О нем писал Жюль Верн: азербайджанский ханенде Саттар, певец любви и дружбы


Знаменитый певец Саттар был одним из прославленных и талантливейших певцов своего времени и сыграл исключительную роль в развитии азербайджанской музыкальной культуры.

По некоторым источникам Саттар родился в 1820-е годы в южно-азербайджанском городе Ардебиле. Рано пробудилась в нем страсть к  пению. Уже юношей в родном городе он приобрел известность как талантливый исполнитель азербайджанских и иранских песен. По достоинству оценив красивый и сильный голос Саттара, представители местного духовенства привлекают его к участию в религиозных  процессиях  и церемониях. Он  поет траурные песни, в которых оплакиваются мучения и смерть святых.

Однако и во время религиозных представлений Саттар часто обращался к народным песням. На свадьбах он пел мугамы и теснифы на слова газелей Саади, Хафиза, Физули. Любовь Саттара к творчеству этих великих поэтов Востока побудила его в совершенстве изучить фарсидский язык.

Уже в возрасте 20—25 лет Саттар как ханенде был известен не только в Ардебиле, но и во всем Азербайджане и Иране и пользовался в народе глубоким уважением и любовью. Постепенно он стал отходить от участия в религиозных представлениях, все больше завоевывая популярность выступлениями на народных празднествах и свадьбах.

Это не прошло незамеченным, и ардебильское духовенство начало преследовать Саттара, который, не не выдержав гонений, переезжает в Тебриз и вскоре становится украшением тебризских меджлисов. Слава о его исполнительском мастерстве доходит до Тегерана. Саттара приглашают в шахский дворец. Здесь он живет несколько лет в качестве придворного певца.

В начале 1844 года он переезжает в Нахичевань. Весть о приезде Саттара быстро разнеслась по городу. В его честь устраиваются большие приемы. Все стараются послушать, как поет Саттар.

На одном из нахичеванских меджлисов Саттар знакомится с известным грузинским поэтом Николазом Бараташвили, который с ноября 1844 года по май 1845 года работал помощником начальника Нахичеванского уезда. Бараташвили глубоко любил и ценил азербайджанскую музыку и поэзию.

В письме к своей тифлисской приятельнице Манко Орбелини поэт, сравнивая Саттара с другим ханенде – Джафаром отмечает исключительную красоту голоса Саттара: «… От кого ни получаю письма, все хвалят Джафара. Восхваление это надоело. Не понимаю, почему все пленились им. Спросите о нем у меня. Джафара привез из Ирана Сулейманхан, и он два дня оставался у нас и спел все свои, песни. Кто говорит, что Джафар поет лучше Саттара? Хорошо же они поняли его! А я говорю: Джафар по сравнению с Саттаром поет канонически. Голос Саттара — это божественный дар. При пении он так украшает свой голос, что изумляет человека. Это несравненный голос.»

Бараташвили часто устраивал музыкально-литературные вечера. Помимо Джафара и Саттара, в этих вечерах участвовала также дочь нахичеванского хана поэтесса Гонча Бегим. После отъезда Саттара и Джафара в Тифлис Бараташвили сделал переводы стихов Гончи Бегим на грузинский язык и переслал их Саттару.

В письмах к Орбелини Бараташвили так рассказывает об этом: «…Теперь в Нахичевани на устах новые стихи. Это стихи 18-летней Гончи Бегим, ханской дочери. Исключительно красивая и обаятельная. Мужа не любит. Теперь они расстались, она стремится получить развод. Бедную девушку в 12 лет насильно выдали замуж. Их история — целый роман: в своих стихах она говорит о собственной участи. В одном месте она пишет: «Мой прекрасный сад, мне хочется поговорить с твоими фонтанами и цветами. Но я боюсь, что там окажется мой муж». Я переведу это стихотворение и вышлю. Мне кажется, Саттар знает эту песню. Есть еще одна песня. Очень красивая. Думаю, и Джафар, и Саттар знают ее. Если встретишь их, попроси, чтобы пели эти песни.»

Будучи в Эривани и Тифлисе, Саттар многие годы выступал с армянским мастером-таристом Агамалом Мелик-Агамаловым. Исторические источники свидетельствуют, что в 1850-1860-е гг. видные музыканты и ханенде Индии и Ирана часто выступали в Тифлисе и Константинополе. Проезжая через Эривань, они всегда останавливались в доме Мелик-Агамалова, слушали его игру и сами играли и пели у него. Саттар также нередко останавливался в Эривани в доме Агамала.

В творческой биографии Саттара, как и других закавказских мастеров XIX века, важнейшую роль сыграл Тифлис. Будучи административным и политическим центром Закавказья, он начиная с первой половины XIX века снискал славу и культурного центра. Уже в 1840—1850-х годах в Тифлисе создаются русский, грузинский и армянский театры, позднее ставятся спектакли на азербайджанском языке.

Здесь часто выступала итальянская опера, показывали даже балетные постановки. Кроме того, тифлисская опера имела прекрасный оркестр. В городе существовали свои музыкальные салоны и кружки, часто организовывались концерты и вечера, устраивались народные гулянья. Такие известные ханенде, как Алескер, Аллахверди (прадед Наримана Нариманова), Евангул, музыканты Агамал, Геворк, Алекпер, Сако и Гусейнбала выступали на концертах, народных празднествах и в антрактах театральных представлений.

Ансамбль Саттара. (слева направо): ханенде Евангул, Саттар, кеманчист Геворк. Тифлис, 1850 г.

Музыкальная жизнь Тифлиса привлекала внимание путешественников из России, Западной Европы и Ближнего Востока, производя на них глубокое впечатление. Путешествовавшие по Кавказу во второй половине XIX века Л.Толстой, Александр Дюма, Я.Полонский, И.Сегал, М.Ольшевский, А.Кишмишов и другие передовые люди своего времени в своих заметках о Тифлисе широко освещали музыкальную жизнь города, высоко оценивали искусство ханенде и его выдающихся представителей.

Музыкальная жизнь Тифлиса привлекла и Саттара. Немного пожив в Нахичевани, он переезжает в Эривань, а оттуда в Тифлис. Живя в Тифлисе с весны 1845 года, Саттар становится своим человеком на каждой улице, чуть ли не в каждом доме. Все горят желанием услышать его прекрасный голос. Скоро слава Саттара разнеслась повсюду. Его слушали такие строгие ценители, как М.Ф.Ахундов, Г.Эристави. И Саттар становится все более требовательным к себе.

Трудно переоценить заслугу замечательного ханенде в распространении и популяризации азербайджанской национальной музыки среди народов Кавказа. С пением мугамов м теснифов он выступал не только перед азербайджанскими, армянскими и грузинскими слушателями, но и перед русской аудиторией. Жившие в те времена в Тифлисе русские и итальянские музыканты часто приглашали Саттара выступать на их концертах.

Например, 23 февраля 1847 года известный итальянский скрипач, дирижер оркестра Тифлисского театра Малаголли привлек Саттара к участию в концерте благотворительного общества. Азербайджанский ханенде выступил перед разноязычной публикой с блестящим успехом. По этому поводу на страницах выходящей в Тифлисе газеты «Кавказ» были опубликованы интересные рецензии.

Из исторических источников становится известным, что Саттар играл выдающуюся роль в музыкальной жизни Тифлиса. Историк А.Кишмишов неоднократно присутствовал на вечерах Саттара. Большое мастерство азербайджанского ханенде покорило его. Он писал, что голос Саттара «считался редкостью даже в Иране».

Пение Саттара произвело глубокое впечатление и на известного русского поэта Я.Полонского. Неоднократно слушавший Саттара на азербайджанских, грузинских и армянских свадьбах, не раз присутствовавший на его концертах, поэт воспел его в проникновенном стихотворении «Саттар».

Саттар! Саттар! Твой плач гортанный —
Рыдающий, глухой, молящий дикий крик —
Под звуки чианур и трели барабанной
Мне сердце растерзал и в душу мне проник

Не знаю, что поешь, я слов не понимаю,
Я с детства к музыке привык совсем иной,
Но ты поешь всю ночь на кровле земляной,
И весь Тифлис молчит, и я тебе внимаю —
Как будто из пустынь Востока брат больной
Через тебя мне шлет упрек иль ропот свой.

Не знаю, что поешь, быть может, песнь Кярама —
Того певца любви, кого сожгла любовь,
Быть может, славишь ты кровавый меч ислама —
Те дни, когда пред ним дрожали тьмы рабов…
Не знаю, слышу вопль — и мне не нужно слов!

Я чувствую, что раб иначе петь не может —
И в музыке твоей мне слышен звук цепей.
Саттар! Саттар! Твой плач меня тревожит
Не легче грустных дум об участи людей.

Это стихотворение Я.Полонского впервые было опубликовано в газете «Кавказ» от 15 марта 1850 года, выходящей в Тифлисе. За ним следует заметка редактора газеты О. Константинова о Саттаре.

Вот что в ней сказано: «Саттар — Это известный в Тифлисе иранский (азербайджанский) ханенде. Его приглашают на обеды и ужины, когда собираются повеселиться по-азиатски. Саттара можно также слушать и на грузинских и армянских свадьбах. Кроме Саттара, известны еще два певца; один из них эриванекий житель Алескер, другой — армянин Евангул. Чежду ними есть соперничество и соревнование. Я слушал троих. Отдаю первенство Саттару. Его восторженно-дикие вопли поражая слух европейца новизною, рождают в ого душе странное тревожное чувство.»

Обладая чрезвычайно красивым и редким голосом, Саттар пользовался большим успехом не только на азербайджанских, грузинских и армянских меджлисах, но и на интернациональных концертах, устраиваемых в Тифлисе. Один из таких концертов состоялся 7 апреля 1853 г. Саттар блестяще выступил вместе с известным скрипачом Миллером. И на этот раз газета «Кавказ» не осталась безучастной, высоко оценив исполнительское мастерство Саттара.

10 апреля 1853 года Саттар дал концерт вместе с известным певцом Сеймур-Шиффом. Об этом концерте газета «Кавказ» заранее поместила объявления, а на первой странице под заголовком «Концерты в Тифлисе» опубликовала статью, в которой говорилось: «Весна на дворе: природа сделалась свежей, все покрылось пышной зеленью. Певцы весенние начали свой воздушный концерт. Вчера мы были на великолепном концерте, устроенном театральной дирекцией в пользу бедных. Наконец, послезавтра в пятницу Г.Сеймур-Шифф в свою очередь прощается с Тифлисом. В концерте Г. Шиффа участвует известный наш азиатский певец Саттар, прежний полный хозяин здешней народной  музыки. Он будет петь не отдельно своим особым лагерем, в виду европейской надменной учености и неумолимо-рассчитанных тактов; он сольет свою гортанную песнь с звуками нам свойственными и привычными. Европейская музыка подаст руку азиатской. Таким образом, первый шаг к небывалому музыкальному союзу совершится в концерте господина Шиффа. Нам кажется, что это событие достойно особенного внимания и может послужить к взаимной пользе двух музыкальных начал…»

И далее: «В азиатском пении, в особенности в пении Саттара, таится какая-то первобытная прелесть, основанная на переливах голоса, которые едва ли возможно подвесть под музыкальный ключ — но эти переливы, этот плач и крик возбуждают и слезы, и восторги туземцев, следовательно, в них нечто чарующее, забегающее в душу. Тут, как известно, музыкантами введены разные азиатские мотивы и между прочим песнь муэдзина. Эту песнь споет нам Саттар – то есть настоящий азиатский певец, впервые поднявшийся до ученой гармонии.»

Большую славу принесли Саттару и мугамные концерты, которые он давал в Тифлисе в 1860-х годах. Репертуар Саттара был обширен и разнообразен. Он с исключительным мастерством исполнял такие сложные и трудные мугамы, как «Раст», «Чаргях», «Сегях», «Дашти», «Рахаб», «Баяты-Исфаган». Кроме того, Саттар с большим мастерством исполнял грузинские и армянские песни.

В 1860- годах признанный ханенде часто выступает в антрактах представлений в грузинском и армянском театрах. И всюду ему сопутствует успех и слава.

Саттара часто приглашали не только на народные празднества, но и на официальные приемы, которые устраивались у кавказского наместника в честь русских императоров, иранских шахов, турецких султанов и т.д.

Саттар часто бывал у известного музыковеда Махмуда Аги, много пел на его меджлисах. У Махмуда Аги Саттар познакомился с выдающимся азербайджанским поэтом Сеидом Азимом Ширвани. Последний в своих стихах неоднократно упоминает имя знаменитого певца.

Исполнительское искусство Саттара получило признание у многих деятелей того времени. Высоко отзывался о мастерстве ханенде Саттара М.Я.Ольшевский в своих «Записках о Тифлисе», где он называет Саттара «известным певцом, восхищавшим грузин своим пением.»

«Лучшим певцом своего времени» назвал Саттара автор книги «Кавказская музыка» В. Д.Карганов. Известный писатель Жюль Верн в своей книге «Клодиус Бомбарнак» («Клодиус Бомбарнак. Записная книжка репортёра об открытии большой Трансазиатской магистрали (Из России в Пекин)» пишет о том, что знаменитый певец Саттар «обладал сильным голосом, брал самые высокие ноты и публика всегда его щедро награждала

Образ певца был воссоздан в художественном фильме «Сабухи», поставленном на Бакинской киностудии в 1941 году. Имя Саттара было популярно не только в музыкальном мире Тифлиса, но и в широких кругах населения. И не случайно везде и всюду называли его певцом любви и дружбы.

По материалам книги Ф.Шушинского “Народные певцы и музыканты Азербайджана”

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.