Как готовили кадров для нефтепромыслов Баку в начале ХХ в.


Нармин Таирзаде

*** Нармин Таирзаде – дочь Абдуллы Таирзаде, одного из молодых людей, отправленных правительством АДР на учебу за рубеж и после возвращения на родину уже в Советском Союзе вынесшего вместе с семьей все ужасы сталинских репрессий. Всю свою жизнь она посвятила изучению истории Азербайджана на рубеже веков и исторических судеб выдающихся деятелей Азербайджана той эпохи. Н.Таирзаде скончалась в 2012 году. Представленная статья составлена редакцией журнала IRS по ее материалам.

К началу 80-х гг. XIX в. стремительное развитие экономики превратило Баку в один из крупнейших промышленных центров и важнейших портов России и соответственно стимулировало рост населения города.

Нефтепромысловые и заводские районы Баку отличались пестротой социального и национального состава населения. С внедрением новой техники росла потребность не только в грамотной, но и квалифицированной рабочей силе.

Необученные рабочие, не умевшие обращаться с техникой, приносили предпринимателям убытки, портили дорогостоящее оборудование, вызывали аварии и взрывы, жертвами которых сами же становились. Однако обучать рабочих использованию нового оборудования было очень сложно подавляющая часть рабочего населения Баку была неграмотной.

На конец 1904 г. средний уровень грамотности рабочих Баку составлял 35%, а среди рабочих-мусульман он не превышал 8%. Такая ситуация вынудила правительство пойти на расширение сети народного просвещения, открытие новых типов учебных заведений, а буржуазию принять участие в деле организации обучения рабочих и их детей, будущей смены.

В 1882 г. Бакинское нефтяное общество благодаря деятельному участию управляющего конторой А.В.Каменского открыло первую на промыслах школу. «Кокоревская» (по имени хозяина фирмы) школа на 40 мест была размещена на участке фирмы в селении Сураханы в специально выстроенном бараке и обеспечена мебелью и учебными пособиями. В 1886 г. Товарищество бр. Нобель открыло при своей конторе в селении Балаханы школу для детей служащих и рабочих фирмы. Таким образом, к 1887 г. на территории бакинских промыслов имелись всего две начальные школы.

К 1897 году были открыты училище и 5 школ: сельское училище и женская школа в селении Сабунчи, две школы Торгового дома Бенкендорф и Каспийско-Черноморского общества на Балаханско-Сабунчинском участке, две школы на средства Совета съезда Бакинских нефтепромышленников (ССБН) в Балаханы и Биби-Эйбате. Кроме того, к 1897 году в заводском районе Баку открыты 4 школы: в «Черном городе» школа Т-ва бр. Нобель и школа городского управления, в «Белом городе» частные школы фирмы С.М.Шибаева и Каспийско-Черноморского общества, а в 1898 году одну школу открыл ССБН.

Год спустя там же возникла еще одна школа ССНБ. В 1899-1904 гг. были открыты еще 6 школ ССБН, школа нефтепромышленника Г.З.Тагиева при его бумагопрядильной фабрике, а также одна частная платная школа С.Микулич в Балаханы.

К 1904 г. в Балаханско-Сабунчинского районе с населением 68,3 тыс. школы посещало только 800 детей. Все перечисленные выше школы, кроме шибаевской церковно-приходской, в учебном отношении подчинялись Бакинской дирекции народных училищ, а по источникам финансирования подразделялись на частные, городские и принадлежавшие ССБН. Существующие школы не могли охватить всех желающих учиться. Газеты того периода изобилуют фактами отказа в приеме в школы из-за отсутствия мест. Наплыв детей в школы заставлял открывать параллельные классы, расширять помещения, приглашать дополнительно учителей.

Однако вскоре появилась другая проблема в рабочих районах города начался отток учащихся. Основная причина этого явления заключалась в тяжелых материальных условиях жизни рабочих, которые вынуждали своих детей прерывать учебу и работать, чтобы помогать семье.

Другая причина была связана с переменой места работы родителей. Большинство учащихся не имело возможности окончить даже полный курс одноклассного училища. Так, в Балаханско-Сабунчинском районе, по данным 1903 г., 10 школ набирали полные штаты учеников, но выпускали ежегодно всего 70-80 учащихся. Таким образом, тяга детей рабочих к учебе была налицо, но материальная нужда вынуждала их оставлять школу до окончания курса.

Еще одна причина оттока учеников – языковой фактор. Во всех школах обучение велось на русском языке, и потому процент азербайджанцев среди учащихся был ничтожно мал. Так, в 1904 г. среди 1149 учащихся восьми школ ССБН насчитывалось всего 29 «татар», как в официальных источниках называли азербайджанцев. Относительно много детей из числа местного населения училось в Сабунчинском сельском училище (в 1899 году 37 азербайджанцев из 102 (36,3 %.) и школе при тагиевской фабрике (34 из 46, или 78,3 %).

Помимо языка обучения, малочисленность детей из мусульманских семей была связано с программой обучения. Дело в том, что программа в школах включала только лишь обучение русскому языку, арифметике и закону божию. В Сабунчинском сельском училище дополнительно преподавался шариат, а в школе при фабрике Тагиева, организованной по типу русско-татарских (т.е. русско-азербайджанских), еще и азербайджанский язык. Курс одноклассных училищ был трехлетним, а в школах ССБН четырехлетним. Учащиеся не приобретали никаких практических навыков и знаний, если не считать рукоделия, введенного в некоторых классах для девочек.

На первых порах в каждой школе работал один учитель, не считая приглашенного для занятий по закону божию местного священника. В Сабунчинское сельское училище с самого начала был приглашен мулла, а в школу при тагиевской фабрике учитель азербайджанского языка и мусульманского вероучения. Контингент учителей составляли выпускники средних учебных заведений, преимущественно женских гимназий, и лица, сдавшие специальные экзамены на право преподавания. Школу при тагиевской фабрике возглавлял выпускник Закавказской учительской семинарии, а бенкендорфскую школу в Балаханы выпускница Петербургских (Бестужевских) высших женских курсов.

Размер окладов был неодинаков. Учительница шибаевской школы получала 300 руб. в год, Каспийско-Черноморского общества 500 руб., Сабунчинского сельского училища 600 руб., заведующая нобелевской школой 840 руб. при бесплатной квартире.

В школах ССБН с 1899 г. заведующий школой имел оклад 1000 руб. при бесплатной квартире, учителя 720 руб. плюс квартирные 360 руб. и дополнительные месячные наградные. Невысокий оклад, отсутствие элементарных бытовых удобств, отдаленность школ от города затрудняли положение учителей.

Основные затраты школ слагались из расходов на жалование учителям, постройку или наем школьного помещения, приобретение школьного инвентаря, на отопление, освещение, библиотеку и учебные пособия. Только школы ССБН были обеспечены современными пособиями вплоть до микроскопов и волшебного (проекционного) фонаря. Здесь предусматривались и расходы на организацию прогулок, елок, экскурсий, школьных завтраков, так называемую летнюю колонию загородный лагерь отдыха.

Рассматриваемые школы единственные очаги просвещения для детей рабочих, были общедоступными, но с 1906 г. решением ССБН бесплатное обучение в школах этой организации стало распространяться лишь на детей рабочих и служащих фирм, плативших попудный сбор с нефти, который служил главной доходной статьей бюджета ССБН.

Для детей работников нефтедобывающих фирм, не платящих этот сбор, устанавливалась плата в размере 50 руб., а для посторонних 25 руб. в год. Эта мера ударила почти целиком по детям малооплачиваемых рабочих и сказалась на составе учащихся. Трехлетний курс одноклассных школ, а этот вид школ преобладал на рабочих окраинах Баку, давал предельно ограниченную подготовку.

Главным недостатком их были программное и возрастное несоответствие: окончившие эти школы переростки в младшие классы городских средних учебных заведений не допускались, а в старшие классы поступить не могли, так как не имели соответствующих знаний. Следует принять во внимание и отдаленность промышленных районов от центра города, где были сосредоточены все средние учебные заведения. Только в 1904 г. Сабунчинское сельское училище было преобразовано в городскую школу с шестилетним курсом обучения, а в 1909 г.. нобелевская школа в «Черном городе» преобразована в двухклассное училище с пятилетним курсом.

Оценивая значение перечисленных выше школ, следует отметить, что они все же содействовали некоторому распространению грамотности среди рабочих промысловозаводского района Баку, открывали перед ними возможности учебы на профессиональнотехнических курсах и в школах. Технические курсы для рабочих.

С появлением вечерних и воскресных школ и курсов в Баку были созданы предпосылки для давно назревшей меры организации технических курсов с программой, отвечающей задачам промышленного производства.

Вопрос о необходимости устройства специальных курсов для рабочих уже много лет обсуждался на заседаниях Бакинского отделения Русского технического общества (БОРТО), ССБН и в местной печати. Решение вопроса затягивалось из-за отсутствия средств. Первые курсы черчения и рисования в Бакинском нефтепромышленном районе были организованы при школах крупных частных фирм, которые оснащали свои предприятия новой техникой.

Ранее других, в 1895 г., открылись курсы в «Черном городе» при школе Т-ва бр. Нобель. В 1897 г. курсы были организованы в «Белом городе» Каспийско-Черноморским обществом и Т/Д Бенкендорф в Балаханы.

На трех курсах занимались 63 человека, из них 55 русских, 7 прочих национальностей, и всего один азербайджанец. С открытием школ ССБН наряду с курсами грамоты были организованы и занятия по черчению и рисованию при 1-й черногородской школе, по черчению и уходу за паровыми котлами при Баиловской школе. На курсах Каспийско-Черноморского общества занятиями руководили ученый А.Гухман и Д.Ландау, отец известного советского физика, нобелевского лауреата Л.Д.Ландау, на нобелевских курсах инженер Н.М.Козловский.

В истории технического образования взрослых в Баку наибольшее значение имели технические курсы при БОРТО. В 1892 г. БОРТО выдвинул предложение об открытии курсов для буровых мастеров, но так как последние были сплошь малограмотными, реализовать эту идею не удалось.

В 1895 г. председатель БОРТО В.Б.Абрамович выступил на страницах газеты «Каспiй» с инициативой организации курсов для кочегаров. Дело в том, что большая часть взрывов на предприятиях происходила по вине кочегаров, совершенно не подготовленных к выполнению своих обязанностей. Автор предлагал организовать курсы кочегаров в Балаханы, «Черном городе» и в самом Баку (для пароходных кочегаров). При этом он считал необходимым вести занятия не только на русском, но и на местных языках.

По итогам статьи была организована комиссия под председательством Б.Абрамовича, но дело не сдвинулось с места. В 1901 году БОРТО создает новую комиссию, в состав которой вошли известные местные инженеры Ф.Рустамбеков, В.Згленицкий, А.Гухман и другие. Вопрос находился в стадии обсуждения, когда было издано Положение о технических и ремесленных мастерских и курсах, по которому предполагалось организовать на предприятиях курсы подготовки квалифицированных рабочих.

Воспользовавшись новым законом, БОРТО возбудил ходатайство перед Кавказским учебным округом и получил разрешение на открытие курсов. Практическая работа по устройству курсов для рабочих была возложена на комиссию из членов БОРТО. Печать широко информировала об условиях приема и программе занятий на технических курсах. Объявления рассылались по всем фабрикам, заводам и мастерским вместе с обращением к предпринимателям о материальной поддержке курсов.

К началу занятий в сентябре 1903 г. было собрано 2000 рублей пожертвований. Средства предназначались на оплату труда преподавателей (по 2 рубля за урок), приобретение мебели, наглядных пособий и книг, бесплатное обеспечение слушателей учебными принадлежностями. Помещение – две классные комнаты с передней предоставляло БОРТО в своем только что выстроенном здании.

В итоге вместо запланированной одной были открыты две группы слушателей по 30 человек в каждой. Занятия проводились 5 раз в неделю, с 7.30 до 9.30 вечера, на черчение отводилось 2 дня, а на остальные предметы по одному дню в неделю. Курсы располагали необходимыми приборами, наглядными пособиями и небольшой библиотекой, выдававшей слушателям книги на руки. Основной контингент технических курсов составляли молодые рабочие в возрасте 16-20 лет, преимущественно слесари, токари, кузнецы, монтеры, машинисты, модельщики.

На технических курсах БОРТО преподавали инженеры М.И.Некрасов и М.М.Галлай, художник Н.Н.Мухин, учитель К.И.Ярченко и др. Непосредственный надзор за курсами осуществлял фабричный инспектор Бакинской губернии М.М.Браиловский. Занятия разрешено было проводить лишь на русском языке. Курсы были рассчитаны на рабочих, владевших русской грамотой, и поэтому для азербайджанцев они были недоступны.

Привлечение к профессионально-техническим курсам местных кадров стало возможным в дальнейшем, с распространением русской грамоты среди азербайджанского населения через различные вечерние, воскресные, пятничные курсы. Если в 1903/1904 учебном году среди 95 человек, прослушавших курсы, был только один азербайджанец, то в дальнейшем это число постепенно росло.

Первые же занятия на курсах БОРТО обнаружили низкий уровень общей подготовки слушателей. Арифметику приходилось осваивать с азов. Большим спросом пользовались занятия по черчению. Перед лекторами стояла нелегкая задача научить рабочих читать чертежи, составлять их с натуры, с деталей машин и механизмов.

Представление о характере обучения дают сведения о занятиях по уходу за паровыми котлами. Здесь занимались наиболее грамотные рабочие, которые в состоянии были усвоить материал по химии, физике, механике.

Теоретические занятия закреплялись опытами, наблюдением за работой паровых машин, компрессоров на предприятиях. Так, во время одной из учебных экскурсий на завод А.И.Манташева на Биби-Эйбате слушатели ознакомились с кочегаркой, устройством и работой парового котла, паровых насосов. Среди слушателей занятий по рисованию (в 1904/1905 учебном году 80 человек) были ювелир, азербайджанец Мадатов, живописцы вывесок, рабочие скульптурных и литографических мастерских и др.

Рабочие, несмотря на усталость после тяжелого рабочего дня, занимались на курсах с большой охотой и старанием, сознавая важность технических знаний. Результаты занятий по всем предметам за 1903/1904 учебный год нашли отражение на выставке работ слушателей в июне 1904 года. Наиболее впечатляющими были успехи в черчении и рисовании. Среди графических работ выделялись рисунки золотых дел мастера азербайджанца Мадатова.

Технические курсы благодаря усилиям передовой технической интеллигенции с годами получили дальнейшее развитие. В 1907/1908 учебном году на курсах обучалось 180 рабочих. Вместе с ростом числа слушателей ширилась и программа. В 1904 г. все 72 рабочих, принятые на курсы, записались одновременно на арифметику и черчение, из них 58 также на рисование, а 40 – на занятия по уходу за паровыми котлами.

Учет посещаемости показывает заметную текучесть среди слушателей. Так, в начале 1903/1904 г. поступило 64, выбыло в течение года 47, вновь поступил 31 и к концу учебного года осталось 48 человек. Нестабильность состава слушателей, неаккуратное посещение ими занятий отражались на прохождении программы, усвоении предметов.

В марте 1904 г. комиссия по техническому образованию БОРТО раздала слушателям анкету с вопросами: 1) что побудило их поступить на курсы; 2) какие уроки они посещали наиболее аккуратно; 3) что мешало посещению занятий; 4) чему они научились на курсах. Из 58 респондентов на первый вопрос почти все ответили: практическая необходимость, желание овладеть избранной специальностью, приобрести теоретические знания.

Ответы на второй вопрос показали, что наибольшим спросом пользуются уроки черчения и арифметики. Главной причиной, препятствующей посещению курсов, оказались сверхурочные работы, отчасти удаленность места занятий от местожительства. На последний вопрос 30 респондентов ответили, что овладели нужными знаниями, а 10 – что не научились тому, чему хотели научиться. Неуспеваемость прямо связывалась с краткостью срока обучения и неаккуратным посещением занятий.

Заполненные анкеты демонстрировались на выставке работ слушателей, устроенной в июне 1904 г. Комиссия рассчитывала обратить внимание посетителей, в первую очередь предпринимателей, на эффективность занятий и вместе с тем на условия труда рабочих.

Предприниматели выделяли некоторые средства на курсы (максимальный взнос не превышал 100-150 рублей), но назначаемые ими сверхурочные работы сильно ограничивали рабочим возможность учиться. Изучение анкет позволило комиссии сделать определенные выводы, в частности, о необходимости составления более целенаправленных, сжатых программ, больше отвечающих профессиональному профилю слушателей.

В 1905 г. БОРТО организовал бесплатные летние воскресные курсы по арифметике и геометрии. Семеро из 15 слушателей этих курсов осенью того же года смогли поступить на курсы судовых механиков.

В целом технические курсы, курсы черчения и рисования охватывали весьма небольшую часть рабочих, составлявших значительную часть населения Баку, который вместе с Балаханско-Сабунчинским районом насчитывал к началу XX века свыше 221 тыс. жителей. Тем не менее, эти курсы положили начало техническому образованию рабочих, распространению профессионально-технических знаний.

По материалам журнала IRS Наследие

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.