Ханенде Джаббар Карягдыоглы: первый среди лучших


Джаббар Карягдыоглы известен в истории азербайджанской культуры как выдающийся певец, талантливый композитор, видный музыкальный деятель и поэт-лирик. С его именем связан новый этап развития азербайджанской музыки.

Карягдыоглы родился 31 марта 1861 года в Шуше, в семье красильщика. «Кар ягды» по-азербайджански означает «Снег идет». Говорили, что отец Джаббара Мешади Исмаил был очень молчаливым, замкнутым человеком. Окружающие часто подтрунивали над ним: «Ай, Исмаил, что опять приключилось? Снег, что ли, идет, что ты такой насупленный?» Потом друзья стали звать его просто «Карягды». Джаббар еще в юности взял себе этот псевдоним.

Шуша была торговым городом; более или менее обеспеченные люди отдавали своих детей в школы; свободное от учебы время дети проводили в лавках и мастерских отцов. Мешади Исмаил также мечтал обучить сына ремеслу красильщика. Но Джаббара с детских лет привлекало искусство ханенде. Красильщиком он не стал.

Хотя во второй половине XIX в. в Шуше бурно развивались торговля и ремесла, феодальные отношения еще не ослабли. Здесь строго соблюдались религиозные обычаи и традиции. В городе было 17 мечетей и 6 церквей.

Красильщик Мешади Исмаил был фанатичным верующим и вместе со своими сыновьями (их у него было трое) участвовал во всех религиозных обрядах, которые проходили очень торжественно. Обладатель приятного голоса, Мухаммед — старший сын Мешади Исмаила — в месяц «магеррам» проникновенно исполнял на слова иранского поэта Мохташема элегии в честь имама Хусейна.

Трогательный голос Мухаммеда с детства волновал Джаббара, оставив в его сознании неизгладимый след. Еще не посещая школу, Джаббар мечтал петь так, как брат. Это желание уводило его в мир музыки. Джаббар вместе с братом Мухаммедом получает в школе Харрата Кули первое музыкальное образование.

Вообще Мухаммед сыграл большую роль в жизни будущего певца. Он с детства воспитал в Джаббаре серьезное отношение к музыке, чуткое отношение к классическому и фольклорному наследию народа. Мухаммеда часто приглашали на свадьбы и вечера. Он брал с собою Джаббара, и несомненно, что в формировании будущего великого народного певца эти меджлисы, где он слушал известных ханенде, постигал тайны певческого искусства, сыграли положительную роль.

Джаббар благоговейно внимал голосам таких прославленных мастеров, как Гаджи Гуси, Мешади Иси и Дели Исмаил. Особенно впечатлял его волшебный голос Гаджи Гуси. Маленький Джаббар часто после того, как расходился меджлис, старался подражать певцам, не зная слов. У него нашлись и почитатели: дети, ведя отару на пастбище, просили петь мальчика, восторженно аплодируя ему.

В возрасте десяти лет Джаббар поступает в городскую школу. Его первым учителем был Мирзали — сын известного в Шуше под псевдонимом Сагари поэта Зейнал-Абдина. Мирзали в совершенстве владел фарсидским и турецким языками, был музыковедом с разносторонними знаниями. Услышав голос Джаббара, он решил обучить его пению. До 15-ти лет Джаббар посещает школу Мирзали и берет уроки   музыкальной науки и фарсидского языка. В годы учебы   мальчик писал также стихи и даже участвовал в поэтическом турнире среди своих ровесников.

Однажды в городском квартале «Гурддар» играли свадьбу. Были приглашены известные ханенде того времени Гаджи Гуси, Мешади Иси, тарист Садыхджан, Джавадбек, Алибек оглы и кеманчист Мирза. Шестнадцатилетний Джаббар со своим учителем Мирзали был в числе гостей.

Свадьба была в разгаре. После того как Гаджи Гуси исполнил мугам «Шюштер», а Мешади Иси — «Махур», Мирзали попросил у тамады — поэта Новраса — разрешения спеть юному Джаббару. В сопровождении тариста Джавадбека тот исполнил «Кюрд-Шахназ». Звонкий и чистый голос Джаббара очаровал не только гостей, но и музыкантов. Его успех более всего изумил старого ханенде Гаджи Гуси, который, поцеловав юношу в лоб, обратился к меджлису с такими словами: «В будущем наше место займет он».

Пос ле этого события популярность Джаббара растет. Его приглашают на городские свадьбы. Мешади Исмаила это очень беспокоит, потому что он готовил Джаббара к участию лишь в религиозных представлениях. Отец категорически запрещал Джаббару петь на светских празднествах.

В своих воспоминаниях Карягды оглы писал, что «еще совсем юным он приходил в мечеть Мердинли, пел вместе с Моллой Рза Ала Палаз оглы. Нужно отметить, что Молла Рза Ала Палаз оглы был известным мастером, долгие годы он пел в Иране. Юный Джаббар с интересом перенимал у Ала Палаз оглы науку исполнения классических мугамов, но в то же время продолжал мечтать об участии в музыкальных меджлисах. Однако отец был непреклонен.

О возвращении Джаббара к искусству ханенде тарист Курбан Примов рассказывал: «В то время по соседству с домом Джаббара жил врач по фамилии Смирнов. Врач очень любил Джаббара. Джаббар попросил его помочь ему вернуться к искусству ханенде. Смирнов дал согласие. После этого по сговору с врачом Джаббар прикинулся больным. Он и вправду немного хворал. Джаббар не ест, не пьет, с каждым днем все хиреет, и отец повел Джаббара к врачу. Немного полечив Джаббара, Смирнов говорит Мешади Исмаилу: «Твой сын болен туберкулезом. Это опасная вещь. Если ты запретишь ему петь, болезнь обострится и погубит сына». Услышав слова врача, Мешади Исмаил бы страшно перепуган и с того дня разрешил Джаббару петь».

Так Джаббару удалось вернуться к любимому занятию. Он вновь становится украшением меджлисов. Посла окончания школы Джаббар изучает у известного ханенде Юсифа Шахсенем оглы несколько дястгяхов, ряд старинных азербайджанских теснифов н народных песен.

Джаббар Карягдыоглы стал постоянным участником на родных торжеств и вечеров; повсюду говорили о его блестящем таланте. Знаменитый Садыхджан приглашает его к себе, чтобы испытать юного ханенде. Волшебный тар Садыхджана как бы задавал вопросы, Джаббар отвечал ему соловьиными трелями. После этого Джаббар был принят в ансамбль Садыхджана.

Впервые Джаббар Карягдыоглы выступил с Садыхджаном на благотворительном концерте в шушинском театре Хандемирова. Среди выступающих в тот вечер были Гаджи Гуся и Гашим Кештазлы. В сопровождении Садыхджана Гаджи Гуси исполнил мугам «Чаргях», Гашим Кештазлы— «Баяты-Каджар», а Джаббар — «Хейраты». Собравшиеся восторженно приняли всех ханенде, в особенности юного Джаббара.

Джаббар Карягдыоглы среди азербайджанских музыкантов. Сидят (слева направо): Дж.Карягдыоглы, Давид Сафияров, Мешади Мамед Фарзалиев, Кечачи оглы Мухаммед, внизу Курбан Примов и Саша Оганезашвили. Стоят: хозяева фирмы “Спорт-рекорд”. Варшава, 1912 г.

До 20 лет Джаббар Карягды оглы выступал с Садыхджаном как профессиональный певец лишь на карабахских свадьбах и меджлисах. Вскоре слава Джаббара дошла до Баку, Гянджи, Шемахи, Агдаша и других городов.

О пребывании Джаббара Карягдыоглы в Агдаше рассказывали интересную историю: Однажды далеко за полночь на меджлисе в караван-сарае Гарабека Садыхджан, прижав тар к груди, начал играть «Карабах шикесте», а Джаббар стал вдохновенно петь. Проснувшиеся горожане поднимались на крыши домов и с восхищением слушали необыкновенный голос. Люди начали стекаться к караван-сараю Гарабека. Туда прибыл и обеспокоенный полицейский начальник с казаками. Как ни старались казаки, они не могли разогнать народ. Наконец Джаббар закончил «Шикесте», и люди, убедившись, больше не будет петь, разошлись по домам.

Выступления Джаббара на свадьбах в Баку, Гяндже, Карабахе, Ширване сделали его известным во всем Азербайджане. Вскоре его слава распространилась в Грузии, Средней Азии, даже Иране, куда его приглашали на свадьбу Муртуза Гулу хана, где он выступил с огромным успехом.

Возвращаясь из Ирана, Джаббар со своей группой останавливается на три недели в Эривани, затем успешно выступает на меджлисах в Тифлисе. Тифлисские гастроли длятся три месяца. Красота города покорила Джаббара. После Тифлиса Джаббар Карягды оглы выступал в Поти, Кутаиси и Дербенте.

Как говорилось выше, первый восточный концерт в Азербайджане был организован в Шуше летом 1901 года под руководством драматурга Абдуррагимбека Ахвердиева. Концерт состоялся в театре Хандемирова. В нем принимали участие выдающиеся ханенде и музыканты того времени — Кечачи оглы Мухаммед, Гасым Абдуллаев, Мешади Дадаш, Садыхджан, Мешади Зейнал, Арсен Ярамышев, гости Багдагюль оглы, ашуги Абаскули, Наджафкули и другие.

Продемонстрировав высокое исполнительское искусство, Джаббар Карягдыоглы исполнил на концерте газели азербайджанских поэтов Физули, Гасымбека Закира, Сеида Азима Ширвани и Хуршид Бану Натаван. То, что Джаббар пел на родном языке, во многом способствовало распространению мугамов среди широких народных масс.

Успешные выступления Джаббара Карягдыоглы в восточных концертах и музыкальных сценах увеличивали его популярность. Старожилы Шуши рассказывали, что, заранее узнав, где будет выступать Джаббар, люди разных профессий — кузнецы, башмачники, портные, лудильщики и т.д. – чуть свет стекались к тому месту. Талантливый ханенде в своих выотуплениях всегда учитывал вкус слушателей, старался чувствовать настроение аудитории, Ханенде был очень требователен к себе, стремился глубже изучить родную литературу и поэзию.

В начале XX века в связи с развитием капитализма Баку стремительно рос. Сюда приезжали из Гянджи, Шеки, Шемахи и Шуши многие писатели, поэты, музыканты. Баку привлек внимание и Джаббара Карягдыоглы. Его вторичная поездка в этот город состоялась, когда мастеру было примерно 40 лет. В Баку он пользовался заслуженным признанием, городские ханенде и музыканты группировались вокруг него. Вскоре он создал музыкальное трио, в которое входили, кроме него, тарист Мирза Фарадж Рза оглы и кеманчист Мешади Кули, с которыми он выступал на народных праздниках.

11 января 1902 года в музыкальной жизни Баку произошло замечательное событие: состоялся первый концерт восточной музыки (из четырех отделений); его программа была разнообразной и интересной. Джаббар Карягдыоглы принял участие в этом концерте.

В течение пяти лет — с 1900 по 1905 гг. Джаббар Карягдыоглы вместе с таристом Мирзой Фараджем и  кеманчистом Кули выступал на концертах и меджлисах Баку. В это время на Апшероне почти ни одна свадьба, ни одно веселье не обходилось без Джаббара. Все старались, чтобы украшением их меджлиса стал популярный певец со своей группой. Но Джаббар никогда не старался соблюдать лишь свои интересы, никогда не противопоставлял себя другим.

Ханенде Ислам Абдуллаев рассказывал: «Иногда случалось, что Джаббара в один день  приглашали на 3-4 свадьбы или меджлиса. В таких случаях Джаббар сам рекомендовал хозяину меджлиса своих друзей-ханенде. Неоднократно на меджлисы, куда приглашен был сам, он отправлял меня, Кечачи оглы Мухаммеда и Шекили Алескера. И потом, Джаббар не хотел, чтобы кто-нибудь был на него в обиде. Поэтому иногда за один вечер Джаббар бывал на нескольких меджлисах, пел в каждом один дестгях, чтобы не обидеть хозяина дома. Помню, однажды Кечачи оглы и я пели на одной бакинской свадьбе. Туда нас рекомендовал Джаббар. Вечером, когда должны были привезти невесту, вдруг явился Джаббар. Его появление прибавило веселья…»

Джаббар не довольствовался выступлениями лишь на бакинских свадьбах и меджлисах; его неоднократно приглашали на сцены театров Тагиева и Маилова. Зная, что имя Джаббара привлечет особенно много зрителей, хозяева театров заранее отмечали в афишах выступления Джаббара. Несмотря на все эти успехи, с приходом лета Джаббар всегда стремился в родную Шушу. Каждый летний приезд знаменитого ханенде превращался в народный праздник.

Заслуженный артист Азербайджанской ССР Джалилбек Багдадбеков в своих «Воспоминаниях о Карягдыоглы» пишет: «Приезд Джаббара в Шушу вызывал большую радость. Хозяева свадеб заранее делили его время между собою. Однажды, проходя по базарной площади, я услышал разговор 3-4 мужчин. Они поздравляли друг друга по случаю приезда Джаббара… Когда Джаббар приезжал в Шушу, все горожане выходили ему навстречу и приветствовали его. Они с такой искренней радостью встречались с ним, будто Джаббар приносил счастье – «воду жизни». И вправду Джаббар приносил исцеление больным душам. Во время его пребывания в Шушe все разговоры бывали только о нем».

Кадр из фильма “В царстве нефти и миллионов”. На фото справа налево: кеманчист Мешади Кули, тарист Курбан Примов, ханенде Джаббар Карягдыоглы, пятый слева Гусейн Араблинский. 1916 г.
Впервые на сцене: Как Дж.Карьягдыоглу произвел фурор в Шуше (1897 г.)
О встрече Сергея Есенина с Джаббаром Карьягдыоглу

Революция 1905 года пробудила народы Востока, в том числе и азербайджанский народ. Она создала условия для оживления всех областей общественной жизни. Передовая интеллигенция Азербайджана плодотворно использовала эти условия.

В 1907—1910 гг. в результате совместной деятельности Узеира Гаджибекова, Мирзы Алекпера Сабира, Гаджиаги Аббасова и Джаббара Карягдыоглы в селении Балаханы близ Баку был организован театральный кружок при рабочем клубе, члены которого Мирза Мухтар, Джангир Зейналов, Гусейн Араблинский, Абульфат Вели и Мирзага Алиев часто показывали представления. В антрактах в сопровождении Курбана Примова и Саши Оганезашвили пел Джаббар Карягдыоглы. Иногда Джаббар приглашал в Балаханский клуб своих друзей — Алескера Абдуллаева, Кечачи оглы Мухаммеда, Ширина Ахундова, Арсена Ярамышева и организовывал концерты в пользу бедных студентов и для удовлетворения некоторых нужд школы.

В начале XX века акционерные общества «Граммофон», «Спорт-рекорд» и «Экстрафон» охотно записывали ханенде на пластинки, наживая на этом большие капиталы. Джаббар Карягдыоглы в 1906—1912 гг. по приглашению этих акционерных обществ ездил вместе с Курбаном Примовым и Сашей Оганезашвили в Киев, Москву и Варшаву, чтобы сделать записи.

Грампластинка Джаббара, выпущенная фирмой «Спорт-рекорд», была быстро распродана. Кроме этого, фирма выпустила каталог, в котором указывались теснифы и мугамы, исполняемые ханенде, и были опубликованы их фотографии. На первых страницах каталога была помещена фотография Джаббара с подписью под нею: «Выдающийся ханенде Джаббар Карягды оглы — шушинец». Записывая свой голос, Джаббар с блеском исполнил классические мугамы.

В 1912 году, возвращаясь из Варшавы, Джаббар Карягды остановился в Москве, где дал восточный концерт, в котором приняли участие Кечачи оглы Мухаммед, Давуд Сафияров, Мешади Мамед Фарзалиев, Курбан Примов и Саша Оганезашвили. Успех был так велик, что концерт пришлось повторить.

Около месяца пробыл в Москве руководимый Джаббаром ансамбль сазандаров, выступая на свадьбах и торжествах, Д.Карягдыоглы устроил также вечер в честь студента Московской консерватории Узеира Гаджибекова; собранные деньги были вручены молодому композитору.

Д.Карягдыоглы, также как Гаджи Гуси, Бюльбюльджан, Мешади Иси и другие талантливые ханенде, прошел долгий творческий путь. Он прежде всего был великим мастером мугамата, знал специфические особенности каждого мугамат для перехода от одной части к другой искусно выбирал теснифы.

Джаббар Карягдыоглы всегда тщательно подбирал к каждому мугаму глубокосодержательные газели Хафиза, Физули. Не только на турецком, но и на фарсидском языке он пел с четкой дикцией.

Интересный эпизод рассказывал Джалилбек Багдадбеков: «Однажды в Баку богатый купец справлял свадьбу своего сына. Среди гостей было 10—12 фарсидских купцов. На свадьбе пели Джаббар и еще два других ханенде. Сначала один ханенде спел «Шур», На лицах персидских гостей было недовольство. Они тихо переговаривались друг с другом: «Почему несведущие люди берутся за ремесло ханенде?»… Увидев недовольство гостей, хозяин дома попросил спеть Джаббара. Джаббар начал дестгях «Махур-Хинди» с газели Саади. На лицах гостей появилось оживление, затем изумление. Среди них был некто лет 65—70, с которым все говорили очень почтительно. Когда старик поинтересовался о ханенде, я сказал, что это Джаббар Карягдыоглы. Обрадовавшись, что я говорю по-фарсидски, он задал мне много вопросов о Джаббаре. Из разговора стало известно, что старик музыковед. Он сказал: «Я думал, что после Али из Шираза я более не встречу в мире подобный голос, мастерство. Оказывается, я ошибался…»

К 1910—1915 годам Джаббар Карягды оглы был широко известен на Кавказе, в Иране и Средней Азии. Тысячи людей, живущих в Грозном, Владикавказе, Махачкале, Дербенте и в других кавказских городах, стремились попасть на его концерты. Талантом Карягдыоглы восхищались в Тебризе, Тегеране. Стамбуле, Ашхабаде, Бухаре, Самарканде.

Порою концерты Джаббара устраивались на широких городских площадях или в живописных уголках, садах близ городов, так как невозможно было вместить в зрительный зал всех желающих послушать певца.

Репертуар Д. Карягдыоглы был богат и разнообразен. Интересно, что Джаббар пел песни и на армянском, грузинском, туркменском, узбекском и фарсидском языках. Отправляясь на свадьбы или в гастрольные поездки, Джаббар вынужден был порою месяцами оставаться там, так как народ не отпускал его.

Джалилбек Багдадбеков рассказывал: «В 1911 году в Эривань с местными любителями мы показывали спектакль. В начале лета Джаббар, тарист Ширин Ахундов и кеманчист Кули приехали в Эривань. Когда я пришел повидать Джаббара, у него был старый ханенде по имени Джумшуд. Джаббар сообщил, что он даст один концерт в пользу Джумшуда, и попросил меня подготовить афишу. Не прошло и часа после появления афиш, как все билеты были распроданы. Вечером произошел невиданный случай. Около тысячи зрителей, оставшихся без билетов, требовали билетов. Больше всех упорствовали армянские крестьяне, приехавшие из далеких деревень. После многих трудов в летнем театре объявили второй концерт Джаббара. На другой день было еще больше людей, и я не знал, что делать. Так как ни билетов, ни мест не было, то недовольство оставшихся на улице грозило превратиться в гнев. Тогда Джаббар сам объявил, что будет петь у источника «Хуррам», и все успокоились. На концертах 95% слушателей составляли армяне и азербайджанцы…».

В 1916 году на средства нефтяной компании братьев Пирон в Баку был снят первый художественный кинофильм по роману Ибрагимбека Мусабекова «В царстве нефти и миллионов». Главную роль исполнял выдающийся азербайджанский артист Гусейн Араблинский. Хозяева кинофирмы пригласили Джаббара петь в этом фильме, который с успехом прошел по экранам Закавказья.

По материалам книги Ф.Шушинского “Народные певцы и музыканты Азербайджана”

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.