Женский вопрос в азербайджанском обществе (начало XX века)


Женский вопрос в азербайджанском обществе в начале XX века стал актуальным в силу нескольких причин. Женский вопрос в этот период выдвинулся на первое место во многих странах мира. Женщины этих стран вели борьбу за свои права. Разница заключалась лишь в том, что в развитых странах, где женщины имели определенные гражданские права, борьба шла за дальнейшее их расширение, до получения политических прав. В менее развитых странах борьба за равноправие женщин шла совместно с общей борьбой за демократическое развитие общества.

Причинами, повлекшими за собой появление «женского вопроса» в Азербайджане явился низкий правовой и социальный статус женщин, неразвитая система женского образования, дискриминация прав женщин. Но положение женщин было тяжелым и в предшествующие периоды, поэтому актуализация женского вопроса могла быть больше связана с экономическим развитием Азербайджана.

В начале XX века в Азербайджане движение за женское равноправие и приобщение женщин к общественной деятельности вначале носило культурно-просветительский характер.

Постановка в исламском мире вопроса о равенстве полов, как и оценка межполовых отношений, формировались к этому времени под влиянием европейских критериев. Неравенство существовало в среде, в которой различные формы доминации, т. е. господства и подчинения, считались нормой (подданные и отец-государь, бек и райяты, родители и дети, муж и жена, невеста и свекровь) и предусматривали сложную взаимосвязь прав и обязанностей. Многие века это положение устраивало.

Экономическое основание идеям капиталистической модернизации в Азербайджане придала индустриализация Баку и Бакинского района. В 1872 году была ликвидирована откупная система в нефтяной промышленности, что обусловило беспрецедентный всплеск деловой и трудовой активности. За два десятка лет произошли головокружительные перемены: завершился переход к машинной индустрии, началась техническая реконструкция всех областей нефтяного дела – возникла «мазутная республика», чья неписанная «конституция» базировалась на экономически мощной, организованной в одно целое передовой промышленности на небольшой территории Апшеронского полуострова.

Ни один город в мире не развивался столь стремительно как Баку. По добыче нефти в 1898-1901 гг. он занимал I место в мире. С 1876 по 1914 годы добыча увеличилась в 70 раз. Постепенно росло экономическое влияние европейцев, в первую очередь англичан. Баку стал не только одним из пяти важнейших экономических районов Российской империи, но также центром социально- и национально-освободительных движений.

Бурное развитие капитализма в столице могло служить гарантией культурного прогресса национальной буржуазии, а также нации в целом. Новый образ жизни, как причудливое сочетание азиатских и европейских элементов, создавался представителями местной азербайджанской буржуазии (Г.3. Тагиев, М.Нагиев, М.Мухтаров, Б.Гулиев, бр.Мирзоевы, и др.) и выходцами из европейской и русской буржуазии – Л. и Э. Нобели, С.Шибаев, А.Бенкендорф и др.), царской бюрократией, а также многонациональной технической и гуманитарной интеллигенцией реформаторско-мусульманского, либерального, социалистического мировоззрений.

Прогрессивные изменения оказывали значительное влияние и на социально-политическую жизнь азербайджанского общества. В этот период выдвинулся на первый план вопрос о необходимости реформ во всех областях жизни общества, в том числе и социальном и культурном развитии женщин.

В то же время европейски образованная мусульманская, азербайджанская интеллигенция была озабочена состоянием нравов и традиций в обществе, которые, по их мнению, были реакционными. Эта озабоченность была отражена в явлении просветительства (и шире – прогрессизма).

В связи с этим появился просвещенческий критицизм. Критике подвергались все стороны жизни: формы государства и общества, социальная стратификация, т. е. наличие слоев и групп, положение классов, «культурная неразвитость», бытовая культура, и конечно, брачно-семейные отношения мужчины и женщины. Женский вопрос занял почетное место в списке явлений, подлежащих прогрессистскому разрешению.

Первой задачей национальных прогрессистов была легитимация равноправия женщин Кораном, т.е. правильное прочтение и соответствующая трактовка вопросов, касающихся женщин. Вместе с тем они пытались изменить статус женщины как главной фигуры в семейном социуме.

Необходимость преобразований во всех областях, в особенности в женском вопросе понимали все прогрессивные слои общества: интеллигенция, общественные и политические деятели, писатели, поэты, журналисты. Одной из первых, смело поднявшее вопрос о необходимости не только женского образования, но и свободы женщин, снятии покрывала – хиджаба, была газета «Шарги-Рус», издаваемая с 1903 года в Тифлисе прогрессивным деятелем и публицистом Мухамедом ага Шахтахтинским (1848-1931).

М.Шахтахтинский, получивший образование в Санкт-Петербурге и во Франции в Сарбоннском университете, смело выступил в защиту женщин, считал, что женщины должны жить свободно и независимо, ходить с открытым лицом. В рубрике «Ежедневно по-немножку» в нескольких номерах подряд он писал статьи и помещал материалы, касающиеся женского равноправия. М.Шахтахтинский первым в истории азербайджанской печати поднял вопрос “открытого лица” у женщин.

Он писал, что пришло время нам, восточным людям, обратить внимание на этот важный вопрос и во имя счастливого будущего своего народа серьезно заняться его решением. М.Шахтахтинский, побывавший во многих странах, рассказывал о европейских женщинах, у которых вуаль считается украшением, а в Стамбуле, Дагестане и России мусульманские женщины из высшего общества не закрывают своего лица.

Газета «Шарги-Рус» одна из первых в Азербайджане подняла также вопрос о равноправии женщин. Для того времени, это была неслыханная смелость. Дж.Мамедкулизаде, продолжая традиции, заложенные Шахтахтинским, в своем журнале «Молла Насреддин» постоянно обращался к женской проблеме. Он высоко ценил деятельность Шахтахтинского в этом направлении.

Мухамед Ага Шахтахтинский

Шахтахтинский доказывал, что рано или поздно азербайджанские женщины будут ходить с открытым лицом и все привыкнут к этому, как мы, мужчины, несмотря на возражения наших отцов, облачились в европейскую одежду. В другой статье Шахтахтинский писал о том, что укрывание женщин от мужчин является старой болезнью Востока, его исторической бедой и, если нация хочет жить радостно и славно, то она должна предоставить женщинам в своем обществе свободу и высшее положение. Очень характерней была статья, в которой в ответ на объявленную против газеты «Шарги-Рус» ахундами и моллами кампанию, считавшими М.Шахтахтинского безбожником, смелый журналист ответил, что вопрос об открытии лица выдвинут не газетой «Шарги-Рус», а историей, это – веление времени.

Женский вопрос и его значение в жизни азербайджанского народа неоднократно поднимался на страницах газет «Каспий», «Тарджуман» и «Хаят». После закрытия газеты «Шарги-Рус» газета «Хаят», издаваемая Алибеком Гусейн-заде и Ахмедбеком Агаевым с осени 1905 года в Баку, систематически поднимала вопрос о проблемах женщин, но они касались в основном вопросов образования, улучшения семейного и социального положения. Газета выражала в основном интересы либеральной интеллигенции и не поднимала вопроса политических прав женщин.

Женская проблематика поднималась также в газетах «Иршад» и «Таза хаят». Эти газеты с 1907 года развернули кампанию против журнала «Молла Насреддин», публиковавшего смелые сатирические статьи, картинки и другие материалы, касающиеся женского вопроса. Ценным подспорьем в этом вопросе является выпущенный в 1914 году азербайджанским писателем-публицистом Немат Бесиром сборник «Алеми нисван» (Женский мир), в котором были собраны статьи по женскому вопросу, напечатанные в газетах «Шелале», «Икбал», «Молла Насреддин», «Садаи-хагг» и др.

18 ноября 1905 года в газете «Каспий» появилась статья Марьям ханум Сулькевич с призывным заголовком -«Вниманию мусульман». М.Сулькевич являлась директрисой женской семинарии. Ее, потомственную представительницу аристократического литовско-татарского рода из местности Кемейши Виленской губернии, пригласил учредитель семинарии Гаджи Зейналабдин Тагиев.

Как отмечала в своей статье в «Каспии» Марьям Сулькевич женский вопрос «все время как-то затмевался и оставался без внимания читающей публики». Она писала, что «мужской эгоизм должен быть преодолен самими мусульманами, это необходимо не столько в силу этики гуманизма, сколько политической этики – для совместного воспитания своих детей в национальном духе».

В текстах азербайджанских просветителей этого периода давалось обоснование для включения мусульманок в общественную жизнь — объективно созвучное капитализации общества.

Как писал М.Шахтахтинский, «Женское образование даст элементарные общеобразовательные сведения» и излечит исламский жизненный мир от «коренного социального недуга», потому что «женщины ведут замкнутую жизнь, в которой отсутствие необходимых для физического и умственного здоровья движений, свободы располагать собою и деятельности делает их изнеженными и убогими, худосочными, малокровными и безжизненными. Эти свои недостатки матери, естественно, передают по наследству не только своим дочерям, но и сыновьям».

Самым актуальным вопросом дня стал вопрос женского образования. После того как в 1887 году в Баку были организованы школы нового типа, со светским образованием – русско-мусульманские училища, в которых обучались только азербайджанцы, и преподавался азербайджанский язык, стали появляться женские школы для девочек-азербайджанок. В некоторых русско-мусульманских школах было открыто женское отделение.

В развитии женского образования современники отмечали роль предпринимателя, мецената, филантропа Г.З.Тагиева, который трактовал роль женщины в духе гуманистических традиций ислама. Тагиев считал, что обособленность мусульман связана с положением женщин в обществе.

Прошение, поданное Тагиевым в Кавказский учебный округ (24 апреля 1896 года) относительно открытия на его собственные средства женской школы, для получения азербайджанскими девочками светского образования, было удовлетворено. Но Тагиев встречал сильное противодействие со стороны азербайджанского духовенства.

С ним предстояла тяжелая борьба, к которой Тагиев готовился заранее. Он проводил беседы с представителями высших кругов духовенства, брал разрешение у муштеидов, авторитет которых мог помочь ему. Он устраивал в честь духовенства банкеты и торжественные обеды, на которых вел разговоры о том, что все азербайджанские миллионеры, оставив свои семьи, женятся на образованных христианках и мусульманках. В пример он приводил Муртузу Мухтарова, Шамси Асадуллаева, который, женившись на русской мещанке Марии Лебедевой, уехал из Баку в Москву, и др.

Присутствующие кази и муштеиды, выражали свое возмущение, предлагали запретить такие браки. Тагиев отвечал, что это не выход из положения, нужно, чтобы мусульманские женщины были грамотными и развитыми. Тогда у них будет крепкая семья, и они сумеют воспитать грамотных и умных детей для своей нации.

На этом Тагиев не остановился. Он послал в Мекку на паломничество очень уважаемого моллу, которому одновременно дал задание встретиться в Мекке и других городах с авторитетными духовными представителями. Молла должен был привести от них письма, подтверждающие, что Коран и шариат не против обучения мусульманских женщин. После этого на одном из собраний Тагиев попросил Моллу Сабира прочитать присланные из Мекки и других восьми святых центров мусульман письма о разрешении женщинам получать образование.

Наконец, 7 ноября 1901 года в Баку было открыто первое мусульманское женское учебное заведение, которое открыло новую эру не только в жизни азербайджанских женщин, но и всего азербайджанского народа, создало плеяду мусульманских женщин, ставших в будущем писательницами, педагогами, общественными деятелями.

Колоссальную помощь оказывал Тагиеву выпускник Московского университета, выдающийся просветитель, основоположник азербайджанской печати, преподаватель реального училища Гасан бек Меликов (Зардаби). Директором училища была назначена выпускница Тифлисской гимназии, жена Г.Зардаби Ганифа ханум Меликова. При училище были годичные педагогические курсы, их выпускники получали право преподавать в школах. В первый год было принято 58 учениц, многие из которых обучались бесплатно.

Учебно-педагогическую работу вели Ганифа ханум Меликова, Шафига ханум Эфендизаде, Хадиджа ханум Абдурахманова, Сакина ханум Ахундзаде.

В 1906 году состоялся первый выпуск женской школы, получивший большой резонанс в азербайджанском обществе. По этому случаю во многих газетах были опубликованы статьи и материалы. В газете «Каспий» были помещены выступления прогрессивных женщин и выпускниц, многие из которых в будущем стали общественными и политическими деятелями, акпри но участвовали в общественной жизни азербайджанского народа. Среди них были Айна Myсабекова (Айна Султанова), Марал Байрамалибекова, Сона Ахундова, Фатма Султанова, Набат Нариманова, Хейранса Ахундова, Амина Мамедова, Севда Шейхзаде и др.

После революции 1905-1907 годов в связи с активизацией политической жизни страны, женский вопрос приобрел особую актуальность. Теперь звучали более смелые требования: предоставления женщинам гражданских и политических прав наравне с мужчинами.

Вопрос о положении мусульманских женщин не сходил со страниц мусульманской прессы. Азербайджанская печать выдвигала насущные вопросы, создавала общественное мнение, способствовала разрешению проблем мусульманских женщин. В июне 1907 года в газете «Закавказье» было опубликовано открытое письмо известного просветителя и прогрессивного публициста Гусейна Минасазова редактору газеты «Иршад» Ахмед беку Агаеву, в котором подчеркивалась важность женского вопроса для нации.

В письме автор делал вывод о том, что пока не будет разрешен женский вопрос, «пока мусульманская женщина будет находиться в позорном положении рабыни, пока слово «арвад» будет самым оскорбительным среди мусульман словом, пока матери и жены останутся в атмосфере непроглядной тьмы, беспросветного невежества и умственного убожества, – все наши громкие фразы о том, что мусульмане приобщаются к общечеловеческой культуре, что они сторонники прогресса цивилизации и всех ее атрибутов, вроде свободы личности, слова, убеждений и т.п., все эти фразы будут отдавать неискренностью и грубым бахвальством».

А.Агаев в свое время одним из первых поднял этот вопрос в газете «Каспий», в известной обширной статье «Женщина в исламе и по исламу», опубликованной в 1901 году в журнале «Кавказский вестник» и изданной в 1904 году в виде брошюры.

Ахмед бек Агаев

Ахмед бек Агаев в статье «Ислам и женщина» писал: «Коран сделал великую, благородную попытку: он поднял Женщину в Азии, даровал ей права до того неслыханные и невиданные на Востоке и сделал из нее вместо матроны супругу и мать». В статье «Персидская женщина», написанной Агаевым еще во время учебы во Франции, в «Нувель ревю» был сделан вывод о том, что «у мусульманской женщины больше прав, чем у француженки в Гражданском кодексе Наполеона».

Г.Минасазов отмечал, что мусульманские авторы, которые пишут о женском вопросе, не могут конкретно выразить свои мысли, чего-то не договаривают и «боязливо виляют между добросовестным решением вопроса о положении мусульманских женщин и предполагаемым отношением к этому разрешению темной мусульманской массы». Некоторые публицисты в своей деятельности умышленно избегали обсуждать женский вопрос или своеобразно его истолковывали. Многие боялись быть осужденными и избитыми фанатиками.

В этом вопросе выделялся журнал «Молла Насреддин», который героически и смело бичевал все язвы мусульманской жизни. Видный азербайджанский просветитель, общественный деятель, педагог и публицист Фиридун бек Кочарли высоко ценил борьбу журнала «Молла Насреддин» за раскрепощение женщин. В журнале часто публиковались статьи, вызывавшие большой переполох в мусульманском обществе.

В одной из статей был поднят вопрос о том, позволяет ли шариат женщине показываться среди мужчин с открытым лицом и получать образование. По этому случаю в мае 1907 года был открыт диспут. Он начался в Тифлисской мечети 23 мая между приходским моллой Мир Багиром Миргейдарзаде и сотрудником журнала «Молла Насреддин» Омар Фаиком Неманзаде. О.Ф. Неманзаде вместе с Дж.Мамедкулизаде был одним из основателей и руководителей типографии «Гейрат», где начал издаваться «Молла Насреддин». Молла произнес речь, в которой обвинил сотрудников журнала в вероотступничестве, и предложил объявить журналу бойкот. Это противостояние было названо в печати «знамением времени».

Н.Нариманов в 1913 году в одной из своих статей, посвященных эмансипации женщин, писал, что во всех сфеpax жизни азербайджанского народа происходит революция, – она должна произойти и в вопросе чадры, – «так как человек не может жить без прогресса».

Не все редакторы газет открывали широкие дискуссии по проблемам женщин. Некоторые довольствовались тем, что публиковали и доводили до сведения общественности живые письма читательниц, в которых поднимались вопросы женского образования и др.

В газете «Хаят» в июне 1905 года было напечатано письмо под заголовком «Письмо от одной мусульманской женщины из России». В нем девушка по имени Зейнаб Ахмедова критиковала «национальных реформистов», выступала против попирания прав женщин. В ответ на письмо вскоре было опубликовано письмо азербайджанской женщины Гадрия ханум из Сибири, которая жаловалась на то, что мусульманские женщины отстают от других женщин в образовании, воспитании и др.

За короткое время в газете были напечатаны письма «Ханум из Казани», «От татарских женщин» и другие письма, доказывающие, что сами женщины осознавали, что женский вопрос стал одним из актуальнейших вопросов в жизни общества. Печать тех лет была насыщена материалами по женским проблемам. Только газета «Каспий», за 1902 год на своих страницах опубликовала более ста материалов, в 1904 году 140, в 1905 году – еще больше материалов различного содержания по женскому вопросу.

Об актуализации женского вопроса свидетельствует статья Амины Батришиной «Свобода мусульманской женщины», опубликованной в газете «Каспий» в июне 1906 года. Большое место в статье было отведено проблемам мусульманских женщин, их положению в обществе, поиска путей выхода мусульманской женщины из тяжелого рабского положения, в которое она попала.

В статье подчеркивалась необходимость борьбы за улучшение положения женщин и изменениях в сознании мусульман в отношении к женщине. С большим сожалевшем автор продолжала, что «впоследствии в невежественном обществе начали ошибочно комментировать принципы ислама и появились обычаи невежественного общества, из-за которого женщина попала в рабство…»

Необразованность и забитость женщин сказывались на уровне развития всей нации, так как неграмотная и неразвитая мать не в состоянии была дать своему ребенку необходимые первоначальные знания. Этот вопрос был поднят еще молодым студентом Киевского университета, в будущем ставшим видным писателем и общественным деятеля Юсиф Везирем Чеменземинли.

В газете «Гюнеш» в декабре 1910 года была опубликована его заметка «Письмо из Киева», в которой юный студент признавал, что азербайджанские студенты бездействуют, в то время как армянские студенты, обучающиеся в Киеве, в тех же условиях развернули активную деятельность. Причину такой незрелости и отсутствия национальных чувств у азербайджанских студентов будущий писатель, публицист и политический деятель связывал с женским вопросом.

Положительные перемены, произошедшие в жизни общества после Февральской революции, повлияли и на положение женщин. Теперь все чаще и тверже звучали требования свободы женщин. Показательна в этом отношении была статья Шафиги Эфендизаде «Свобода и женщина», опубликованная в 1917 году в газете «Ачыг сез», в которой был поднят вопрос о свободе тюркских мусульманских женщин.

Ш.Эфендизаде писала: «На женщин смотрели как на презираемых, их духовно убивали. Женщины были лишены человеческого достоинства среди людей… Женщины в обществе станут представлять собой силу, будут иметь свое мнение и позицию, иметь право голоса и утвердятся, требуя свои права…»

Азербайджанские женщины уже стали сознавать, что участвуют не только в мусульманском, но и в тюркском движении. Это говорило о чувстве национального самосознания азербайджанских женщин и их высоком политическом уровне.

Формирование национального самосознания у женщин в этот период ясно прослеживается в азербайджанской печати в статьях, авторами которых являлись женщины. В газете «Ачыг сез» 24 января 1917 года была опубликована статья «Письмо одной ханум». Автор письма была взволнована тем, что пострадавшее в результате войны население из Анатолии не получает должной помощи из Азербайджана.

Женщина писала, что азербайджанцы с турками единый народ и обязаны оказывать всяческую помощь своим собратьям из Турции. Можно только удивляться смелости этой женщины, которая, живя в Российской империи, воюющей с Османским государством, открыто писала о своих симпатиях к турецкому народу и о необходимости азербайджанцев помочь турецким собратьям. Причину того, что женщины остались в стороне от участия в оказании помощи турецким беженцам, автор письма видела в азербайджанских мужчинах, которые отгородили женщин от общественной и политической жизни.

В статье была выражена реакция азербайджанок на оказание женщинами материальной помощи пострадавшим от войны анатолийцам. В другом номере газеты «Ачыг сез» женщина Зулейха Ширин гызы тоже писала о необходимости оказания помощи пострадавшим в Анатолии.

В начале XX века процессы модернизации в России, в Азербайджане затронули различные слои населения.

Немаловажное значение имел интерес к вопросам науки и образования, равенства полов. Происходящие процессы приводили к тому, что определенные слои населения в силу различных причин приходили к пониманию необходимости перемены положения женщины в обществе, поэтому и происходила актуализация женского вопроса. Реформы, проведенные в стране, открыли дорогу женщинам различных социальных слоев к образованию и общественной деятельности и потребовали изменения общественных представлений о месте и роли женщины в обществе.

По материалам книги Л.Алиевой “Женщины в общественно-политической жизни Азербайджана”

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.