Азербайджанский ковер: появление дальневосточных орнаментов


Р.ТАГИЕВА

Сформировавшийся и получивший развитие с приходом сельджуков и огузов новый пласт в искусстве Азербайджана был в XIII-XIV вв. дополнен изобразительными мотивами, связанными с монгольским завоеванием.

Вместе с монголами в Азербайджан перекочевали из Средней Азии многие тюркоязычные племена, большая часть которых осела здесь. Новые насельники привнесли в изобразительное искусство Азербайджана элементы дальневосточного искусства.

Известно, что вместе с монголами в Переднюю Азию и Закавказье пришли уйгуры, которые принесли с собой своеобразный стиль миниатюрной живописи. В Азербайджане эта живопись, получив дальнейшее развитие, стала одной из ведущих областей изобразительного искусства.

Важно, что во многих произведениях миниатюрной живописи, как и на полотнах европейских художников, встречаются изображения азербайджанских ковров, а поскольку эти миниатюры имеют довольно точную датировку, появляется возможность анализировать изображенные на них ковры, бытовавшие в XIII-XVI вв. и не дошедшие до наших дней, и по ним судить о развитии орнамента, стиля, композиции и т.д.

Формирование миниатюрной живописи как феномена восточной культуры относится к XIII в., когда Азербайджан был составной частью огромного государства Хулагидов со столицей в Тебризе.

Тебризская школа миниатюрной живописи, сложившаяся уже в XIII в., до конца XVI века сохраняла роль художественного центра, являясь законодательницей вкусов, и художественно-эстетические этой школы постоянно “экспортировались” во все культурные центры мусульманского Востока.

Как показали исследования, большая часть уникальных миниатюр XIII-XIV вв., которыми украшались рукописные книги, Азербайджанский ковер: появление дальневосточных орнаментов создавалась в имперских канцеляриях хулагуидских правителей в Тебризе.

Примечательно, что большую роль в формировании тебризской школы миниатюрной живописи в XIII-XIV вв. играли художники-уйгуры. Установленные ими каноны просуществовали многие века в миниатюрной живописи практически всего Востока.

Наиболее ранними дошедшими до нас образцами миниатюрной живописи тебризской школы, датируемыми концом XIII века (1290-1295 гг.), можно считать миниатюру с изображением ковра “Ильхан, диктующий визирю указ” из коллекции Парижского национального музея, где ильхан и визирь изображены на фоне большого гранатового дерева на ковре, и миниатюру из манускрипта “Манафиал-Хайван”.

С этого времени изображения ковров на миниатюрах становятся обычными. Художники-миниатюристы со скрупулезной точностью передают геометрический, растительный и иной орнамент.

На коврах в миниатюрах мы встречаем куфические надписи, сюжеты и орнаментальные композиции, отражающие художественный стиль эпохи. Таким образом, миниатюрная живопись позволяет проследить черты преемственности в развитии коврового искусства в Азербайджане, выявить устойчивость некоторых композиционных приемов и форм, которые со временем стали традиционными и характерными для определенных региональных школ азербайджанского ковроделия.

Как видно из миниатюр, одной из распространенных на коврах в XV-XVI вв. становится композиция “гельбендлик”, которая получает свое дальнейшее развитие и в последующий период. Эту композицию мы видим на ширванских коврах, на миниатюре “Дворец Альбени” 1450-60 гг. из Берлинской государственной библиотеки; эта же композиция видна на миниатюре ХVI века. Основу ее составляют восьмилучевые звезды и равноко- нечные кресты между ними. В азербайджанской архитектуре данная композиция известна в орнаменте здания ханегяха на р. Пирсаат-чай (ХII в.).

Ковер «Малыбейли». Карабах. 1900-1910 годы
Ковер «Малыбейли». Карабах. 1900-1910 годы

Серия азербайджанских ковров ХIХ века демонстрирует многообразие видов этой композиции. Строго соответствует канонам композиция на коврах “Гаджигабул” и “Сальян”, где в первом случае основные мотивы композиции как бы раскладываются – восьмиугольная звезда и равноконечные кресты чередуются по центральной вертикальной оси ковра, а на другом кресты становятся единственными элементами этой композиции.

Такую же трактовку можно видеть в газахском ковре “Демирчиляр”, такое же разложение мы видим и на другом варианте ковра “Гаджигабул”, на газахском ковре “Гараязы”, когда единственным мотивом композиции становится восьмиугольная звезда, а в другом варианте “Демирчиляр” – центральный медальон.

В процессе развития композиция “гельбендлик” дополняется изображениями птиц и, получив название “гушлу”, широко используется в различных ковродельческих регионах Азербайджана. Эта композиция становится наиболее популярной в ширванских коврах “Сальян” и в ширванских килимах “Пашалы”.

Огромную роль в развитии азербайджанского ковроделия сыграл Великий шелковый путь. Через него в декоративно-прикладное искусство Азербайджана проникли китайские мотивы, сюжеты. Таковы мотивы облаков, образы драконов и фениксов и др. Но декоративно-прикладное искусство Азербайджана оставалось самобытным и оригинальным.

Азербайджанские мастера творчески перерабатывали позаимствованные элементы, сочетая их с местной традицией и создавая совершенно новые орнаментальные композиции в ковровом искусстве, такие как “Охота”, “Облако”, «Борьба дракона с симургом» и др. Наиболее популярным среди указанных мотивов было изображение дракона, что связано с местными традиционными представлениями.

Известно, что в мифологии азербайджанского народа дракон занимал важное место. В зависимости от характера отношения к дракону в разное время менялись и сюжеты с драконовыми мотивами у азербайджанских ковроделов. Среди этих сюжетов драконы, охраняющие пальметту; дракон, сражающийся с птицей; драконы, стоящие друг против друга; одиночные изображения драконов.

Дальнейшее развитие «драконовые» мотивы в ковроделии получают в XIX-XX веках и до наших дней, появляются своеобразные композиционные разработки локальных художественных ковровых школ Азербайджана.

Так, мотив противоборства дракона и птицы феникс применялся в течение XV-XVIII веков. Образцы этих мотивов можно наблюдать на тебризских миниатюрах XV-XVI веков, безворсовом ковре, вытканном в Газахе в XV веке, в карабахском ковре конца XVI века.

Сюжеты этих ковров отражают мифологические представления азербайджанцев, для которых с глубокой древности дракон олицетворял Зло в его извечном противостоянии с Добром, олицетворявшемся птицей Симург. Эта борьба предстает в устной и письменной литературе.

Интересно, что противостояние птицы и дракона чуждо китайской традиции, откуда родом изобразительный драконовый мотив в коврах, поскольку дракон и птица здесь образы равно добрые. Таким образом, на азербайджанских коврах китайский дракон предстает в совершенно ином образе, наполнен другим содержанием.

В свою очередь, стилизованные изображения китайских драконов с изначально доброй смысловой нагрузкой размещались на бордюрах ширванских и гянджинских ковров начиная с XIV века, неся оберегающую, охранительную функцию.

Газахский ковер. XVIII век
Газахский ковер. XVIII век

В свое время, во многих азербайджанских домах, в шатрах вывешивали безворсовый ковер «верни» с изображением дракона – верили, что он принесет счастье и изобилие.

Азербайджанские ковры изображали на своих фресках, полотнах, гобеленах итальянские, нидерландские, французские художники эпохи Ренессанса, полюбив и оценив их по достоинству. Наглядным свидетельством популярности азербайджанского коврового искусства того периода служат изображения так называемых сельджукских ковров XIII-XIV веков с мотивами зверей на фресках и картинах итальянских художников XIV-XV веков.

Это мотивы «одиночных птиц» на картинах Джотто, Николоди Буонокорзо, Пиччио ди Симона, Кола ди Пе- тручилли, фрески Амроджио в Палаццо Публика в Сиене; мотив дерева с «противостоящими птицами» на картине Симоне Мартини и на фреске Николо ди Пьетро Джерини «Призвание святого Матвея»; изображения животных на картинах представителей школы Сассета, Таддео Гадди.

Ковры, включенные в композиции этих полотен, формировали общий стиль и колорит произведений. Общепризнано влияние азербайджанских ковров и на живопись Тосканы.

Как известно, цветовая гамма картин раннего итальянского Возрождения отличалась яркостью колорита, цветовыми контрастами, в декоре тканей преобладали гранатовый узор и кружки с рельефным изображением львов, фигуры драконов, птиц, – черты, характерные для азербайджанского ковроделия. Художников Ренессанса, восприимчивых ко всему прекрасному, привлекала и вдохновляла красота азербайджанских ковров, которые в их трактовке предстают перед современниками и потомками в качестве образцов великого искусства.

В XV-XVII веках эстетикой Ренессанса становятся простые и естественные соотношения и формы при сочности и многообразии колорита, что характерно и для азербайджанских ковров с геометрическими композициями того времени.

Изображения ковров мы видим на картинах авторов указанного периода – Ганса Гольбейна, Пин- торичио, Лото. Густав Коле в своей книге «Восточное влияние на живопись Тоскании» выразил мнение, что Южный Кавказ или Северная Персия – возможный источник распространения тех ковров, в которых использованы мотивы китайского происхождения.

Уже начиная с XV века, в Европе наблюдается практика имитации азербайджанских ковров.

В 1604 году в Париже по инициативе короля Генриха IV была основана мануфактура Савоньери. Этот шаг был вызван государственной необходимостью: слишком много денег французская знать тратила на покупку восточных ковров.

В 1825 году Савоньери была присоединена к знаменитой фабрике Гобелен. Знаменитым типом французских ковров, воспроизводившим азербайджанские узоры, был обюссон. Выделка этих ковров началась во французском городе Обюссоне в 1665 году и продолжалась до середины XIX века.

По материалам журнала IRS Наследие

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.