют о том, что в Северном Азербайджане преступность была не выше, чем в центральных губерниях России.

Основная же причина отказа царизма от введения в крае суда присяжных кроется в нежелании допустить местное население к участию в осуществлении правосудия. Другим отступлением от уставов 1864 г. явилось то обстоятельство, что мировые судьи на Кавказе не избирались, а назначались наместником. Причём, в отличие от центральных губерний России, на Южном Кавказе, в т.ч. ив Северном Азербайджане, на мировых судей были возложены как следственные, так и судебные обязанности.

Другими словами, если в Центральной России судебный округ делился на следственные и мировые участки, то в Северном Азербайджане были созданы лишь мировые участки. Министерство юстиции объясняло это тем, что «правительство за отвлечением уже лучших сил на должность мировых судей, затруднилось бы с выбором значительного числа чиновников, которым могла бы быть предоставлена самостоятельная деятельность в качестве судебных следователей, с другой стороны, местные доходы края не позволили бы снабдить каждого судебного следователя переводчиком».

Такое положение министерство оправдывало ещё и тем, что для местно го населения, мол, удобно общаться со своими делами в один судебный орган. Таким образом, край, который приносил царской казне огромные доходы, был объявлен несостоятельным для обеспечения населения следственными органами, что приводило к застою в работе судебных органов и лишало население возможности добиться правосудия.

Вслед за утверждением проекта предположений о применении судебных уставов 1864 г. к Южному Кавказу, наместник представил в Государственный Совет штаты судебных учреждений, которые были утверждены 9 декабря 1867 г. Государственный Совет также постановил ввести с 1 января 1868 г. судебную реформу в округе Тифлисской судебной палаты, куда входили и Бакинская, Эриванская и Елизаветпольская губерния.

В Закатальском округе, где был создан особый мировой отдел с подчинением его Тифлисскому окружному суду, судебные уставы были введены с 18 октября 1868 г. 4 февраля 1875 г. судебная реформа была осуществлена в Дагестанской области с отнесением ее к ведению Бакинского окружного суда.

Система судебных органов на Южном Кавказе включала: а) мировые отделы в уездах, округах, областях и губернских центрах; б) окружные суды в губерниях; в) Тифлисскую судебную палату. В состав мирового отдела входили мировой судья, 2 помощника, секретарь, 2 судебных пристава, 2 переводчика (они же являлись помощниками секретаря).

Ведению мировых судей подлежали все гражданские дела о движимом и недвижимом имуществе ценой не более 2000 руб., мелкие уголовные дела, в отношении которых закон не предусматривал наказания, связанного с лишением или ограничением прав состояния. Мировой суд проводил также предварительное следствие, рассматривал вопросы об опеке, совершал нотариальные действия в местностях, где не было нотариусов.

Круг дел, рассматриваемых в Северном Азербайджане мировыми судьями, был шире, чем во внутренних губерниях России, где гражданские споры могли разрешаться лишь на сумму до 500 руб., а уголовные – предусматривающие денежный штраф до 300 руб., арест до трёх месяцев и тюремное заключение до 15 лет. Приговор мирового судьи являлся окончательным, если наказание не превышало трёх дней ареста, а денежный штраф не превышал 100 руб. Все другие приговоры и решения мирового судьи могли быть обжалованы в окружной суд.

Серьёзным недостатком в деятельности мировых отделов являлась территориальная отдаленность их от большинства населенных пунктов. Циркуляром наместника, изданным в апреле 1870 г., наряду с мировыми отделами в уездных центрах были созданы особые мировые участки со следственной частью при них.

К 1874 г. на Юж-ном Кавказе существовали 38 судебных мировых отделов и 27 особых мировых участков. В Елисаветпольской губернии было создано 5 особых мировых участков: в Елизаветпольском уезде – в Тертере, в Шушинском уезде – в Агдаме, в Нухинском (Шекинском) – в Буме, в Газахском уезде – в Шамшадиле, в Зангезурском уезде – в Мигри.

В Бакинской губернии было учреждено 6 особых мировых участков: в Бакинском уезде – в Баку, в Губинском уезде – в Чичи, в Шемахинском уезде – в Баскале, в Лянкяранском уезде – в Асулы, в Гейчайском уезде – в Кюрдамире, в Джавадском уезде – в Галагаи. В Эриванской губернии было создано 5 особых мировых участ-ков: в Учкилсе – сурмалинский, в Александропольском уезде – Памбакский, в Новобаязетском уезде – дарачичакский, в Нахчыванском уезде – Ордубадский и даралаязский.

И, наконец, циркуляром наместника от 24 июля 1871 г. мировые судьи освобождались от ведения следственных дел там, где были созданы указанные выше особые мировые участки со следственной частью. В них ведение следствия осуществлялось помощниками и кандидатами на должность помощников мировых судей. В 1872 г. предварительное следствие в Бакинской губернии велось 17-ю чиновниками, в Елизаветпольской – 19, в Эриванской – 17 чиновниками. Кроме того, в 1870 г. при каждом окружном суде Южного Кавказа для производства следствий по особо важным делам было учреждено по две должности судебного следователя.

Несмотря на указанные выше циркуляры наместника, направленные на определенную разгрузку и облегчение положения мировых судей, положение, однако, не улучшилось: судьи по-прежнему были завалены большим количеством уголовных и гражданских дел, рассмотрение которых затягивалось на многие годы.

Вышесказанное в определенной мере подтверждается данными о распределении судебных дел в 1874 г. по губерниям Северного Азербайджана:

Количество дел, приходившихся на каждый мировой участок свидетельствует о том, насколько были загружены делами мировые судьи. Внушительным является и количество нерассмотренных к концу года дела. При этом следует учесть, что данные таблицы охватывают лишь один год. В последующие годы численность нерассмотренных дел росла как снежный ком.

К концу XIX в. только в Бакинской губернии в среднем в год поступало примерно 27 тыс. дел, более половины из которых (14 тыс.) оставались нерассмотренными. Не в лучшем состоянии находилась и следственная часть, по данным за 1874 г.:

Недостаточное количество следственных чиновников, отсутствие удобных средств коммуникации лишали следователей возможности вести расследование качественно и в срок. Часто следствие затягивалось на годы, и в конечном итоге прокурор выносил решение о его прекращении.

26 апреля 1883 г. был издан указ императора об изменениях в управлении Кавказским краем. В связи с этим в судебное устройство края были внесены лишь те изменения, которые были обусловлены упразднением должности наместника и передачей судебной части края в ведение центрального управления Министерства юстиции.

Единственным существенным изменением явилось постановление, согласно которому «в тех мировых отделах, в которых по обширности их образованы или будут образованы особые участки, заведование ими на правах мировых судей возлагается на их помощников». Это дало возможность создавать новые судебные учреждения в отдельных частях уездов.

В 1868 г. в каждой губернии на территории Северного Азербайджана были созданы окружные суды: Бакинский, Елисаветпольский и Эриванский. Они являлись высшей судебной инстанцией в губернии, подчинялись Тифлисской судебной палате, кассационным департаментам Сената и Министерству юстиции. Окружные суды учреждались в составе председателя, товарища председателя и шести членов, назначавшихся царем по представлению министра юстиции из местных представителей. При окружных судах состояли также 2 секретаря, 5 помощников секретаря, 2 судебных пристава, 2 переводчика.

Как показала практика, личный состав окружных судов для своевременного и быстрого разрешения дел был крайне недостаточен, что приводило к тому, что из года в год увеличивалось число нерешенных дел, подлежащих рассмотрению окружных судов.

Особенно остро это ощущалось в деятельности Бакинского окружного суда. Еще в начале 1872 г. старший председатель Тифлисской судебной палаты сенатор Старицкий в своем отчете за 1871 г. предлагал увеличить штат Бакинского окружного суда 2-мя членами суда и 1 помощником секретаря. В 1872 г. в Бакинском окружном суде число рассматриваемых уголовных дел достигло 1859, из которых 1680 дел поступило в том же 1872 г. Следовательно, 179 дел остались нерешенными в предыдущие годы.

Кроме того, мировые судебные органы, созданные в Дербенте, Петровске и Темирхан-Шуре в 1875 г. были также подчинены Бакинскому окружному суду, круг действия которого вследствие этого значительно расширился. К тому же, в 1874 г. было утверждено Положение об управлении Закаспийским краем, согласно которому дела, подлежащие рассмотрению суда в Красноводском районе, были отнесены к ведомству судебных учреждений Бакинской губернии.

В Елисаветпольском и Эриванском окружных судах положение дел было также неудовлетворительным. В Елизаветпольском окружном суде в 1872 г. подлежало рассмотрению 2403 дела, из которых в том же 1872 г. поступили 2131; в Эриванской губернии те же показатели, соответственно, составляли: 2662 и 2005.

Окружные суды рассматривали окончательно жалобы на приговоры и решения мировых судей, а в качестве первой инстанции – дела по преступлениям, влекущим за собой лишение или ограничение прав состояния, иски по обязательствам и договорам, а также дела о недвижимом имуществе стоимостью выше 2000 руб.

Окружные суды состояли из четырех отделений: уголовного, искового, апелляционного и межевого. В исковое отделение поступали дела по публичным продажам недвижимых имуществ, опекунские и гражданского порядка. Апелляционному отделению были подведомственны все дела мирового разбирательства, как гражданские, так и уголовные. В межевом отделении были сосредоточены все спорные межевые дела, которые окружной суд, в силу указа 9 декабря 1867 г., обязан был рассматривать в качестве первой инстанции с участием межевых чиновников.

По тому же указу была создания должность прокурора окружных судов с двумя помощниками при каждом из них. В 1871 г. состав прокурорского надзора был усилен еще одним товарищем прокурора. Прокуроры назначались царем по представлению министра юстиции и подчинялись прокурору Тифлисской судебной палаты. Судебные следователи всего округу подчинялись прокурору окружного суда.

Численный состав прокурорского надзора окружных судов был недостаточным для исполнения своих обязанностей, в результате чего создавалось большое накопление нерассмотренных дел, что приводило к нарушению установленного уставом уголовного судопроизводства срока, отведенного для рассмотрения уголовных дел. Наблюдалась также недостаточность прокурорского наблюдения за ведением следствия.

К концу 1872 г. в Бакинском прокурорском надзоре нерассмотренными остались 18% дел, в Елизаветпольском прокурорском надзо-ре – 37,5%, а в Эриванском – 15 % дел.

В связи с этим прокурор Тифлисской судебной палаты направил в Главное управление наместника предложение увеличить личный состав товарищей прокуроров окружных судов. Обосновывал он это тем, что, как показала практика, на одно дело требовалось на каждое лицо прокурорского надзора около 2 дней. Зная, что в Бакинский прокурорский надзор поступает в среднем в год более 2 тыс. дел, в Елизаветпольский – более 3 тыс., а в Эриванский – около 1,5 тыс., то не трудно вычислить количество необходимых рабочих рук.

Исходя из этих расчетов, прокурор Тифлисской судебной палаты предложил увеличить личный состав товарищей прокуроров окружных судов, сверх существовавших уже 3-х товарищей, в Бакинском округе еще на 5, в Элизаветпольском – на 6, в Эриванском – на 3 человека. 20 января 1876 г. царь подписал решение Государственного Совета об увеличении средств, выделяемых на содержание южно-каваказских судебных учреждений. В частности, было решено ежегодно выделять наместнику по 21.450 руб. дополнительно на усиление личного состава судебных учреждений.

Окружному прокурору было предписано не принимать участия в текущих делах. Круг его обязанностей включал: присутствие на общих собраниях в распорядительных и дисциплинарных заседаниях судов, в губернских правлениях, губернских по крестьянским делам присутствиях и губернском тюремном комитете, составление срочных отчетных ведомостей, просмотр обвинительных актов и заключений, составляемых товарищами прокурора, личный, надзор за производством следствий по некоторым особо важным делам, вынесение заключения по судебному обвинению. При окружных судах функционировали также нотариальные архивы, состоявшие из председателя, 2 членов, 1 секретаря и 1 помощника секретаря.

Судебные органы Северного Азербайджана относились к округу Тифлисской судебной палаты, который включал Тифлисскую, Кутаисскую, Ставропольскую, Бакинскую, Елизаветпольскую и Эриванскую губернии. Судебная палата являлась окончательной апелляционной инстанцией для рассматриваемых в окружных судах гражданских и уголовных дел. Для некоторых категорий дел судебная палата была судом первой инстанции (дела о печати, преступлениях чинов-ников, казенном имуществе и т.д.).

Тифлисская судебная палата функционировала в составе старшего председателя, председателей департаментов (уголовного и граж-данского) и восьми членов, назначавшихся непосредственно царем. В 1870 г в Тифлисской судебной палате был введен штат межевого ревизора.

Жалобы на окончательные приговоры и решения Тифлисской су-дебной палаты направлялись в кассационный департамент Правительствующего Сената. Прокурорский надзор, а также выступление в суде, «в качестве защитников интересов правительства и всего общества» возлагались на обер-прокурора Сената, прокуроров и их товарищей при судебной палате и окружных судах.

Все распоряжения по введению в действие Судебных уставов 1864 г. на Южном Кавказе исходили из Главного управления наместника. До 1882 г. общий надзор за судебными учреждениями и должностными лицами судебного ведомства Южного Кавказе осуществлял также наместник, который в данном случае пользовался полномочия-ми министра юстиции.

В кассационный департамент Сената наместник обращался через министра юстиции. После упразднения в 1882 г. должности наместника на Кавказе судебная часть края была передана в ведение Центрального управления Министерства юстиции.

Таким образом, с созданием в 1868 г., в соответствии с судебной реформой, новых судебных учреждений в Северном Азербайджане, существовавшие здесь ранее губернские и уездные суды, а также Палаты Уголовного, Гражданского и Коммерческого судов были упразднены. Из уездных судов дела для нового рассмотрение передавались мировым судьям, а из губернских судов, палат Уголовного, Гражданского и Коммерческого судов в окружные суды.

Подводя итоги, следует отметить, что введением в России Судебных уставов 1864 г. была предпринята попытка заменить старый феодальный суд, основу которого составляло сословное неравенство, новым буржуазным судом, провозгласившим своими основными принципами гласность, состязательность и выборность. Однако и эта реформа, как и другие реформы этого периода в России, носила непоследовательный, половинчатый характер, что выражалось в сохранении зависимости судебной власти от царской администрации, сохранении сословных привилегий путем введения цензов при выборах судей и т.д.

Но и такую реформу, царское правительств, проводившее колониальную политику на окраинах, осуществляло, в частности, в Северном Азербайджане ещё более неохотно и медленно, чем в центральных губерниях, допуская всевозможные ограничения и изъятия из Судебных уставов.

Здесь не был введен суд присяжных. Все должностные лица судебного ведомства назначались правительством: председатели и чле-ны Палаты, председатели и товарищи председателя и члены Окружных судов, прокурор и товарищи прокурора Судебной палаты, прокуроры Окружных судов утверждались императором по представлению наместника, а товарищи прокуроров Окружных судов, мировые суды и их помощники утверждались в должности самим наместником.

Не были введены мировые съезды, которые во внутренних губерниях России избирались и играли роль окончательно апелляционной инстанции для мировых судей. Это означало, что на местах дела разрешались мировым судьей единолично. Серьёзным недостатком осуществления судебной реформы в Северном Азербайджане являлось недостаточность числа центров мирового разбирательства, территориальная отдаленность мировых отделов от большинства населенных пунктов, что значительно усложняло их работу и приводило к накапливанию неразрешенных дел.

Рассмотрение дел затягивалось на долгие годы, велось на непонятном для большинства населения русском языке без учета местных обычаев и особенностей края, что подрывало доверие местного населения к царским судам.

Тем не менее, существовавшая во II половине XIX в. в Северном Азербайджане система местных судебных органов, более, чем дореформенная, отвечала требованиям буржуазного развития общества.

По материалам конференции “Государство и право народов Кавказа”

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.