Как японцев пытались привлечь к резне азербайджанцев в Баку (1905 г.)

Ф.Джаббаров

К началу ХХ века в Российской империи обозначилась тенденция к росту межэтнических конфликтов, а национальные движения стали важным фактором назревания политического кризиса в стране.

Естественно, что иностранные разведки не могли упустить шанса воспользоваться этим уязвимым местом во внутренней политике России для реализации своих планов.

Накануне русско-японской войны (1904-1905 гг.) нарастала социально-политическая напряженность в стране, усиливалась пропагандистская и деструктивная деятельность оппозиционных и революционных партий. Уже в середине 1903 г. в меморандуме японского Генерального штаба было особо отмечено и указано на российское социалистическое движение как на возможного союзника при проведении подрывных операций в тылу противника.

Японским дипломатам и разведчикам было рекомендовано обратить внимание на разработку как представителей либеральной оппозиции, так и радикальных революционных групп. Учитывая, что в планы Японии входило установление тесных связей с социалистическими и радикальными политическими силами, то в сферу интересов автоматически подпадала и армянская партия “Дашнакцутюн”, которая в своей программе провозглашала социалистические принципы, а также была известна радикализмом, перераставшим в терроризм.

В начале 1904 г. дашнаки приняли решение перенести центр своей террористической деятельности с территории Турции на Кавказ. Политика официальных кругов России по обузданию армянского национал-сепаратизма, выразившаяся в закрытии церковных школ, секуляризации имущества армяно-григорианской церкви, привела к тому, что армяне объявили врагом №1 царское правительство. Центр борьбы был перенесен из Османской империи на Южный Кавказ, т.е. в пределы России.

По отношению к России дашнаки планировали открытое выступление совместно с другими партиями, правительственный террор и применение тех же методов борьбы, которые использовались против Турции.

27 января (9 февраля по новому стилю) 1904 г. между Россией и Японией началась война. Через несколько дней в Стокгольме состоялась встреча бывшего военного агента Японии в России Мотодзиро Акаси, которому суждено будет стать главным действующим лицом в контактах японцев и оппозиционных партий России, с одним из представителей финской оппозиции Конни Циллиакусом.

Совместно с М.Акаси К.Циллиакус разработал план финансирования деятельности российской оппозиции и подрывной работы в России. Благодаря посредничеству К.Циллиакуса, в связи с японской разведкой были вовлечены польская оппозиция, партия эсеров, еврейский Бунд, грузинская партия социал-федералистов “Сакартвело”, а также армянская партия “Дашнакцутюн”.

Первые контакты армянских дашнаков с японцами относятся к лету 1904 г. Как писал в своем докладе М.Акаси, к концу июня 1904 г., когда отношения между К.Циллиакусом и основными оппозиционными партиями созрели, он и К.Циллиакус отправились в Париж, где вместе с представителем партии “Сакартвело” Георгием Деканози и партии “Дашнакцутюн” графом И.З.Лорис-Меликовым совещались по поводу плана организации беспорядков в России.

На этом совещании речь шла об организации беспорядков в России с целью ослабления ее политического влияния и авторитета в европейской политике. В докладе М.Акаси название армянской партии указано как “Дрошак”, что являлось характерным для того времени именованием так “Дашнакцутюна”. Связано это было с названием главного печатного органа дашнаков – газеты “Дрошак”. Что касается представителя этой партии на переговорах в Париже, то здесь идет речь об Иване Захаровиче Лорис-Меликове – одном из основателей “Дашнакцутюн”.

Встреча М.Акаси с И.Лорис-Меликовым в Париже в конце июня 1904 г. примечательна в том аспекте, что она совпала по времени с изменившейся внутри России ситуацией. Дело в том, что с началом войны с Японией в России начался мощный патриотический подъем. Многие оппозиционные силы в начале войны не предпринимали никаких акций саботажа или антивоенных выступлений, хотя понимали, что победы русской армии лишь укрепят позиции самодержавия.

Однако с каждым поражением русской армии ситуация в стране начала меняться. Доверие к правительству стремительно падало. Начались антивоенные и открытые “японофильские” призывы. Не отставали в этом деле и армяне, решившие воспользоваться случаем и услужить Японии.

По получении вестей о поражениях русской армии на Дальнем Востоке летом 1904 г. армянские националистические партии направили японскому императору Муцухито поздравление от имени всех армян Кавказа и России. В письме говорилось, что все армяне выражают ему свои искренние чувства и желают императору разгромить русскую армию до последнего солдата, а также уничтожить русское правление до берегов Маньчжурии.

И вот именно в это время, в разгар антиправительственной пропаганды внутри России, – в июне 1904 г. дашнаки идут на первые контакты с японской разведкой. Нельзя сказать, что упомянутая встреча М.Акаси с И.Лорис-Меликовым дала толчок действиям армян, ибо они и ранее не отличались мирными средствами борьбы против правительства. Однако, надо заметить, что именно парижское рандеву явилось сигналом для претворения в жизнь террористических и экстремистских действий армян в интересах Японии и на ее финансовые субсидии.

С 30 сентября по 4 октября 1904 г. в парижском отеле “Орлеан” прошла конференция оппозиционных и революционных партий, организованная японскими спецслужбами. Здесь были представители 8 российских революционных и леворадикальных организаций, в частности, таких, как “Союз освобождения”, партия эсеров, финские, польские, грузинские организации. Армянских дашнаков на конференции представлял Микаэл Варандян.

Как и И.З.Лорис-Меликов, он представлял дашнакскую партию в Европе, оказывал значительное содействие изданию газеты “Pro Armenia”, вел пропаганду в пользу решения “армянского вопроса”.

Как сообщал в своем докладе об итогах конференции М.Акаси, “на конференции было решено, что каждая партия может действовать своими методами: либералы должны атаковать правительство с помощью земства и газетных кампаний, эсерам и другим партиям следует специализироваться на крайних методах борьбы, кавказцам использовать свой навык в организации покушений, польским социалистам – опыт в проведении демонстраций“.

Было очевидно, что японская разведка сконцентрировала основное внимание на тех представителях революционных партий и групп, которые были готовы идти на крайние меры. В частности, в случае с армянскими дашнаками был принят во внимание их опыт террористической деятельности против чинов высшей администрации и полиции на Кавказе, а также в Османской империи, обеспеченность оружием и агрессивность в действиях.

Особую активность армяне развернули в Баку, готовясь именно здесь осуществить свою первую кровавую акцию. В официальных документах имеются многочисленные указания на это.

В частности, наместник на Кавказе граф И.И.Воронцов-Дашков так характеризовал действия дашнаков в 1904-1905 гг.: “…Нахальству “Дашнакцутюна” не было пределов, и к концу 1904 г. власть “Дашнакцутюна” достигла своего апогея. К этому времени организация сковала в полном смысле слова все армянское население, организовав прекрасно вооруженную дружину и создавши громадный основной капитал. Тогда-то возникла мысль у дашнакцаканов, под влиянием общеимперской революции, стать во главе всего революционного движения в крае, объединить все революционные партии всех национальностей и продиктовать всем этим партиям свои конечные цели. Стоявшее в стороне от революции мусульманство не считалось и не хотело считаться с революционными организациями. Тысячи прокламаций разбрасывались членами “Дашнакцутюна” на татарском [азербайджанском – Ф.Д.] языке среди мусульман, приглашая их объединиться и стать “против единственного врага” – русского правительства. К началу 1905 г. среди опьяненных своей силой и положением деятелей “Дашнакцутюна” возникла мысль о возможности подчинить себе и мусульман. Случаи убийств последних в целях террора сначала в гор. Баку, а затем и в других местах стали следовать один за другим”.

К осени 1905 г. относится проведение крупной операции Японии по ввозу большой партии оружия через Черное море на Кавказ. В это время волна армянского террора прокатилась в Баку, Иреване, Шуше, Нахчыване, Тифлисе. Нацеленные на физическое уничтожение азербайджанцев, действия армян были направлены и против царского правительства, ибо способствовали дестабилизации обстановки на Кавказе.

Для осуществления своих целей армянам нужны были большие партии оружия. Для переправки оружия на Кавказ на японские деньги был закуплен пароход “Сириус” общим водоизмещением 597 тонн. В начале сентября 1905 г. он принял на борт 8,5 тыс. винтовок “Веттерлей” и 2 млн. патронов к ним и в конце сентября взял курс к черноморским берегам России из Амстердама, якобы по своим торговым делам. Длинный путь в Черное море через Атлантику и Средиземное море экипаж проделал беспрепятственно.

24 ноября неподалеку от портового города Поти команда “Сириуса” перегрузила оружие и боеприпасы на четыре баркаса. Позднее властям удалось перехватить и конфисковать в общей сложности 7 тыс. винтовок “Веттерлей” и полмиллиона патронов к ним. Исчерпывающего ответа на то, кому предназначался груз “Сириуса”, кто организовал его приемку и как распределил его, в каких конкретно эпизодах революционных выступлений на Южном Кавказе нашло применение это оружие, нет. Не сохранились также сведения о том, смогли ли армяне воспользоваться оружием, прибывшим с “Сириусом”.

Тем не менее, эту версию можно предположить с большой долей вероятности, ибо конец 1905 – начало 1906 гг. отмечены продолжающимися вооруженными нападениями армян на азербайджанское население в отдельных регионах Южного Кавказа.

Японская финансовая поддержка российских революционеров касалась не только проблем закупки и транспортировки оружия, но также и печатания и распространения нелегальной литературы. Японская разведка не испытывала никаких симпатий к социалистическим идеям, а преследовала свои прагматические цели – максимально ослабить Россию и побыстрее закончить войну.

Поэтому неслучайно, что все поступления в партийные кассы революционеров моментально прекратились сразу же после начала русско-японских переговоров о мире. Что касается армян, то царское правительство с подачи Кавказского наместника графа И.И.Воронцова-Дашкова пересмотрело свой курс и вновь вернулось к политике использования армян в своих внешнеполитических целях.