Керим Керимов: один из руководителей космической программы СССР


Г.САЛАЕВ

Керим Керимов… Его незаурядные способности, трудолюбие, организаторский талант позволили от должности рядового инженера дослужиться до высокого служебного положения — председателя Государственной комиссии по летным испытаниям космических пилотируемых кораблей, в течение 25 лет (1966-1991 гг.), от лейтенанта до генерал-лейтенанта, попасть в список сверхсекретных лиц.

Он один из основателей советской космической программы, внесший значительный вклад в освоение космоса. В течение многих лет являлся центральной фигурой в советской космонавтике. Однако, несмотря на важную роль, личность Керимова держалась в секрете от общественности на протяжении большей части его карьеры, жители страны о существовании этого человека ничего не знали.

Керим Керимов — Герой Социалистического Труда, кавалер ряда высших орденов страны: «Орден Ленина», «Трудового Красного Знамени», «Красной Звезды», «За заслуги перед Отечеством» IV степени, медалей «За боевые заслуги», юбилейной медали «За доблестный труд», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За безупречную службу» I степени. Он лауреат Сталинской, Ленинской и Государственной премий СССР, удостоен высокой государственной награды — ордена «Шараф».

Керимов родился в Баку в семье азербайджанских интеллигентов. Его отец был выпускником Петербургского политехнического института и работал инженером в «Азнефти», а мать — Сурея Керимова (Ахмедова) окончила гимназию в Баку.

В 1936 -1939 годах он учился на энергетическом факультете Новочеркасского индустриального института. Окончил Азербайджанский индустриальный институт в 1942 году и сразу же был принят на последний курс Артиллерийской академии имени Ф.Э.Дзержинского, в конце 1943 году эвакуированной из Москвы в Самарканд.

Здесь он получил специальность инженера-механика реактивного вооружения и был направлен на службу в Государственную комиссию Главного управления вооружений, где на заводах Москвы занимался приемом у промышленности гвардейских минометных установок типа «Катюша» и снарядов к ним. За эту работу он был удостоен своего первого ордена «Красная Звезда».

В 1946 г. он вместе с другими специалистами по ракетной технике был направлен в Нордхаузен (Германия) для сбора информации о баллистической ракете «Фау-2». Затем Керимов проходил службу в Центральном аппарате Министерства обороны, где прослужил 20 лет на различных должностях: от старшего инженера до начальника Центрального Управления космических средств.

В 1950 году он был удостоен Сталинской премии, а в 1961 году награжден орденом Ленина за участие в подготовке первого пилотируемого полета человека в космос. В сентябре 1960 года Керим Керимов был назначен начальником управления Главного управления ракетного вооружения (ГУРВО), а в 1964 году возглавил только что созданное Центральное управление космических средств (ЦУКОС). За внедрение ракетно-космического комплекса «Зенит» он был удостоен Ленинской премии.

С 1965 года руководил Главным космическим управлением в Министерстве общего машиностроения, которое занималось созданием ракетной и космической техники. Заместителями Керимова в разное время были такие видные деятели этой сферы, как В.П.Мишин, В.П.Глушко, Ю.П.Семенов. Будучи человеком военным, Керимов хорошо знал неписаное правило: «Приказы начальства не обсуждаются». Но у него был свой взгляд на многие проблемы, и в критически важных ситуациях он умел их отстаивать.

В 1974 году, оставаясь председателем Госкомиссии, Керимов был переведен на должность первого заместителя директора ЦНИИМаш. В этой должности он курировал работы, связанные с запуском и эксплуатацией орбитальной станции «Мир». В октябре 1967 г. Керимову было присвоено звание генерал-лейтенанта за успешную стыковку на орбите двух беспилотных космических аппаратов («Космос-186» и «Космос-188»).

В 1975 году он курировал подготовку совместного советско-американского полета «Союз-Аполлон».В 1979 г., за успешное осуществление полетов на пилотируемые орбитальные станции, Керимову присуждена Государственная премия, а в 1987 г. за создание многомодульной орбитальной станции «Мир» и обеспечение полетов на эту станцию ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

Он, оставаясь в тени абсолютной секретности, пережил триумф Гагарина, его гибель и нескольких космонавтов, затопление своего детища — станции «Мир». Свою любимицу он пережил на два года и шесть дней.

Керим Керимов лично отправлял в космос все экипажи космических кораблей. Именно ему на космодроме они докладывали о готовности к полету и ему же докладывали о выполнении задания после приземления. Тем не менее, самого Керимова в телерепортажах показывали только со спины, его имя в СМИ не упоминалось и было строго засекречено.

Хотя уже было известно о С.П. Королеве, который послал Ю.А. Гагарина в космос, но о руководителе комического комплекса Кериме Керимове никто не знал. Не знали, что именно Керимов управлял всеми заводами, которые работали на космонавтику. Сотни различных предприятий и учреждений докладывали Кериму Керимову о готовности. У него аккумулировалась вся информация.

В комиссию, где он был председателем, входили пятьдесят человек, среди них президент Академии наук, министр обороны СССР, другие министры СССР. Из всех руководителей Советского Союза больше всего внимания космонавтике уделял Леонид Брежнев, с которым у него была прямая телефонная связь.

Его личность стала впервые известна только летом 1987 года из газет «Правда» и «Советская Россия», когда в СССР началась горбачевская перестройка. Издание «Эхо планеты» в 1987 году опубликовало материал Эльмара Гусейнова: «Человек-невидимка с Байконура».

Этим человеком оказался человек всесоюзного масштаба, легендарный Керим Алиевич Керимов, что стало для многих в стране шоком: один из руководителей космической программы СССР — азербайджанец?! В 1991 году, в год развала СССР, в возрасте 74 лет, Керимов вышел в отставку, но продолжал работать консультантом ЦУПа. В 1996 году в Баку была издана автобиографическая книга Керимова «Дорога в Космос (Записки председателя Государственной комиссии)».

Чтобы лучше познакомиться с деятельностью и личностью Керимова, обратимся к его ответам на вопросы журналистов немногочисленных интервью:

«Циолковский вывел формулу реактивного движения и построил макет будущей ракеты. Но это были годы становления Советской власти, каждый рубль был на учете, и тратить деньги, чтобы отправить человека в космос тогда и в голову это не могло прийти! Наши специалисты, в частности Королев и Глушко, решили, что не для космоса, так для войны это нужно — пора наши самолеты снабжать реактивными двигателями.

Они обращались во все инстанции, писали Сталину письма. А результат ходатайств известен: их обоих упекли на каторгу. Тогда были маломощные твердотопливные ракеты, на базе которых были созданы наши легендарные реактивные снаряды «Катюша». Дальность полета — всего 30 километров. В 44-м Сталин получил от Черчилля информацию, что вермахт разработал новые ракеты с дальностью полета 300 километров, транспортирующие до тонны тротила, и этими ракетами уже бомбят Лондон.

То были знаменитые ФАУ-2. В отличие от наших твердотопливных «Катюш» ФАУ летали на жидком топливе. Тогда нам стало очевидно, что Германия в области ракетных разработок значительно опередила нас. После войны я работал в составе комиссии в немецких городах Нордхаузен и Бляйхероде, которые были центрами германского ракетостроения. Нас прислали для изучения ФАУ- 2. Первые ФАУ-2 советской сборки взлетели в Капустином Яру… К тому же Сталин распорядился, чтобы все составные части ракет были исключительно советского производства, и требование это неукоснительно соблюдалось».

На вопрос журналиста «Вся ваша деятельность долгие годы была засекречена, как вы перенесли секретность?», Керимов ответил: «Плохо переносил. Мне ведь даже называть, чем я занимаюсь, нельзя было. Уверен, наша система секретности стала одним из факторов нашего отставания в технической области от США».

Об обстановке при отборе первых космонавтов: «В сверхконфиденциальной обстановке, чтобы заокеанские друзья, чего доброго, не учуяли наши планы… У Гагарина и Титова были одинаковые шансы… Но выбор оставался за С. П. Королевым. Гендиректор КБ сам выбирал, кому летать на его детище…»

О полете Гагарина: «Я сам боялся не меньше его. Мы торопились, сроки поджимали. А когда он рапортовал о готовности к полету, невозможно было не заметить насильную улыбку, маску бодрости! Конечно, для первого раза это чувство оправдано. Спутник, на котором предстояло полететь Гагарину, был мне хорошо знаком».

Об освоении космоса, Керимов сказал: «Космос — это наше будущее. Я вам отвечу словами Циолковского: «Человек не будет жить вечно на Земле. Сначала робко проникнет за стратосферу, а потом и завоюет все околосолнечное пространство». Ведь со временем на Земле будут отсутствовать те блага, которые необходимы для существования человечества».

Откровенный ответ на вопрос, почему американцы, а не “мы” высадились на Луну, ответил: «После полета Гагарина Кеннеди добился решения сената о выделении в течение пяти лет 240 миллиардов долларов на проект освоения Луны человеком. У нас Королев пытался выбить средства для ракеты, способной высадить человека на Луну, но «наверху» его не поддержали, потому что военным такая мощная ракета была не нужна, а для нужд науки такие средства выделить никто не решался… Полет «Союз — Аполлон», это был чисто политический проект. Покойный академик Келдыш делал тогда в США операцию и заодно договорился о совместном полете. В правительстве увидели в идее Келдыша хороший повод для сближения с США».

О станции “Мир”: «В США тогда писали, что русские на 10 лет опередили американцев и теперь владеют космосом. «Мир» окончательно достроили только за два года до его потопления, а всего его собирали на орбите 15 лет. Я считаю, что было достаточно поменять на нем те блоки и узлы, которые вышли из строя, и продолжать эксплуатацию. На затоплении «Мира» настояли США… А МКС принципиальных преимуществ перед «Миром» не имеет. С американскими друзьями у нас были натянутые отношения, и они старалась, по поручению НАСА уладить некоторые вопросы мирно, с улыбкой… И результат нашей «доверчивости» к американским коллегам — потопление станции «Мир». Они сделали все, чтобы мы ощутимо отстали от них в развитии космонавтики…Со слезами на глазах я наблюдал, как топили «Мир»… Я себя сравнивал с тургеневским Герасимом, вынужденным своими руками топить Му-Му».

О том, хотел ли он тоже полететь в космос: «Мне не то что летать в космос, но в бытность руководителем Госкомиссии по пилотируемым полетам даже болеть не разрешалось! Не скажу, что горел желанием. Но если б даже я захотел, это было бы невозможно. Я был мусульманином, а брали только православных».

Об участии в полете азербайджанского космонавта: «Я несколько раз говорил об этом с покойным директором азербайджанского Института космических исследований Т. Исмаиловым… Ко мне приезжала молодая девушка из Баку и настаивала, что хочет полетать. Обидеть, конечно же, не хотелось, пришлось отказать. Так ничего у нас и не получилось».

О полете женщин в космос: «Королев планировал полет Терешковой как агитационный престижный акт, рекорд своего рода. Первая женщина в космосе — советская женщина!».

Керим Керимов не был в Баку с 1942 до 1987 года, целых сорок шесть лет. Он не имел права отлучаться от работы, он не был свободным человеком. Даже в отпуск ездил с сопровождением.

Скончался Керимов 29 марта 2003 года. А первого апреля была панихида в городе Королеве. Керимова кремировали, прах положили в капсулу и передали прах семье. Только через сорок дней похоронили эту капсулу рядом с могилой его супруги на Ваганьковском кладбище.

В материале использованы интервью «Новой газеты», «Недели» и «Бакинского рабочего» Орхана Джемаля. Из архивов газеты ЭХО

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.