Из истории перевода азербайджанской литературы на русский язык


А.Багиров

История переводов с азербайджанского на русский язык и с русского на азербайджанский восходит к первым десятилетиям XIX века.

Известный российский востоковед, писатель польского происхождения Осип Сенковский (1800– 1858) вольно перевел «с татаро-азербайджанского наречия» сказку «Деревянная красавица» и в 1825 г. опубликовал ее в ежегодном альманахе «Полярная звезда», издававшемся поэтом-декабристом К.Ф.Рылеевым (1795–1826) совместно с популярным писателем-декабристом А.А.Бестужевым-Марлинским (1797–1837). Эта публикация справедливо считается одной из первых переводческих работ с азербайджанского на русский язык в русской периодической печати.

История переводов с 1830-х годов связана с именем переводчика-первопроходца, поэта, писателя-просветителя, ученого-историка Аббаскули ага Гудси Бакиханова (1794–1847). Он был первым переводчиком басни «Осел и Соловей» на азербайджанский язык еще при жизни самого И.А.Крылова (1769–1844).

Перевод был осуществлен в 1839 г. – и совершенно в вольном стиле: в оригинале автор больше акцентировал внимание на прекрасном голосе и завораживающей песне соловья, а переводчик обращал пристальное внимание на восхваление Петухом Осла. Этим литературным фактом А.Г.Бакиханов способствовал дальнейшему развитию азербайджанскорусских литературных связей в области басенного перевода с русского на азербайджанский язык.

Впоследствии, в 80-е годы XIX века, азербайджанский историк, поэт-педагог Гасаналиага хан Карадагский (1848–1929) перевел на азербайджанский язык свыше 60-ти басен И.А.Крылова. После такого количества переводов интерес к творчеству великого русского баснописца в азербайджанской литературной среде еще больше возрос. И не случайно выдающийся азербайджанский писатель, драматург Абдуррагим бек Ахвердиев (1870–1933) начал в 1885 г. свою литературную деятельность именно с перевода басни Крылова «Дуб и Трость».

Затем азербайджанский педагог, писатель-этнограф Рашид бек Эфендиев (1863–1942), великий поэт-сатирик Мирза Алекбер Сабир (1862– 1911), тонкий лирик, поэт-просветитель, один из ярких классиков детской поэзии Аббас Сиххат (1874–1918), знаменитый педагог, поэт, прозаик, драматург Абдулла Шаиг (1881–1959), известный азербайджанский поэт-басенник Хикмет Зия (1929–1995) и многие другие талантливые азербайджанские поэты не раз обращались к творчеству Крылова.

К примеру, А.Шаиг перевел 97 басен русского классика и неоднократно издавал их отдельным сборником или включал в свои собрания сочинений.

Любопытная история была связана с с переводом на русский язык стихотворения самого А.Бакиханова, описанную академиком Ф.С.Гасымзаде в книге «История Азербайджанской литературы XIX века». В 1840-х годах поэт подарил это стихотворение в оригинале своему другу, польскому поэту Ладе Таудешу Заблоцкому, знавшему азербайджанский язык. Сюжет понравился Заблоцкому, и он сделал прозаический перевод на польский язык и передал его русскому поэту, тоже проживавшему в то время в Тифлисе Якову Петровичу Полонскому. Полонский, используя прозаический текст на польском языке, осуществил поэтический перевод стиха А.Бакиханова, и опубликовал свой перевод под названием «Татарская песня» («Азербайджанская песня» – Ф. Гасымзаде) в 1847 г. в 3-м номере газеты «Закавказский вестник» в Тифлисе.

К сожалению, на азербайджанском языке оригинальный текст стихотворения «Азербайджанская песня» не сохранился. Поэтому переводы Заблоцкого и Полонского приобретали особую ценность и признательность, благодаря которым азербайджанскому литературоведению стало известно о наличии еще одного значимого художественного произведения А.Бакиханова. Также стал очевидным источник сюжета, позже сочиненной новеллы автора «Книга Аскера».

До наших дней дошел и образный, вольный перевод известного стихотворения-легенды «Что зарумянилась, зоренька ясная» Александра Фомича Вельтмана (1800–1870) – российского подданного, шведского происхождения, русского картографа, лингвиста, археолога, писателя, поэта, выполненный великим лириком азербайджанской поэзии Мирзой Шафи Вазехом (1792–1852).

В 1833 г. в московском журнале «Телескоп» вышла статья русского поэта, переводчика, фольклориста Дмитрия Ознобишина (1804–1877) о немецкоязычной книге российского востоковеда, немецкого происхождения Федора Эрдмана (1793– 1862), посвященной Низами Гянджеви. Автор рецензии приводит свой перевод отрывка из «Рассказа русской царевны», выполненный в стихах. Это был первый стихотворный перевод Низами в России, выполненный не с оригинала.

Одним из ярких примеров в истории азербайджанской литературы и в литературной жизни Москвы считается публикация перевода поэмы М.Ф.Ахундова «На смерть Пушкина» в мартовском (XI) номере журнала «Московский наблюдатель» (1837). Прозаический перевод поэмы был осуществлен самим автором, который стремился передать все смысловые оттенки оригинала. В поэме была выражена глубокая скорбь по поводу трагической смерти гениального русского поэта. Однако выбранная автором в оригинале форма касыды, с использованием монорифмы, была сложна для стихотворного перевода. Главным принципом перевода Ахундов считал верность оригиналу.

По замечанию исследователя истории переводов Рафига Новрузова, «Ахундов в первой же своей переводческой попытке стремился не к буквалистической точности, а старался передать доходчивым и ясным языком для восприятия русского читателя свое отношение к гибели гениального Пушкина. Но это отнюдь не лишает перевод духа восточный поэзии. Поэма изобилует присущими восточной поэзии пышными сравнениями и метафорами. Автор-переводчик понимает, что все это будет небезынтересно для читателя».

Таким образом, уже в первой половине XIX века московские читатели познакомились с первыми образцами художественных переводов с азербайджанского языка.

В газете на азербайджанском языке, «Кешкюль», издававшейся в Тифлисе с 1883 по 1891 гг., активно публиковались переводы литературных произведений с русского языка, что подготавливало почву для полноценного культурного обмена. Также во второй половине XIX века переводы русской литературы на азербайджанский язык – поэзия А.И.Крылова, А.С.Пушкина, М.Ю.Лермонтова, проза и драматургия Л.Н.Толстого, И.С.Тургенева, Н.В.Гоголя в исполнении А.О.Черняевского, Г.Карадаги, М.А.Новраса, Р.Эфендиева, С.Гаджибекова, Ф.Кочарли, Дж.Унсизаде, М.Г.Эфендиева, С.М.Ганизаде – публиковались, в основном, в Тифлисе, Баку и Ираване.

Как отмечал исследователь истории переводов Мустафа Искандерзаде, в 1920–1930-е годы «больше переводится с русского языка, и азербайджанская литература больше испытывает на себе влияние, чем воздействует на другие литературы». Действительно, в этот период были переведены на азербайджанский язык произведения М.Горького, А.Фадеева, М.Шолохова, Ф.Гладкова, В.Маяковского и других, что, несомненно, стало событием в литературной жизни Азербайджана.

Одним из наиболее заметных переводчиков азербайджанской лирики стал Константин Симонов: в «Антологии азербайджанской поэзии» (Москва, «Художественная литература», 1939) было опубликовано более сорока его переводов.

К.Симонов писал: «Я люблю в поэзии мужество, и это мужество я нашел и в поэзии Видади, и в поэзии Вагифа и в некоторых, особенно полюбившихся мне стихах Самеда».

К.Симонова и С.Вургуна связывала большая братская дружба. Может быть, поэтому русский поэт постоянно участвовал в литературной жизни Азербайджана, влиял на нее. Благодаря переводам Симонова читатели России познакомились со значимыми поэтическими образцами народного фольклора, классической и советской поэзии Азербайджана.

Переводы К.Симонова стихотворений С. Вургуна: «Я не спешу…», «Поэт, как рано постарел ты…», «Телогрейка» (напечатаны в «Литературной газете» 19 января 1956 г.) и позже переведенная «Одинокая могила» по справедливости, считаются классическими образцами художественного перевода на русский язык золотого фонда переводной поэзии в советский период.

В Москве в 1940 г. прошла первая грандиозная декада «Дни азербайджанской литературы и искусства», а в 1950 г. – вторая декада. Известный поэт, переводчик, знаток и почитатель азербайджанской литературы Павел Антокольский во время второй декады в журнале «Огонек» тепло отозвался об этом культурном событии, сообщил о том, что гости привезли в Москву множество изданных в Баку книг. Прозвучало много стихов, в основном, в переводе на русский язык.

Также он отмечал, что «азербайджанские писатели приехали в Москву на этот раз и с большими достижениями в области прозы. И это тем более знаменательно, что азербайджанская художественная проза не имеет таких глубоких и вековых традиций, как поэзия. Таким образом, каждое значительное прозаическое произведение является, по сути, новаторским…».

На этой декаде московские читатели и литературное сообщество познакомились с такими произведениями, как роман Мирзы Ибрагимова «Наступит день», роман Мехти Гусейна «Апшерон», повесть Сабита Рахмана «На рассвете», а также с новыми стихами Самеда Вургуна, Сулеймана Рустама и других. К декаде в Москве вышел новый сборник стихов Мамеда Рагима. На этой декаде также была представлена поэма Расула Рзы в переводе Арсения Тарковского «Ленин», которая в 1951 г. получила Сталинскую премию.

В советский период художественные переводы были для многих одаренных поэтов дополнительным поэтическим плацдармом, где можно было оттачивать свои поэтические возможности и обогащаться, подпитывая из чужой культуры самые живительные, жизненно важные, духовные силы. Перевод зарубежной и иноязычной поэзии на русский язык охотно печатали и неплохо оплачивали.

Советские образцы перевода с подстрочника были, как правило, переводами весьма высокого качества. Таким образом, несмотря на переводы с помощью подстрочника, азербайджанская поэзия с помощью лучших московских поэтов обретала своего читателя и становилась фактором русской литературы.

Одной из важнейших фигур азербайджанско-русского литературного диалога стал талантливый поэт Арсений Тарковский, который также переводил с подстрочников.

Наиболее запоминающимся из азербайджанских переводов Тарковского стал перевод поэмы Расула Рзы «Ленин». Также он принимал участие в переводе стихов Микаиля Рафили для трехтомника «Антологии азербайджанской поэзии» (1960); участвовал по приглашению Расула Рзы вместе с Антокольским и Эткиндом в жюри закрытого конкурса на лучший перевод стихов М.Мушвига. Кстати, частыми переводчиками Расула Рзы также были такие выдающиеся московские поэты, как Муза Павлова, Борис Слуцкий, Давид Самойлов, Юнна Мориц, Леон Тоом.

Имена отдельных азербайджанских поэтов связаны с теми или иными переводчиками. Например, стихи поэта-сатирика М.А.Сабира переводили на русский язык еще в середине 1930-х гг. Георгий Крейтан, Борис Серебряков, Григорий Строганов, Павел Антокольский, Михаил Светлов. Но прежде всего имя Сабира связано с его переводчиком Павлом Панченко. Московские читатели впервые познакомились со стихотворениями азербайджанского сатирика в переводе П.Панченко в 1939 г. в «Антологии азербайджанской поэзии».

Надо отметить, что поэзия Сабира весьма непроста для перевода, поскольку его стих основывается на ритмизированном, стилистически значимом чередовании долгих и кратких слогов, отличается музыкальностью и мелодичностью и при переводе на русский язык кажется громоздким и избыточным. Тем не менее, Панченко настойчиво продолжал свою переводческую работу над произведениями М.А.Сабира.

Известный советский писатель и поэт Сергей Александрович Васильев (1911–1975) также увлеченно переводил стихи Сабира в 1960-х годах. И редкий случай в жизни известных поэтов – он с особой гордостью переводные стихи Сабира включил в свой поэтический сборник «На стрежне» (Москва, «Советский писатель», 1969) наряду со своими оригинальными стихами.

Позже переводчик с искренним восхищением писал в «Литературной газете» о своем интересе к поэзии азербайджанского сатирика: «Я глубоко «сросся» с Сабиром в качестве его переводчика, буквально породнился с его воинственной иронической музой, до мелочей изучил его подвижническую жизнь и вдохновенное творчество…».

Талантливая поэтесса, москвичка Аделина Адалис, успешно переводила азербайджанскую поэзию на русский язык. На заседании Национального бюро Союза писателей СССР «По вопросам теории и практики художественного перевода» 2 октября 1943 г., гениальный Самед Вургун похвалил ее: «Аделину Ефимовну Адалис я хочу поблагодарить как самую лучшую переводчицу азербайджанской поэзии. У нее часто бывают отсебятины, но она всегда идет от моего материала, от моего вдохновения…».

А.Адалис была автором классического перевода стихотворения С.Вургуна «Азербайджан» и одной из переводчиц «Комсомольской поэмы». А.Адалис была одаренной поэтессой, но нередко переводила очень вольно, вкладывая собственный талант в навеянные оригиналом образы.

В 1962 г. в Москве, в издательстве «Советский писатель» книга «Поэты Азербайджана» (серия «Большая библиотека поэта»). В аннотации азербайджанская поэзия оценивалась очень высоко: «Поэзия Азербайджана – одна из доисторических и богатейших на земле. Великие поэты Азербайджана знакомы всему культурному миру».

Надо отметить, что до этого издания двум из поэтов – Низами и Сабиру – были посвящены отдельные выпуски Большой серии «Библиотеки поэта». В сборник вошли переводы лучших произведений Хагани, Насими, Физули, Вагифа, Видади, Закира, Ахундова, Хади, Джавида и др. Данный сборник создавал яркое представление у русскоязычного читателя о развитии классической азербайджанской поэзии XI–XX столетий. Примечательно, что переводы многих стихов на русский язык были осуществлены впервые специально для этого сборника.

Интересно, что в советское время не только профильные издательства, а также отдельные издательства периодически печатали азербайджанских авторов.

К примеру, издательство «Советская Россия» Госкомиздата РСФСР в 1988 г. выпустило коллективный поэтический сборник «Ветка чинары», охвативший период с XI по XX веков. Сборник составили Народный поэт Азербайджана Наби Хазри и русский поэт-переводчик Александр Лаврин. Краткое предисловие Н.Хазри и А.Лаврина информировало русскоязычного читателя о разных периодах азербайджанской поэзии.

В советский период в Москве беспрерывно печатались не только произведения азербайджанских классиков, но и современных писателей. Всем маститым авторам, да и всем талантливым, способным творцам художественного слова из национальных республик печататься в московских журналах, периодических изданиях или выпускать свои книги в столице считалось весьма престижным.

В Москве складывалась устойчивая система многонаправленного перевода с национальных языков на русский язык, а также с русского на национальные языки советских республик.

Однако в переводческом цеху национальных литератур имелись и существенные недостатки. Именитые российские переводчики с национальных языков переводили, как правило, не с оригинала, а с помощью подстрочных переводных текстов. И это в определенной степени затрудняло их понимание национального менталитета, колорита и «духа» оригинала. Но на благоприятном фоне эти недостатки были эпизодическими, выглядели малозначимыми.

В основном переводом занимались не случайные графоманы, а наиболее талантливые поэты и писатели эпохи. Поэтому переводимые ими художественные тексты в независимости от вольности перевода, становились талантливыми, яркими произведениями.

В начале 1990-х гг. закончился советский период взаимодействия национальных культур и литератур, когда едва не воплотилась в жизнь общеизвестная мечта русского классика Максима Горького о том, что «идеально было бы, если бы каждое произведение, каждой народности, каждой национальности переводилось на все языки большой страны».

На самом деле переводческое дело в советское время было поставлено широко и с размахом, начала формироваться мощная единая многонациональная советская литература.

К сожалению, после спада переводческой деятельности в начале 1990-х гг. в этой области началась полная неразбериха. Образовавшиеся переводческие школы как будто «замерли», наступило время застоя, появились слабые, иногда и бездарные переводы, и они за счет личных средств издавались бессистемно. Отрадно, что время таких бездарных переводов, не только переводов, но и оригинальных сочинений, продлилось недолго.

По материалам журнала “Преподаватель XXI век”

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.