Мастерство Бюль-Бюля: Шушинец со «стальным горлом» покоряет Москву


Б.Заболотских

В 1920е-1930е годы в Азербайджане, вставшем на путь социалистического развития, многое происходило впервые. Первое приобщение к европейской культуре, первые шаги в развитии национальной профессиональной музыки, первый певец-ханенде, получивший европейское образование, первые азербайджанские оперы…

И вот в конце 1932 года на концерте, посвященном 15-летию Октября, впервые прозвучали первые азербайджанские песни «Комсомолка» и «Мазут», созданные Уз. Гаджибековым в традициях советской массовой песни. Исполнял их уже прославленный азербайджанский певец из Шуши, Бюль-Бюль. Зрителям особенно понравилась «Комсомолка». Песню пришлось даже бисировать. Бурная реакция зала оказалась неожиданной не только для певца, но и композитора.

Поздравляя Бюль-Бюля с успехом, Гаджибеков взволнованно пообещал: “Вот увидишь, какую партию я напишу для тебя в «Кёроглы»!”

В скором времени певец включил в свой концертный репертуар еще одну песню Гаджибекова — «Тебя призывает завод». И все же программа его выступлений расширялась главным образом за счет произведений русских и западных композиторов-классиков. Делалось это с дальним прицелом— Бюль-Бюль готовился к Первому Всесоюзному конкурсу исполнителей.

О проведении в Москве этого необычного для своего времени мероприятия стало известно в начале 1933 года. В музыкальном мире эту новость живо обсуждали. Некоторые подвергали сомнению его нужность. Бюль-Бюль со всем энтузиазмом поддержал идею конкурса. Где еще молодому артисту заявить о себе, как не на таком представительном музыкальном форуме!

Вместе со своим аккомпаниатором В.М.Козловым, прекрасным пианистом, отличавшимся тонким и взыскательным музыкальным вкусом, Бюль-Бюль приступил к подготовке конкурсного репертуара. Программа была обширной и сложной. Она включала рассказ Лоэнгрина (опера «Лоэнгрин» Вагнера), арию Каварадосси (опера «Тоска» Пуччини), арию Неморино (опера «Любовный напиток» Доницетти), песню Левко (опера «Майская ночь» Римского-Корсакова), арию Ашиг Гариба (опера «Шахсенем» Глиэра), романсы Шуберта и Шумана, азербайджанские народные песни. С показом своей программы певец неоднократно выступал в Баку, Гяндже, Нухе (Шеки).

Согласно условиям конкурса первый тур проводился на местах. Соискателей на поездку в столицу оказалось немало. После строгого отбора претендентами остались Бюль-Бюль и В.А.Никольский.

Первый Всесоюзный конкурс исполнителей собрал в Москве в майские дни 1933 года более ста молодых артистов: скрипачей, пианистов, виолончелистов, певцов. Начались прослушивания. Один за другим на сцену поднимались музыканты, имена которых вскоре узнала вся страна: пианист Эмиль Гилельс, виолончелистка Галина Козолупова, вокалисты Зоя Гайдай, Елена Кругликова, Соломон Хромченко, Бюль-Бюль. Победить в этом серьезном творческом соревновании было непросто. Конкурсанты имели в своих программах труднейшие произведения мировой музыкальной культуры.

25 мая 1933 года были оглашены имена победителей Первого Всесоюзного конкурса исполнителей. Среди вокалистов ими стали Зоя Гайдай и Елена Кругликова — первая премия, Бюль-Бюль и Соломон Хромченко — третья.

По настоянию композитора «Шахсенем»Р.М.Глиэра Бюль-Бюль и специально вызванная из Баку Шовкет Мамедова приняли участие в концерте, состоявшемся 5 июня 1933 года в Большом зале Московской консерватории. В нем прозвучали многие отрывки из «Шахсенем». Певец очень волновался, ведь в зале находились видные музыканты столицы. Его исполнение арии Ашиг Гариба произвело огромный успех. Ее пришлось бисировать.

После концерта Бюль-Бюль снова завел разговор с Глиэром о постановке «Шахсенем» на сцене Большого государственного театра в Баку на азербайджанском языке. Композитор с радостью согласился.

Из Москвы Бюль-Бюль возвращался триумфатором. Свой первый концерт в Баку в качестве лауреата он дал в Доме обороны (позднее – Азербайджанская государственная филармония). В программу своего выступления Бюль-Бюль включил различные произведения. Высокое место, занятое на конкурсе, открывало перед ним двери всех театров и концертных залов страны.

В декабре окончательно определилась дата открытия Декады азербайджанского искусства в Москве —5 апреля 1938 года. К творческому отчету в столице готовились композиторы республики, творческие коллективы, профессиональные и самодеятельные артисты.

Ниязи и Бюль-Бюль

Большая подготовительная работа проводилась и в Оперном театре. В декадный репертуар вошли лучшие произведения национальной музыки—оперы «Кёроглы» Уз.Гаджибекова, «Наргиз» М.Магомаева, «Шахсенем» Р.Глиэра и оперетта «Аршин мал алан» Уз.Гаджибекова.

В ходе репетиционных работ особенно большая нагрузка выпала на долю Бюль-Бюля, поскольку он был занят в главных партиях во всех постановках и имел новых партнеров, с которыми требовалось не только наметить общей рисунок роли, выверить все мизансцены, но и творчески воплотить задуманное, обработать все в деталях.

Наибольших затрат творческой энергии потребовала постановка оперетты «Аршин мал алан», музыка которой подвергалась значительной авторской правке. Бюль-Бюль должен был выступать в партии Аскера. Гаджибековскую оперетту певец хорошо знал. В свое время, будучи начинающим артистом, он играл в ней служанку Телли, потом Аскера. Но это было давно. Теперь партию Аскера ему пришлось учить почти заново.

Премьера «Аршин мал алана» с Бюль-Бюлем в главной партии прошла 24 января 1938 года. Помимо него в спектакле принимали участие Г.Гаджибабабеков (Сулейман), С.Мустафаева (Гюльчохра), А.Терегулова (Ася).

Со сцены исполнители нет-нет да и бросали взгляд на правую ложу, где находился автор, чтобы узнать его реакцию, и видя довольную улыбку композитора, облегченно вздыхали. Ради справедливости следует сказать, что Гаджибеков в тот день волновался ничуть не меньше, чем артисты. Четверть века своей сценической жизни оперетта шла в сопровождении симфонического оркестра, и вот теперь было решено заменить его восточным ансамблем для придания музыке особой красочности и тембровой выразительности. Новую оркестровку для ансамбля азербайджанских народных инструментов сделал композитор и руководитель ансамбля Сеид Рустамов.

Новшество было с восторгом воспринято зрительным залом. Специфические «голоса» народных инструментов — тара, кеманчи, зурны — создавали атмосферу подлинно народного действа.

После «спектакля артисты с волнением ожидали критических замечаний композитора. Гаджибеков веселым взглядом обвел исполнителей, окруживших его за кулисами.

Гаджибеков восхищенно взглянул на Бюль-Бюля: «Все играли хорошо. Но лучше всех – старшее поколение. А ты – просто человек со «стальным» горлом. Вчера вечером пел труднейшую партию Кёроглы, а хоть бы что – никакого утомления в голосе!»

На это Бюль-Бюль ответил словами Баттистини, которым он всегда следовал: “Голос утомляется не от длительных занятий и частых выступлений, а от неправильных занятий и неподготовленных выступлений!”

12 февраля 1938 года Бюль-Бюль выступил в партии Альяра в новой редакции оперы Магомаева «Наргиз». В свое время, сразу же после ее премьеры, автор намеревался внести в партитуру существенные коррективы. Однако тяжелая болезнь и скорая кончина помешали композитору осуществить задуманное. В соответствии с пожелениями и наметками это сделал Р.М.Глиэр. Чуткого помощника он нашел в лице молодого дирижера Ниязи, который блестяще подготовил и провел спектакль.

В рамках подготовки к Декаде в Баку в мартовские дни 1938 года состоялся съезд ашугов, в организации которого самое активное участие принимал Бюль-Бюль. В зале Дворца культуры имени 26 бакинских комиссаров собрались сто тридцать ашугов из разных мест республики. И малоизвестные и такие знаменитые, как ашуг Байрам, ашуг Алескер, песни которых разлетались по всей республике.

Съезд открыл начальник Управления по делам искусств Мирза Ибрагимов, крупный литератор и знаток ашугского творчества. Затем слово взял Уз.Гаджибеков, определивший место и значение ашугской поэзии в современном национальном искусстве. После него с докладом «Изучение ашугского музыкального творчества» выступил Бюль-Бюль, который завершил свое выступление исполнением ашугских песен.

В последних числах марта 1938 года представительная делегация деятелей искусства и культуры Азербайджана, насчитывавшая несколько сот человек, поездом отбыла в Москву.

Рашид Бейбутов и Бюль-Бюль, 1953 г.

Мастера московской сцены устроили торжественную встречу участникам Декады. Знаменитый Художественный театр специально для гостей из Азербайджана показал свои лучшие спектакли: «Анна Каренина», «Человек с ружьем», «Поднятая целина». Их тепло встречали на столичных заводах и фабриках.

С первого дня Бюль-Бюль оказался в гуще событий: нужно побывать в редакции газеты «Правда», написать заказанную статью для центральной прессы, выступить по Всесоюзному радио с рассказом об успехах азербайджанского искусства, повидать московских друзей. А главное, конечно, репетиции. Первая из них состоялась 1 апреля 1938 года в филиале Большого театра, где должны были проходить декадные спектакли.

Генеральная репетиция «Кёроглы», назначенная на 2 апреля 1938 года, вылилась, по сути дела, в общественный просмотр. Познакомиться с новой оперой, с мастерством азербайджанских артистов пришли работники московских театров, корреспонденты газет и журналов, сотрудники учреждений культуры.

Опера «Кёроглы» всех покорила. Гаджибековскую музыку находили поэтичной и чарующей.

Несмотря на восторженные рецензии, также отмечалось следующее: Бюль-Бюль создает выразительный образ Кёроглы. Его мягкий и нежный голос в лирических местах звучит очень тепло и приятно. Однако именно лиричность мешает ему передать в полной мере богатырский, героический характер образа“.

Упрек был справедлив. В драматических эпизодах Бюль-Бюль сознательно притушил накал страстей, чтобы поберечь голос. Дело в том, что в день приезда в Москву ему пришлось выступать с речью на митинге на вокзале, говорить под открытым небом на пронизывающем весеннем ветру. К вечеру в горле запершило. Он понял, что простудился и решил провести репетицию не в полную силу.

Ко дню открытия Декады Бюль-Бюль совсем разболелся. Стало ясно, что в таком состоянии ему нельзя выходить на сцену. В театре поднялась паника. Ведь Бюль-Бюль был единственным исполнителем партии Кёроглы. Немедленно из Большого театра вызвали лучших врачей-ларингологов во главе со знаменитым профессором Ф.Заседателевым.

Осмотрев больного, Заседателев выписал рецепт отметил, что Бюль-Бюль после “перенесения гриппа болел острым лоринго-трахеитом и по состоянию своего здоровья петь спектакль не должен.”

За кулисами, где еще недавно звучали голоса, стучали молотки рабочих сцены, воцарилась напряженная тишина. Решалась не только судьба спектакля, но и отчасти Декады.

Бюль-Бюль прекрасно понимал состояние людей, заполнивших артистическую. Своим сиплым, простуженным голосом он объявил, что будет участвовать в спектакле и попросил всех оставить уборную, чтобы отдохнуть и собраться с мыслями.

Вечером 5 апреля 1938 года в филиале Большого театра собрался, как говорится, весь цвет Москвы. На открытие Декады пришли видные советские писатели, артисты.

Вот прошла увертюра, встреченная щедрыми аплодисментами. Зазвучал выразительный хор крестьян «Ширь-полей». Наступил самый волнующий момент для участников Декады — выход Бюль-Бюля.

Бюль-Бюль в Москве, 1959 г.

Всю оперу Бюль-Бюль провел так, будто не для него собирался консилиум врачей. С легкостью он преодолевал все трудности тесситуры, вдохновенно вел свою партию, увлекая за собой товарищей по спектаклю. Неизвестно, какое сильнодействующее средство применил певец, чтобьг вернуть себе голос. А может быть, так подействовало нервное напряжение, и силой воли артист заставил отступить недуг. Как бы там ни было, но произошла чудесная метаморфоза.

А утром в гостиничный номер принесли газеты. Вся центральная пресса сочла своим долгом откликнуться на первый декадный спектакль.

Обстоятельный разбор постановки дала на своих страницах газета «Правда». Статья в «Правде» и положительные отзывы в других центральных газетах вдохновили Бюль-Бюля. Он нашел в себе силы выступить в «Аршин мал алане».

И снова успех.

После выступления 8 апреля 1938 года в «Аршин мал алане» болезнь все же свалила Бюль-Бюля. Почти целую неделю он не покидал гостиничный номер. Все эти дни певец не подходил к инструменту, не пробовал голоса, готовясь выступить в «Кёроглы» в заключительном спектакле Декады, который должен был состояться 14 апреля в Большом театре Союза ССР.

На спектакле в Большом театре Бюль-Бюль выступал, будучи еще не совсем здоровым. Но тем не менее его мастерство было оценено, об артисте из Азербайджана заговорили как о выдающемся явлении в советском музыкальном искусстве.

В своем творческом развитии Бюль-Бюль достиг наивысшего уровня профессионализма, его искусство наполнилось мудрой простотой. Правительство высоко оценило огромный вклад певца в развитие советского музыкального искусства, присвоив ему почетное звание народного артиста СССР. Указ Президиума Верховного Совета СССР появился в центральных газетах 17 апреля 1938 года. Одновременно с Бюль-Бюлем этого звания были удостоены композиторы Узеир Гаджибеков и Рейнгольд Морицевич Глиэр, а также певица Шовкет Мамедова.

Награды Родины получили все участники Декады. Список награжденных занимал почти все газетные страницы. Среди тех, кто удостоивался ордена «Знак Почета», значилась и фамилия певца. Это была вторая правительственная награда Бюль-Бюля. Первую — орден Трудового Красного Знамени — он получил несколькими годами ранее за успешное выступление в опере «Шахсенем».

19 апреля 1938 года состоялось последнее выступление азербайджанских артистов в Москве — в Большом зале консерватории.

Итоги Декады не могли не радовать Бюль-Бюля и его товарищей. Азербайджанское музыкальное искусство вышло за пределы республики. Большой театр решил поставить на своей сцене «Кёроглы». Для дальнейшего развития музыкальной культуры республики советское правительство выделяло крупные средства. Из них три миллиона рублей ассигновались на реконструкцию Азербайджанского театра оперы и балета имени М.Ф.Ахундова, как с 1938 тода стал именоваться Большой государственный оперный театр.

С большим волнением в Баку ожидали возвращения участников Декады. На перроне, на привокзальной площади, на улицах — всюду стояли люди. Состоялся митинг. С украшенной кумачом трибуны, воздвигнутой посреди площади, произносились приветственные речи. Ответное слово сказали Шовкет Мамедова и Бюль-Бюль. После этого на украшенных цветами автомобилях участников Декады развезли по домам.

По книге автора “Соловей из Шуши”

ВСЯ СЕРИЯ:

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.