Роль бакинской оперы в развитии композиторской школы (1929-1930 гг.)

Н.Исмаилзаде

Несмотря на то, что репертуар бакинского оперного театра в 1929-1930 гг. состоял преимущественно из оперных произведений мировой классики, азербайджанским композиторам все-таки удавалось изменить ситуацию в пользу постановок оперных произведений отечественных композиторов. Значительную роль в музыкальной жизни Баку играли симфонические сезоны.

Организация летних симфонических сезонов 1929 шла полным ходом на фоне подготовки к открытию осеннего оперного сезона, предварительные работы и организация которого в сентябре были закончены. Была набрана труппа, состоящая из новых артистов, составлены хор, оркестр, балет и выработан основной план предстоящей работы.

Для руководства музыкальной частью театра был приглашён один из лучших дирижёров того периода А.М.Пазовский. Под его руководством должны были вестись занятия не только по постановке новых опер, но и по возобновлению старых.

Одним из важных вопросов, волнующих дирекцию театра, являлся репертуар. В репертуаре нашли место хорошо знакомые зрителю оперы: «Князь Игорь» А.Бородина, «Царская невеста» Н.Римского-Корсакова, «Шах Сенем» Р.Глиэра и др. Впервые в репертуар театра были включены ни разу не поставленные в Баку: «Золотой петушок» Н.Римского-Корсакова (с подлинным текстом до исправления царской цензурой), «Волшебная флейта» В.Моцарта, «Фиделио» Л.Бетховена, «Валькирии» Р.Вагнера и «Прорыв», революционная опера молод ого советского композитора C.Потоцкого».

Как видно из репертуара оперного театра, нет ни одного произведения азербайджанских композиторов, хотя они пользовались огромным интересом у зрителей. Откуда же было взять рост творческой активности, если дирекция театра не включала в план даже имеющиеся оперы У.Гаджибекова, З.Гаджибейли и М.Магомаева? Неужели «Прорыв» С.Потоцкого был нужен азербайджанскому зрителю больше, чем оперы на своём родном языке?

Однако, все ответы упирались в окружающую тогда социальную и политическую обстановку, требованиям партии, для которых развитие национального искусства не имело приоритетного значения.

Отрадно, что дальнейший ход исторического развития, а главное, личность Узеира Гаджибекова, смогли со временем изменить ситуацию в пользу интенсив ного развития азербайджанской классической музыки.

А пока вернёмся к музыкальным событиям конца 1920-х годов, когда руководство постановочной частью было поручено бывшему режиссёру (Санкт-Петербургского) музыкально-драматического театра И.П.Варфоломееву. Предполагалось также приглашение и других режиссёров на отдельные постанов ки.

Открытие оперного сезона состоялось 20 октября оперой «Князь Игорь». Опера шла в новой постановке режиссёра И.Варфоламеева. Надо сказать, что произведения композиторов «Могучей Кучки» пользовались большим успехом, поэтому не случайно, что открытие сезона состоялось именно оперой А.Бородина.

Наличие национального колорита в их произведениях, использование народных песен, воспевание могучей силы народа, протестующего против гнета верхов ной власти, выразительные образы народных героев, их искренние чувства (несмотря на разность исторического времени) были созвучны борьбе Советского народа за установление новой власти, своих прав, свободу и независимость граждан, за утверждение главных человеческих ценностей.

Отсюда исходила исключительная популярность опер «Борис Годунов», «Князь Игорь», «Садко», «Царская невеста». После «Князь Игоря» в репертуаре шла опера «Царская невеста» Н.Римского-Корсакова, по сути являющаяся единственным опытом композитора в области историко-бытовой оперы.

На фоне воспроизведения мрачного быта эпохи царя Ивана Грозного, показ выразительных жизненных образов, свежая и привлекательная музыка, в значительной мере построенная на художественной обработке народных песен, обеспечили этой опере прочный и длительный успех.

Как отмечалось в печати: «Спектакль построен на коллективной вдумчивой работе всего ансамбля (а не на случайном исполнительском подборе, как это было часто до сих пор), –в этом именно сила его художественного воздействия».

Осенью того же года были намечены гастроли, тесно связанного с азербайджанской музыкальной культурой, композитора и дирижёра Р.М.Глиэра, который должен был дирижировать исключительно своими произведениями – II симфонией, увертюрой к«Шах Сенем» и т.д.

Наконец, в декабре дважды за месяц был помещён анонс о том, что 4 декабря будет поставлена “Тюркская опера” «Асли и Керем» У.Гаджибекова в Большом Государственном театре им.М.Ф.Ахундова.

В области искусства были достигнуты большие успехи. Благодаря деятельности выдающихся азербайджанских музыкантов, сыгравших огромную роль в создании профессиональных национальных музыкальных кадров, был отмечен значительный сдвиг в развитии азербайджанской классической музыки.

Периодические постановки любимых народом мугамных опер и музыкальных комедий, создание оркестра народных инструментов, деятельность Азгосконсерватории привели к повороту в пользу изучения и пропаганды национального музыкального творчества.

С начала 1930-х годов стали осуществляться гастроли азербайджанского (тюркского) художественного театра по Советскому Союзу. Гастроли, начавшиеся в марте 1930 года продлились в течении 3-х месяцев и охватили города Санкт-Петербург, Казань, Самару и Астрахань. В гастрольной поездке участвовало 50 человек, целью которых было показать достижения азербайджанского театра и содействовать культурному сближению народов СССР.

В марте на гастролях в Баку побывал один из лучших представителей русского вокального искусства Дмитрий Смирнов, эмигрировавший в первые годы Советской власти во Францию. Блестящий голос и исключительное мастерство пения создали ему громкую славу.

Отдавая должное таланту и мастерству Д.Смирнова, музыковеды подчёркивали, что обществу «нужен не холодный отблеск чужого нам прошлого, а чистый блеск настоящего, волнующего, бодрящего, зовущего вперёд».

Безусловно, главным явлением в музыкальной жизни были бакинские симфонические концерты. Прекрасный состав оркестра, выдающиеся дирижёры, серьёзный репертуар, характеризовали их как большое культурное дело. Дирекция концертного сезона заключила договоры на 5-й симфонический сезон (1930 г.) с рядом крупных иностранных дирижёров. Были приглашены Ренэ Батон (Париж), Владимир Савич (Нью-Йорк), Рудольф Зигель (Берлин), Мартин Спаньярд (Голландия), Георг Себастьян (Берлин), Стефан Штрассер (Вена).

Такому «созвездию» знаменитых дирижёров мог бы позавидовать даже самый современный, развитый во всех отношениях культурный центр. Р.Батон, В.Савич, С.Штрассер были хорошо известны бакинцам по предыдущим выступлениям, однако другие дирижёры приехали в Баку впервые.

Из приведённых анонсов, помещённых в газетах, становится известно, что в перерывах между концертами классической музыки, стали устраиваться концерты восточной музыки в исполнении симфонического оркестра народных инструментов.

Как прежде, в программу концертов впервые включены новые произведения, среди которых были «Петрушка», «Жар-птица» И.Стравинского, симфоническая поэма «Саломея» Г.Гедлая, концерт для фортепиано с оркестром И.Айсберга (в исполнении С.Фукс) и др. произведения.

Как видно, в 1930 году состоялся 5-ый симфонический сезон, который продлился около трёх месяцев, в течение которых прозвучало может быть, слишком много классической музыки.

Итогам симфонических концертов была посвящена интересная статья музыкального критика А.Ледогорова. Дело в том, что в резолюции совещения по театральному вопросу ЦК КП(б) Азербайджана были приняты некоторые положения, которые были направлены на дискредитацию в глазах общества организации симфонических концертов –«Не нужная буржуазная затея» – такова была идеологическая установ ка всей этой печальной кампании.

Здесь рассматривались достижения и недостатки за последний пятый симфонический сезон. В статье отмечалось: «Дирекция сезона безусловно показала большие достижения. Прежде всего, превосходный оркестр, ряд первоклассных дирижёров и солистов, заметное освежение репертуара и, наконец, выступление критика Чемоданова, характеризовавшего исполняемые произведения».

В качестве недостатков отмечалась доведённая до крайности гастрольная система, эффективность которой как в художественном, так и хозяйственном отношении, с каждым сезоном заметно падала, к тому же такая «перенасыщенность» знаменитых дирижёров и, соответственно, их программы уже не всегда обеспечивали должный интерес со стороны слушателей.

Порой организаторам не удавалось заполнить и половину зала, поэтому возникла угроза закрытия подобной практики обустройства летних симфонических сезонов.

Итак, в итоге пятого года существования симфонических концертов было сделано заключение: «что создано большое культурное дело, весьма ценное в воспитательном и художественном отношении, что в оркестре удалось создать такую образцовую дисциплину, которой мог бы позавидовать самый лучший оркестр в стране».

Несмотря на звучащую со стороны не объективную критику, симфонические сезоны продолжали организовываться и в последующие годы.

По материалам журнала “Консерватория”