«Избранный» Салман Мумтаз


О.БУЛАНОВА

20 мая 1884 года родился невероятно интересный человек: поэт, писатель, литературовед, текстовед и книговед, собиратель средневековых рукописей, член Союза писателей Азербайджана, научный сотрудник Азербайджанского филиала Академии наук СССР, руководитель отделения азербайджанской литературы Азербайджанского государственного научно-исследовательского института.

Его звали Салман Мамедамин оглу Аскеров, но под этим именем его знали только родные, а для всего Азербайджана он был Салман Мумтаз.

«Мумтаз» в переводе с арабского означает «избранный», «отличающийся от всех». И он на самом деле отличался — талантом, неуемной энергией, энциклопедическим образованием, жаждой знаний… И, конечно, истинным патриотизмом и любовью к своей родине.

Салман Мумтаз родился в Шеки. Его отец был богатым торговцем, и семья долгое время жила в Ашхабаде. Отец Салмана попал туда, возвращаясь из паломничества в Мешхед. Там он купил землю, караван-сарай, лавку, готовился перевезти туда жену и двоих сыновей, но в 32 года скончался от пневмонии.

Его жена, Захра ханым, кстати, родственница Мирзы Фатали Ахундова, все-таки переезжает в Ашхабад в имение покойного мужа. Она приобрела большой сундук и пока ее сыновья росли, копила в нем золото. Позднее эти деньги Салман Мумтаз потратит на приобретение азербайджанских рукописных книг и благотворительность.

С самого детства он проявлял большой интерес к наукам, знал в совершенстве фарси и арабский, выучил язык урду. В 9-летнем возрасте он знакомится в Ашхабаде с Сабиром и перенимает у него любовью к литературе. Проучившись у муллы всего три месяца, Салман усердно занимается самообразованием, и к 22 годам уже знает русский, урду, турецкий, изучил творчество классиков восточной поэзии и многое читал наизусть.

Вскоре Мумтаз начал работать в лавке своего дяди — и собирать азербайджанские рукописи, писать стихи. С единомышленниками в Ашхабаде он создал литературное собрание, а после того, как в Тифлисе в 1906 г. стал выходить азербайджанский сатирический журнал «Молла Насреддин» и попал даже в Ашхабад, Мумтаз стал одним из его авторов — писал сатирические стихи, статьи и памфлеты.

В этих произведениях Мумтаз, как писал турецкий литературовед Явуз Акпынар, «пробуждал у читателя любовь к родине и нации, обличал недостатки в социальной жизни». Навсегда же связала Мумтаза с литературой повторная встреча в 1910 г. с Сабиром.

В 1913 г. в Тифлисе в издательстве редактора журнала Мирзы Джалила Мамедкулизаде «Гейрат» Мумтаз издает свою первую книгу «Биография Сеид Ахмед Хатифа Исфахани». Там же он знакомится с Аббасом Саххатом, и, будучи богатым купцом, оказывает ему материальную помощь в издании «Хоп-хоп наме» скончавшегося в 1911 г.Сабира. Поддерживая дружеские отношения с Мамедкулизаде, он финансирует журнал «Молла Насреддин».

В 1915 г. газета «Игбал» писала о Мумтазе как об одном из одиннадцати самых способных современных поэтов Кавказа. К этому времени в журнале «Молла Насреддин» было опубликовано 12 его стихотворений, отмечающих, как писали газеты, недостатки народа и «указывающих на путь его спасения». В 1916 г. Мумтаз всеми силами старается поставить в Ашхабаде пьесу Мамедкулизаде «Мертвецы», но местные власти этого не допускают.

В Ашхабаде Мумтаз жил до 1918 г., публиковал в журнале «Молла Насреддин» стихи и фельетоны, направленные против религиозного фанатизма и невежества, содействовал в распространении журнала в Средней Азии и других регионах.

Когда же была провозглашена АДР, Мумтаз вместе со своей семьей вернулся на родину, покинутую в детстве, приехал в Баку и, помимо коммерческой деятельности, которая обеспечивала его существование, начал заниматься журналистикой в газете «Азербайджан». Уже в этот период он интересовался документами, связанными с творчеством азербайджанских классиков, тратил огромные деньги на успешную деятельность общества «Зеленая ручка», чьим членом состоял.

Считая независимость Азербайджана наиважнейшим национальным достоянием, Мумтаз высоко ценил каждого, кто прилагал усилия к завоеванию этой независимости, в том числе Энвер-пашу и Нури-пашу. В 1918 г., встретившись в Шеки с Нури-пашой, Мумтаз прочитал посвященную ему сочиненную экспромтом газель «Гордись, нация!», а также мухаммас «Энвериййе», посвященную Энвер-паше, старшему брату Нури-паши и военному министру Османской империи.

Однако, несмотря на блестящее будущее как поэта (о чем Мумтазу неоднократно говорили) и авторство более чем сотни стихотворений, он большее предпочтение отдавал исследованиям, всеми силами старался выявлять, изучать, сохранять и распространять азербайджанскую литературу.

После советизации Азербайджана в 1920 г. Мумтаз начал заниматься собиранием, публикацией и исследованием классического литературного наследия. Он выявил ряд неизвестных ранее рукописей азербайджанских поэтов и ашыгов. За пять лет (1920-1925 гг.) ему удалось собрать около 200 книг, статей и рукописей различных азербайджанских авторов.

В газете «Коммунист» в рубрике «Забытые листья» Мумтаз публиковал статьи об азербайджанской литературе, был организатором и председателем комиссии по восстановлению азербайджанской словесности, написал 15 книг по истории азербайджанской литературы, две были посвящены народной литературе.

В 1925-1926 гг. в издательстве газеты «Коммунист» в серии «Азербайджанская литература» Мумтаз издал книги, посвященные 24 поэтам, среди которых были Насими, Молла Панах Вагиф, Мирза Шафи Вазех и др. Многие из этих изданий представляли собой первые сборники произведений этих поэтов и содержали ценные биографические сведения.

В 1926 г. Салман Мумтаз принял участие в проходившем в Баку Первом тюркологическом съезде, представив там свою книгу про Насими. Здесь же он познакомился с профессором Али-беком Гусейнзаде и профессором Мехмет Фуатом Кепрюлю-заде (в 1950 г. Кепрюлю-заде снова приедет в СССР, но уже как министр иностранных дел Турции, и пожелает встретиться с Мумтазом, но его пожелание оставят без ответа, т.к. Мумтаза в это время уже не было в живых).

В том же 1926 г., ознакомившись с личной библиотекой Мумтаза, академики Василий Бартольд и Сергей Ольденбург были поражены научной ценностью и большим количеством имевшихся в библиотеке рукописей.

В 1929-1932 гг. Мумтаз был директором отдела азербайджанской литературы докапиталистического периода Азербайджанского государственного НИИ.

С 1932 г. он работал в Азербайджанском государственном музее. В 1933-1936 гг. руководил отделом классического наследия издательства «Азернешр», с 1933 г. был научным сотрудником отдела литературного наследия Азербайджанского филиала АН СССР (АзФАН), а с апреля 1937 г. — директором Института языка и литературы АзФАН. Являлся также сотрудником сектора литературы Института языка и литературы АзФАН, работал в Комиссариате народного просвещения.

В 1934 г. Мумтаз принимал участие в Первом съезде советских писателей в Москве. В докладе Мамед Кязима Алекперли, прочитанном на съезде, была отмечена роль Салмана Мумтаза в исследовании наследия поэта Мирзы Шафи и возвращении его имени в азербайджанскую литературу. На этом съезде Мумтаз встретился с Максимом Горьким, с которым они станут близкими друзьями. Горький даже приобрел для Мумтаза дом в Москве. В этом же году в составе азербайджанской делегации Мумтаз участвовал в Москве в праздновании 1000-летнего юбилея Фирдоуси.

Помимо этого, Мумтаз работал над научной критикой произведений классиков азербайджанской литературы, писал исследования жизни и творчества Насими, шаха Исмаила Хатаи, Физули, Видади, Вагифа, Хабиби, Исмаил-бека Куткашенского и др., воспоминания о Сабире и Аббасе Саххате. Интерес представляют и литературно-исторические исследования Мумтаза в топонимике. О много странствовал пешком и изучал географические названия городов и сел.

Помимо упомянутых журнала «Молла Насреддин» и газет «Азербайджан» и «Коммунист», Мумтаз был сотрудником целого ряда газет и журналов, где публиковался под самыми разными псевдонимами.

Занимаясь литературной деятельностью, Мумтаз были знаком и дружил со многими известными писателями: Абдулрагим-беком Ахвердиевым, Гусейном Джавидом, Сейидом Гусейном, Абдуллой Шаигом, Джафаром Джаббарлы, Микаилом Мушфигом. На его мировоззрение оказало также общение с Л.Толстым, М.Горьким, Рабиндранат Тагором, Садриддином Айни и др.

В марте 1937 г., в разгар сталинских репрессий, Мумтаз наряду с Гусейном Джавидом, Сеидом Гусейном и Атабабой Мусаханлы, был раскритикован в газете «Бакинский рабочий» за его «идеологические ошибки» и уже 10 июня исключен из состава Союза писателей. На собрании 10-12 июня Мумтаз был назван «врагом народа», а 19 июня освобожден от всех занимаемых должностей — на основании в обвинении в национализме и пантюркизме, как «разоблаченного буржуазного националиста».

Казалось бы, все рухнуло, но Мумтаз упорно продолжал собирать и исследовать редкие рукописи и книги. Однако продолжалось это недолго: 8 октября Мумтаз был арестован. Ровно через неделю ему было предъявлено обвинение в преступлениях, предусмотренных четырьмя статьями УК АзССР. Дело Мумтаза вел следователь, с буквально говорящей самой за себя фамилией: Галстян. Были и другие: Аванесян, Синман и Борщев.

На первом допросе 10 октября 1937 г. лейтенант госбезопасности Галстян заявил Мумтазу: «Следствию известно, что вы по день ареста стояли на контрреволюционных националистических позициях борьбы с ВКП(б) и Советской властью и являетесь членом контрреволюционной националистической организации». Мумтаз бредового обвинения, конечно, не признал.

Помимо этого, Мумтазу была инкриминирована работа над изданием «азербайджанского националистического дастана» «Кероглу», через который он якобы призывал народ к борьбе за независимость от СССР. Также ему инкриминировалось участие в подготовке издания «Дивана» Махмуда Кашгари.

Ну а дальше все шло по хорошо отработанной схеме: Мумтаза «изобличали» на очных ставках с людьми, ранее признавшимися на допросах во всех мыслимых и немыслимых грехах. Следствие было закончено 7 декабря 1937 г. Мумтаз себя виновным не признал, тогда 9 января 1938 г. по его делу было проведено закрытое судебное заседание выездной сессии Военной коллегии Верховного суда СССР. Мумтаз настаивал на своей невиновности. Заседание началось в 15 часов, а в 15:30 приговор уже был вынесен: 10 лет тюремного заключения с поражением в политических правах на 5 лет и с конфискацией всего имущества. Его сын и дочь были отчислены из вузов.

Когда Мумтаза арестовали, все собранные им рукописи были сожжены — а было изъято 238 рукописей на восточных языках по различным областям средневековых наук. Часть собственных научных трудов Мумтаза, которые он не успел опубликовать, была присвоена другими, и они вышли уже под другими именами. Некоторые авторы отмечают, что при аресте Мумтаза погибли 270 собранных им манускриптов.

В некоторых источниках указывается, что Мумтаз скончался по причине болезни, в других — что он умер 21 декабря 1941 г. в Соль-Илецкой тюрьме. В справке же о смерти, которая была дана членам его семьи, указывалось, что Салман Мумтаз скончался в Орле из-за кровоизлияния в мозг.

На самом же деле никакого кровоизлияния не было. Когда началась Великая Отечественная война и Орел должен был быть взят фашистами — все к тому шло, по приказу Берии и с согласия Сталина все заключенные в Орле были расстреляны. Они сами рыли себе могилы. В русскоязычных источниках датой расстрела называется 6 сентября 1941 г.

Салман Мумтаз был посмертно реабилитирован только после смерти Сталина. Сообщение о его смерти родные получили лишь 4 марта 1957 г. После обращения желающей вернуть наследие своего отца Шахлы Мумтаззаде президент АН АзССР Юсиф Мамедалиев и председатель Союза писателей АзССР Сулейман Рагимов будут выяснять судьбу библиотеки Мумтаза, и в 1957 г. им выдадут справку: «9 октября 1937 г. во время ареста было взято: 12 различных книг, различные материалы, 3 мешка и одна сумка рукописей и одна связка специальных материалов. Однако о дальнейшей судьбе этих материалов сведений у нас не имеется»…

От той богатейшей библиотеки мало что осталось: подаренные Эрмитажу и АзФ АН книги, документы, написанные им рукописи во время работы в филиале, его плановые работы, а также корзина произведений, не замеченных в день ареста и отданных позднее в Фонд рукописей (позднее Институт рукописей АН Азербайджана).

Азербайджан не забыл Салмана Мумтаза. В 1986 г. кандидат филологических наук, исследователь Расим Тагиев опубликовал книгу, состоящую из статей Мумтаза. 17 сентября 1996 г. Центральному государственному архиву литературы и искусства Азербайджанской Республики было присвоено его имя. В Музее истории Азербайджана в Баку экспонировалась ручка, принадлежавшая некогда ему. В 2013 г. был снят азербайджанский документальный фильм, посвященный жизни и творчеству Салмана Мумтаза.

Из архивов газеты ЭХО