Гейдар Алиев и партийное руководство Азербайджана в начале 1990-х


И.Рау

С 1969 по 1982 год Гейдар Алиев возглавлял ЦК КП Азербайджана. В ноябре 1982 года он вошел в Политбюро и был назначен первым заместителем Председателя Совета Министров СССР.

Крупный организатор экономики, Г.Алиев развил в Москве бурную деятельность. Он пользовался большим авторитетом как у большинства министров, так и у секретарей обкомов КПСС. Многие из них говорили, если бы остальные работали вполовину того, сколько Г.Алиев, многое можно было бы сделать и без всякой горбачевской «перестройки».

К середине 1980-х годов Г.Алиева регулярно показывали по телевидению, центральная печать нередко посвящала ему полосные материалы, его обожала московская интеллигенция, деятели культуры. Эту популярность ему впоследствии не простили не только М.Горбачев, но и большинство других членов Политбюро ЦК КПСС.

К 1985 году Г.Алиев являлся одним из наиболее масштабных советских политиков. Однако когда М.Горбачев, став первым лицом в СССР, он сразу начал избавляться от представителей «старой  гвардии». Среди них оказался и Г.Алиев.

Уже с 1985 года усилия М.Горбачева и его команды были направлены на дискредитацию Г.Алиева и его «уход» из основных сфер деятельности.

Гейдар Алиев был убежден, что изменения, начатые в 1985 году под руководством М.Горбачева, не имели под собой ни серьезной научной, ни политической, ни экономически-хозяйственной основы. Он видел, что у М.Горбачева нет четкой, взаимоувязанной во всех критически важных составных программы и продуманного плана действий. Дело затруднялось и тем, что М.Горбачев не терпел критических замечаний.

Давно назревавший разрыв между М.Горбачевым и Г.Алиевым произошел в 1987 году. На Пленуме ЦК КПСС 21 октября 1987 года Г.Алиев был «освобожден» от обязанностей члена Политбюро, заместителя Председателя Совета Министров СССР. Через год (ноябрь 1988 г.) его освободили также от обязанностей государственного советника при Совете Министров СССР. 29 апреля 1989 года Г.Алиева «выпроводили» и из состава ЦК КПСС.

В Москве Гейдар Алиев не просто был отправлен в отставку, но и изолирован от общества, находясь некоторое время под фактическим домашним арестом. Для вящего спокойствия М.Горбачева и проармянского лобби, он не должен был возвращаться в Азербайджан. Там он был бы трудно преодолимым препятствием для начавшегося территориального передела Азербайджанской ССР.

Более того, чтобы «очернить» Г.Алиева в общественном мнении Советского Союза и Азербайджана, с благословления Кремля, против него в средствах массовой информации была развязана беспардонная компания дискредитации.

И эта компания также была частью попыток изолирования Гейдара Алиева от советских граждан и азербайджанского народа. В этих условиях Г.Алиев не имел возможности в полной мере влиять на положение дел в Азербайджане, в частности, не мог предотвратить катастрофу 1990 года в Баку.

Послеалиевское партийное руководство в Азербайджане не могло не почувствовать перемену отношения к Г.Алиеву на властном Олимпе СССР и сделало для себя соответствующие выводы.

Первоначально в азербайджанских средствах массовой информации отставка Г.Алиева никак не комментировалась. С октября 1987 года по март 1990 года его не упомянули ни единым устным или письменным словом. Немалую роль в такой политике сыграло политическое руководство Азербайджана – прежде всего, Кямран Багиров, в свое время выдвинутый Г.Алиевым на пост первого секретаря республиканской партийной организации. Будущий первый человек республики был серьезно болен. Этот фактор должен был заставить Гейдара Алиева задуматься, но настойчивость членов его команды в ЦК Компартии Азербайджанской ССР, которые единогласно рекомендовали именно К.Багирова, взяла верх.

Сам К.Багиров был Г.Алиеву очень, как последний полагал, предан. Впрочем, тогда существовали и прямо противоположные мнения. Сомнения относительно К.Багирова у Г.Алиева, возможно, и были, но все другие кандидатуры по объективным или субъективным причинам отпали и, в конечном счете, перевесило коллективное мнение.

К.Багирову бывший первый дал два главнейших напутствия: не разрушать с таким трудом созданную слаженную команду в ЦК и правительстве; почаще посещать Нагорный Карабах (Г.Алиев это делал минимум два раза в год), с тем чтобы постоянно контролировать ситуацию в этой «пороховой бочке» (как говорил сам Г.Алиев). Но К.Багиров решил действовать иначе.

К этому времени он, рекомендованный в свое время Г.Алиевым, освоился в кресле хозяина республики и решил избавиться от чрезмерной, по его пониманию, опеки. Он официально жаловался в ЦК КПСС на то, что, якобы, вынужден каждый свой шаг согласовывать с Гейдаром Алиевым, просил сделать тому внушение, чтобы он не вмешивался в дела республики.

Эти жалобы, сыграли, конечно, определенную роль в отставке Г.Алиева. При Багирове без каких-либо оснований освободили от должностей около трехсот человек только за то, что они происходили из Нахичевани или когда-то были выдвинуты Г.Алиевым.

Однако заменивший Гейдара Алиева на посту первого секретаря ЦК Компартии Азербайджана Кямран Багиров, ни в чем не смевший противоречить Москве, кремлевских властителей и армянское лобби все-таки не устроил. И ему нашли еще более слабую замену – бывшего посла СССР в Пакистане Абдурахмана Везирова.

В прошлом еще один «протеже» Г.Алиева, А.Везиров, 12 лет проработавший за пределами республики и абсолютно далекий от процессов, происходивших в Азербайджане и Закавказье, был не способен сплотить азербайджанское общество и, вольно или невольно, способствовал его расколу, что привело к дополнительным трудностям в развитии республики и отстаивании ею своего территориального единства. Вместо того, чтобы вплотную и всерьез заняться решением армяно-азербайджанского нагорно- карабахского конфликта, руководствуясь поручением из Москвы, он направил свои усилия на дискредитацию политики 70 – 80 годов в республике и очернение Г.Алиева.

С этого времени в Азербайджане начались открытые репрессии против выходцев из Нахичевани. В учреждениях, на предприятиях составлялись списки выходцев и Нахичевани. На первом же организованном А.Везировым митинге на площади Ленина в Баку он очень пафосно говорил о том, что до сих пор людей притесняли, не давали им жить, и что теперь все пойдет по-другому.

При А.Везирове инспирированные статьи из центральной печати тут же перепечатывались бакинскими изданиями – на русском и азербайджанском языках. При этом отвечать на обвинения, клевету, несмотря на провозглашенную гласность и плюрализм мнений, не давали.

При Абдурахмане Везирове началась подготовка большого процесса против сторонников Г.Алиева. В это время из Москвы приехало восемьсот человек следователей из всех союзных республик. Раз за разом в республику приезжали проверочные группы из ЦК КПСС, искали факты приписок, пытались найти подтверждение клевете, которую излагали в пространных письмах-жалобах. Весьма организованно писали многочисленные письма – жалобы на их, якобы, притеснения при Гейдаре Алиеве армяне Азербайджана.

В свою очередь, первый секретарь Бакинского горкома партии на одной из сессий Верховного Совета СССР в своем выступлении утверждал, что митинги протеста армян организованы из Москвы Гейдаром Алиевым.

Многие политики предлагали расселить беженцев- азербайджанцев из Армении в НКАО, однако А.Везиров решительно сопротивлялся и этому шагу. Единственно, в чем преуспел А.Везиров – это в поиске главного виновника свалившихся на Азербайджан бед. Антиалиевским публикациям в республиканской прессе, передачам по телевидению и даже постановкам в театре был дан «зеленый» цвет.

Отныне все, что происходило в республике в 70-е годы, предписывалось живописать одной черной краской. А.Везиров старался всячески принизить опасности, грозящие Азербайджану в связи с обострением межнациональной вражды. Из Армении, Нагорного Карабаха непрерывным потоком шли беженцы-азербайджанцы, а журналисты, писатели, публицисты республики, следуя указаниям А.Везирова, по-прежнему молчали или, убаюкивали население интернационалистскими байками.

В целом, с конца 1989 года в Азербайджане противостояли друг другу две силы. С одной стороны правительство А.Везирова и А.Муталибова, с другой – оппозиция, представленная Национальным Фронтом. «Сила» Правительства выразилась в том, что в ночь с 19 на 20 января 1990 года оно пригласило в Баку подразделения советской армии. Произошло кровавое насилие над людьми, участвовавшими в безоружной акции протеста.

«Сила» оппозиции заключалась в том, что руководители Национального Фронта призвали молодежь к открытому общественному протесту, уверяя молодых людей, что после событий в Тбилиси советские войска применять оружие уже не посмеют. Итог – сотни раненых и убитых мирных людей.

К этим страшным результатам привела марионеточная политика тогдашнего правительства и некомпетентность руководителей Национального Фронта. Январь 1990 года обозначил кровавой чертой переход власти к Аязу Муталибову. Январская трагедия 1990 года стала итогом политики А.Везирова.

В 1990 году после январских событий в Баку к власти пришел А.Муталибов. Но вместо того чтобы проводить политику, направленную на объединение народа, он продолжил политику А.Везирова.

Горькое признание человека, трудившегося на благо Азербайджана и СССР: «Я и представить не мог, сколько людей вокруг меня ждали, чтобы я споткнулся» (Г. Алиев).

Драматические события 20 января 1990 года в Баку были восприняты Гейдаром Алиевым как личная трагедия. Он не мог оставаться простым наблюдателем трагедии своего народа. Однако в январе 1990 года Г.Алиеву не дали даже возможности поехать в Баку на похороны жертв «Черного января». А руководство в Баку и не думало сопровождать эти жертвы в их последний на Земле путь.

В этой ситуации Г.Алиев 21 января посетил представительство Азербайджана в Москве. Здесь он сделал заявление, в котором содержалось сочувствие семьям жертв «Черного января», всему народу Азербайджана и осуждение убийц мирных граждан.

В этот же день Г.Алиев впервые подумал о том, чтобы выйти из коммунистической партии. Вслед за этим, в интервью от 9 февраля 1990 года Г.Алиев заявил, что М.Горбачев и компания все проблемы взаимоотношений между нациями и народностями в СССР выводили из ошибок сталинизма, из сталинской эпохи и забывали о собственных тяжелых ошибках в этом вопросе. Такими ошибками были, например, назначение Г.Колбина первым секретарем компартии Казахстана и А.Везирова первым секретарем Компартии Азербайджана: оба не знали республик, куда назначались, равно как и их народ, и его язык.

В связи с активно заявленной политической позицией Г.Алиева, к весне 1990 года противостояние опального политика и горбачевского руководства СССР достигли апогея.

К примеру, 13 апреля 1990 года в главной газете коммунистов СССР «Правда» было опубликовано «Письмо читателя», которое фактически было памфлетом, направленным против так называемой «Алиевщины». Что этот «термин» обозначал, из «письма» понять было сложно. Но с этого времени тема «Алиев» все чаще поднималась в печати, сопровождалась ожесточенными дискуссиями. Это было связано, в частности, с тем, что Гейдар Алиев также решил «поднять забрало». В частности, он принял решение, участвовать в выборах азербайджанского парламента, которые должны были состояться 30 сентября 1990 года.

Колоссальный резонанс имело объявленное Г.Алиевым 19 июля 1991 года решение о своем выходе из Коммунистической партии. Московское руководство во главе с М.Горбачевым реагировало на него невиданной по интенсивности клеветнической компанией в средствах массовой информации.

Эти нападки послушно перепечатывались в прессе Азербайджанской ССР. А Президиум Ревизионной Комиссии ЦК Коммунистической партии Азербайджана даже решил, что Г.Алиева, несмотря на его выход из партии, надо наказать.

Однако Г.Алиев отступать не собирался. В свою очередь, 3 августа 1990 года он дал интервью газете «Гобустан», что означало конец длительного молчания бывшего члена Политбюро. В свете этого, журналисты, в свою очередь, начали все активнее интересоваться редким коммунистическим руководителем в отставке, решившим не подчиняться правилам, которым беспрекословно подчинялись другие «отставники».

В сентябре Г.Алиев дал в газете «Советская Грузия» еще одно примечательное по своей откровенности интервью под названием «Гейдар Алиев: Существует ли еще Политбюро?».

Нужно однако отметить, что после возвращения в Баку Гейдар Алиев, несмотря на однозначное требование отказа от руководящей роли КПСС, отстаивал компромиссную позицию в вопросе о распределении власти, не считая возможным преследования людей, упорно придерживавшихся идеологии коммунистов.

Об этом он прямо говорил на заседании Верховного Совета Республики 29 августа 1991 года: «Для того, что достичь единства народа, Коммунистическая партия должна немедля отказаться от власти. Она составляет часть Коммунистической партии Советского Союза. Коммунистическая партия Советского Союза распалась. Стремление сохранить Коммунистическую партию Азербайджана и этот вопрос обсудить на съезде партии показывают, что существуют попытки использовать возможности Коммунистической партии. С этим нельзя согласиться. Все структуры Коммунистической партии Азербайджана должны быть устранены».

При оценке коммунистического прошлого Гейдар Алиев выступал, с одной стороны, глашатаем идеи национальной независимости, а с другой – сторонником бережного сохранения прежних достижений.

В частности, он прямо указывал: «Надо сказать, что имеются факторы, оправдывающие наше служение Советскому Союзу в прошлом. Сильный социально-экономический и интеллектуальный потенциал, который тогда был создан, является богатством нашего народа и служит хорошей основой самостоятельности Азербайджана».

И действительно, в его советской жизни не было дел, которые бы не служили и пользе родной Республике, дел. Поэтому он внешне невозмутимо воспринимал брань, сыпавшуюся на него, как бывшего высокопоставленного партийно-государственного деятеля Азербайджанской ССР и СССР.

В целом, следует признать, что Г.Алиев был тем крупным политиком, который мог бы немало способствовать модернизации и расцвету позднего СССР. Однако этого не случилось в связи с победой группы М.Горбачева.

Один из выдающихся журналистов позднесоветской эпохи Артем Боровик подчеркивал, что, несмотря на все свои таланты и достоинства, Гейдар Алиев для главной должности в Союзе «не вышел национальностью и верой»: «Я считаю, что Алиев лучше бы других отстаивал национальные интересы России. Посмотрите, что Горбачев сделал с Союзом, что Ельцин сделал с Россией. Алиев пошел бы по пути продуманных реформ, и судьбы страны, наша судьба сложилась бы иначе».

По материалам журнала “Современная Научная Мысль”

Читайте также: Война М.Горбачева против Г.Алиева и «тупики перестройки»

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.