Полиция Баку нач. XX в.: конница, велосипедисты, дворники-информаторы…

Т.Бехбудов

В начале XX века, под давлением роста преступности, власти Российской Империи решились на проведение реформ в полиции. Реформы дошли и до Баку. По количеству и по продолжительности стачек и забастовок Баку занимал третье место после Петербурга и Москвы. Все эти события способствовали возникновению в г. Баку криминогенных очагов.

Общественно-политическая ситуация в городе оставалась очень сложной, и разгребать накопившиеся проблемы был поручено Владимиру Назанскому (1877-1939), имевшему за плечами опыт военной службы. Изучив методику организации полицейского дела Российской империи и стран Западной Европы, Назанский быстро понял, что менять кардинально придется практически все.

Для Назанского главным стержнем всей деятельности полицмейстерства оставалась патрульно-постовая служба. Поэтому положение дел в организации этой службы особенно беспокоило Назанского.

Основательно изучив состояние дел и проблематику этой службы, он пришёл к следующему выводу, что необходимо срочно менять существующую систему несения патрульно-постовой службы в Бакинском полицмейстерстве и привести её к соответствию тем условиям, которые сложились на тот момент в Баку.

Основанием для изменения системы несения патрульно-постовой службы была царящая неразбериха в существовавшей системе, которая характеризовалась следующим образом.

В Бакинском полицмейстерстве ещё до Назанского было заведено, что в участках полицмейстерства применялась 3-х сменная система патрулирования, как и было предусмотрено нормативными документами Департамента полиции МВД Российской империи. По данной системе, каждый городовой должен был в течение 6 часов патрулировать, в течение того же времени находиться при участке и отдыхать.

Период нахождения второй смены в помещении участка Назанский в своём отчете обозначил как «подчасок». Его несколько ироническое отношение к «подчаскам» свидетельствовало о том, что данная система была, в его понимании, не совсем совершенной и дееспособной для Бакинских условий.

Назанским были введены изменения как из расчёта в количественном отношении полицейских, так и по времени несения постовой службы. Спустя некоторое время он принимает смелое решение о переходе к 2-х сменной системе несения постовой службы. Переход к этой системе продемонстрировал явное преимущество над 3-х сменной системой несения патрульно-постовой службы.

Двухсменная система отличалась от трёхсменной системы тем, что она увеличивала число постов по городу, при идентичном же количестве городовых. Городовой уже стоял на посту не шесть часов, как раньше, а восемь. Благодаря этой системе, создавались условия для отдыха полицейских в течение последующих восьми часов.

Вводя изменения в системе патрульно-постовой службы, Назанский ставил перед собой три основные организационные цели. Первая – обеспечение за каждым участком возможности располагать в любое время суток достаточными средствами для обслуживания участка. Вторая – полицмейстер в течение суток постоянно имел возможность располагать необходимым количеством полицейских для использования их в экстренных ситуациях. Третья – создать условия для отдыха городовых.

Именно поэтому, при полицмейстерстве были сформированы два резерва городовых. Первый должен был при необходимости обеспечить несение патрульно-постовой службы, из расчёта по два городовых на пост. Второй резерв, должен был в любое время суток заменить тех полицейских, которые не выходили на службу по различным причинам: по болезни, в связи с отпуском, увольнения, аресты из-за нарушения служебно-воинской дисциплины.

Команда полицейского резерва должна была выполнять и другие обязанности: конвоирование арестованных, участие в оцепление того или иного места происшествия, оказывание помощи пожарным командам при пожаре и т.д. Сама команда резерва состояла из 12 человек: старший участковый городовой, телохранитель пристава, двое служащих канцелярии и восемь городовых.

Нововведения в организации полицейской службы в Бакинском полицмейстерстве протекали не совсем гладко. Одной из причин, создающих проблему в процессе нововведения, было неправильное отношение к полицейским чинам, т.е. отсутствие деления их по категориям и классности, что в свою очередь приводило к нарушению установленных правил отражённых в нормативных актах МВД Российской империи.

Прежде всего, этот беспорядок среди чинов полиции приводил к нарушению субординации, обобществлению и стиранию конкретных профессиональных, а в некоторых случаях служебно-функциональных задач. Подобная ситуация присутствовала во всех полицейских подразделениях Империи. Бакинское полицмейстерство было ярким примером этому, где наглядно отсутствовал принцип деления полицейских чинов по категориям.

Было очевидным, что работа по совершенствованию полицейской деятельности в Бакинском полицмейстерстве без восстановления этих категорий для полицейских с их правами и обязанностями была бесперспективной. Поэтому Назанский незамедлительно восстанавливает утраченный принцип деления полицейских по категориям. Он восстанавливает в правах так называемую, трёхатупенчатость категорий полицейских чинов.

  1. Классный состав (начальствующий состав)
  2. Околоточные.
  3. Городовые.
Категория административных околоточных надзирателей

Восстановление классных чинов полиции по категориям дало возможность в соответствии с этим восстановить их конкретные служебно-функциональные обязанности, определить их льготы и дополнительные вознаграждения. Но самое главное эти преобразования, наконец, восстанавливали служебно-этические отношения.

Применение этой практики в Бакинской полиции в течение последующих двух лет подтвердило её необходимость. Именно в результате такой реанимации все полицейские чины, по выражению самого Назанского, были «втянуты в работу».

Имея фундаментальную нормативно-правовую базу для управления городской полиции в Российской империи, он все равно ищет новые пути, подходы и методы совершенствования городской полиции.

В конце 1912 года Назанскому был предоставлен отпуск, который он провёл в Петербурге, Берлине и Париже. О днях, проведённых в отпуске, он вспоминал так: «…находясь в отпуске, в Петербурге я ознакомился с предполагаемой реформой службы полиции. Ознакомился со службой полиции Берлина и в особенности Парижа. По возвращении в Баку, я решил применить к жизни начала, заложенные, как в новом проекте полицейской службы России, так и виденное в Парижской полиции».

Сразу же после возвращения из отпуска он приступает к разработке новой инструкции для организации наружно-постовой службы. И уже 1 февраля 1913 г. с согласия Градоначальника г. Баку он внедряет данную систему.

Что же представляла собой эта система? Она предполагала 3-х сменную систему несения наружно-постовой службы, как для отдельно взятых смен, так и для городовых. В связи с этим было принято решение объединить два участка в одну роту, состоящую из трёх взводов. Данная рота подчинялась старшему приставу района, а каждый взвод взводному надзирателю.

Исходя из положения новой инструкции, взвод должен был стоять на посту 6 часов, затем 6 часов находится в участке, и последние 6 часов отдыхать. Все назначения, поручения, распределения нарядов для полицейских взводов осуществляется только через взводного, так как по новой инструкции все смены были объединены во взвода с единым начальником в каждом. В результате этих преобразований стала наблюдаться объединённая и равномерная служба всех городовых.

Если раньше городовые выходили на посты по одиночке и поступали в распоряжение дежурного по участку или надзирателя, которые отдавали различные приказы целой серии «единовременных» ответственных лиц, т.е. местным околоточным, дежурным по обходу, околоточным при участке, старшим городовым, то теперь при новой системе наблюдалась последовательность и высокая организованность.

Особое значение в тот период Назанский придавал разделению служб по категориям. Он писал: «В работе участков я пришёл к единственному, на мой взгляд, целесообразному решению – разделить труд исполнительных чинов полиции по категориям службы: а) наружной; б) судебно-розыскной и в) административной, причём попутно денежная часть, как требующая особого внимания, выделена в самостоятельную часть».

В процессе нововведений в деятельности участков полицмейстерства особое место заняла наружная служба. Ответственность за её деятельность была поручена взводному надзирателю. Он назначался, как правило, из полицейского резерва. Это были опытные, прошедшие военную школу, молодые, здоровые люди. По мере приобретения навыков полицейской службы они в последствии назначались на должности старших надзирателей административной и судебно-розыскной службы.

В судебно-розыскной службе полицейские надзиратели находились в подчинении пристава, вместе с тем были подведомственны начальнику сыскной полиции. При реорганизации судебно-розыскной службы Назанский пришёл к такому выводу, что сыскным делом в полицмейстерстве должен был заниматься «особый» штат сотрудников, работой которого руководил бы один начальник, т.е. начальник сыскной полиции.

Теперь перед ним стал сложный вопрос. Кто конкретно будет осуществлять работу уголовного розыска? На кого её возложить? Кто конкретно из классных чинов полиции будет осуществлять эту функцию? Причина беспокойства была естественной, так как в Бакинском полицмейстерстве, можно сказать, отсутствовали специально обученные этому делу люди. И поэтому Назанскому пришлось в своём выборе остановиться временно на группе околоточных надзирателей.

Категория судебно-разыскных околоточных надзирателей

Работа сотрудников сыскных Отделений строилась по принципу специализации, т.е. по линейному принципу. Назанский в своём отчёте писал: Наиболее правильная и вполне соответствующая организация борьбы с преступностью заключается в специализации розыскной деятельности танов сыскных отделений по главным родам преступлений:

1) убийства, разбои, грабежи и поджоги;
2) кражи и участие в профессиональных воровских орга-
низациях (конокрады, взломщики, карманные, магазинные, железнодорожные и др.)
3) мошенничества, подлоги, обманы, фальшивомонетничество, подделка документов, шулерство, аферизм, контрабанда, продажа женщин в дома терпимости и т.д.

Была составлена кодификация на категории преступников: «гастролеры», карманные воры, воровки проститутки, простые воры, воры чердачные, воры магазинные, воры с взломом квартир и магазинов, воры прислуги, воры железнодорожные, воры велосипедные, скупщики краденного, поджигатели, убийцы, хулиганы, соучастники преступлений, хипесники- обкрадывающие мужчин, приводимых проститутками на квартиры.

В своей работе сыскные отделения должны были взаимодействовать с общей полицией и судебно-прокурорскими органами. Нормы взаимоотношений сыска и общей полиции были закреплены в Инструкции от 9 августа 1910 г. в которой говорилось, что «чины сыскных отделений в служебной работе должны стремиться к полному единению с чинами общей полиции, а чины общей полиции обязаны всегда и во всём оказывать своё законное содействие чинам сыскных отделений».

Одним из важных по тем временам нововведений в Бакинском полицмейстерстве было формирование команды велосипедистов. Использование данной команды показало эффективность службы полицейских в ночное время, так как все велосипеды были снабжены аккумуляторными фонарями. Благодаря велосипедам полицейская команда могла в кратчайшее время добраться до места происшествия пробираясь по узким улочкам города.

Для обеспечения общественного порядка и безопасности в городе использовалась конная стража. На случаи оцепления района или для проведения тех или иных полицейских мероприятий из конной сотни резерва выделялся взвод из 30 человек.

С щлью обеспечения собственной безопасности в ночное время Назанский восстанавливает и усиливает команду дворников, которых стали привлекать к организации уличных, дворовых и переулочных постов. В то время было создано 350 таких постов. Осуществление контроля над ними было поручено, как правило, старшему городовому.

Надо отметить, что паспорта всех дворников хранились в полицейских участках. Кроме этого, дворники сообщали в полицию о лицах прибывших и убывших, давали сведения о постояльцах и квартирантах.

Одним из немаловажных вопросов в организации отлаженной деятельности полицмейстерства Назанский считал работу по упорядочению и содержанию арестованных. Прежде всего, Назанский распределяет арестантские камеры строго по роду арестантов: для женщин, для интеллигентов, для отрезвляемых, для уголовников и пересыльных. Для каждой из этих категорий предусматривался «соответствующий ремонт и обстановка».

В вопросах лидерства Назанский видел две формы формального и неформального лидерства. Будучи полицмейстером города, он практически был неформальным, т. е. легитимным лидером в полиции. Если бы у Назанского не было бы этого статуса, то он не смог бы добиться всех этих успехов в деле реформирования Бакинской полиции – а секрет его авторитета среди сотрудников полиции заключался в оказании постоянного внимания и сочувствия нуждам своих сотрудников. В этом и есть главный секрет его непререкаемого авторитета.

Безопасность жизни сотрудников полицмейстерства всегда беспокоила Назанского. Во всех случаях нападения на полицейского, его ранения или ещё худшего убийства или смерти в результате несчастного случая, Назанский сам лично принимал активное участие в расследование происшествия. Он понимал, что в таком бурлящем городе как Баку, с его высокой криминальной ситуацией давать каких либо гарантий безопасности было, по меньшей мере, наивно.

Даже выдаваемая компенсации за потерю кормильца-полицейского семье по положению о полиции Российской Империи выделялась сумма денег, которая хватила бы только на похороны. А ведь каждый сотрудник всегда думал об обеспечении своей семьи в случае его гибели.

В связи с этим Назанский в своём отчёте писал: «Мною учреждена, принятая с большим сочувствием всеми городовыми, товарищеская помощь для городовых и вообще низших служащих на случаи смерти…».

Дворники-информаторы бакинской полиции

По этому решению каждый полицейский чин, находящийся на службе в день смерти одного из своих полицейских товарищей, вносил 1% от своего месячного оклада в пользу осиротевшей семьи. Собранные деньги выдавались только жене, матери или детям.

Назанский знал, успех воспитательной работы как формального и неформального лидера однозначно зависел от решений социальных вопросов внутри самого полицмейстерства в рамках относительной социальной справедливости.

Назанский повседневно вносил коррективы в дело сближения коллектива полицмейстерства. Он указывал, что ни что так не сближало коллектив как праздники. Поэтому во мех участках и резервах торжественно отмечались различные праздники.

Например, в честь святых, рождение императора и императрицы, пасха и другие праздники. В день праздника полицейские освобождались от постовой службы, на посты вместо их выступали городовые резервной роты. В праздничные дни после молебны городовым накрывался «улучшенный стол».

На пиршество приглашались полицейские из соседних участков. В помещении участков играла музыка, устраивались игры, пели песни, танцевали. Особенно торжественно отмечался Новый год. В подразделениях украшали елку, и устраивались любительские спектакли, в которых принимали участие члены их семей.

Нельзя было не учесть и присутствие представителей других национальностей среди полицейских. Все торжества, проводимые в полицмейстерстве выделялись своей самобытностью наполненной сплетением разных культур. И надо сказать, что данная гамма разных культур только придавала роскошь и экзотичность этим торжествам.

В те годы «атмосфера» царящая в городе была очень политизирована. Это требовало от всех полицейских города политической зрелости, бдительности и информированности. Очень важно было знать полицейским, что происходит в стране и в мире. В связи с этим полицмейстерство, за счёт сэкономленных канцелярских денег выписывало до 20-ти наименований газет. Для читки этих газет было выделено ежедневно специальное время для тех полицейских, которые находились в свободной смене,

Для укрепления режима бесперебойной службы полицей-ских на участках необходимо было решать вопрос, связанный с обеспечением личного состава своевременным питанием. Отсутствие графика питания в полицейских участках приводило к нарушению распорядка дня, дисциплины, а порой и к срыву несения постовой службы. Многие полицейские питались всухомятку в разное время, сидя на своих рабочих местах, некоторые готовили себе пищу прямо в служебном помещении на керосинках. Большая часть полицейских питалась на квартирах или в харчевнях. А некоторые даже в духанах, что было строго запрещено.

Назанским эта проблема была решена следующим образом. Он обратился с письмом «о всестороннем удовлетворении нужд городовых правильным питанием». И уже к лету 1911 года этот вопрос был решён. После чего, все полицейские, исключая семейных, составляли «питательную артель». Артель была организована по принципу общего котла. Контроль за её обеспечением осуществлялся под руководством пристава и выборного «артельщика по питанию» из числа полицейских.

По решению Назанского на довольствие, имеется в виду обед и ужин, вычитывалось по 20 копеек в сутки с человека. В суточный рацион входило хлеб и мясо.

Кстати надо отметить, что для бесперебойного обеспечения продуктами питания был заключён контракт с оптовыми базами на мясо, хлеб, крупы, овощи и другие продукты. В резервах и на отдалённых участках были организованны артельные лавки, где нижний чин мог получать все необходимое дёшево и лучшего качества.

По материалам книги автора “История бакинской полиции”