Бакинская карамельная фабрика: история и истоки


О.Буланова

История Бакинской карамельной фабрики уходит корнями еще в дореволюционные времена. В Баку всегда было много лавочек, кондитерских и конфетных мастерских, пекарен, где изготавливались и продавались различные сладости. Все они, по сути, являются предшественниками и истоками Бакинской карамельной фабрики.

Если же взять советское время, то в 1920-1930-х годах в Баку имелось несколько кондитерских предприятий: кондитерская фабрика им. Калинина на 1-й Черногородской, 30, фабрика кондитерских изделий «Москва» на Красноводской, 25 (впоследствии Самеда Вургуна), кондитерская промартель «Пищевкус» на Али Байрамова, 60 (впоследствии Тебриза Халилбейли), кондитерский комбинат, кондитерская фабрика №2 на Азизбекова, 68 (впоследствии Ислама Сафарли) и кондитерская фабрика №1 на ул. Красного аскера, 4/6 (на месте Министерства иностранных дел).

Исходя из расположения двух последних фабрик можно сделать вывод, что именно они, слившись, и стали знаменитой бакинской «карамелькой», которая появится в квартале, ограниченном с одной стороны улицей Губанова (Зивярбека Ахмедбекова), с другой – 1-й Свердлова (Салатын Аскеровой), с третьей – Азизбекова (Ислама Сафарли). По Губанова здание было частично одноэтажным, частично двухэтажным, по Азизбекова – пятиэтажным.

Согласно официальной истории, Бакинская карамельная фабрика была организована в 1939 году. Однако есть несколько (как минимум четыре) достоверных сведений, что фабрика работала и ранее. Так, в газете «Бакинский рабочий» аж от 1921 года в статье, посвященной вопросам о переводе ряда фабрик из центра России в Баку, т.к. здесь достаточно много различного сырья для производства, упоминается кондитерская фабрика №1. Из той же заметки узнаем, что следует найти более подходящее помещение попросторнее и обустроить там большую фабрику на основе присланного из центра оборудования. Инструктор Советских кондитерских фабрик тов. З.Л.Кацсельсон (так в оригинале) считает, что «что при подобных условиях возможна разработка фабрикатов не только для покрытия Азербайджана, но и для вывоза изрядных излишков в Россию».

И помещение было найдено. Ею стала… тюрьма. Которая, в свою очередь, образовалась в помещении мельницы. В самом конце ХIХ века мельница была построена миллионером и меценатом Гаджи Зейналабдином Тагиевым, а в 1905 году по просьбе городских властей передана им тюремному ведомству. Тюремный комплекс занимал почти весь квартал и представлял собой замкнутый прямоугольник.

Мельница Г.З.А.Тагиева. Фото 1896 года

В путеводителе «Баку в прошлом и настоящем. Краткий путеводитель-справочник по городу Баку» читаем: «На 1-й Свердловской улице, на углу улицы Губанова, в пятиэтажном доме помещается Бакинская карамельная фабрика.Дом этот, построенный в конце прошлого века миллионером Тагиевым под городскую тюрьму, был им подарен городу. Любопытно, что в эту тюрьму должен был быть посажен по суду сам даритель, но царь, благожелательно относившийся к миллионеру, не допустил этого, амнистировал его, и Тагиев так и не успел испытать всей прелести и удобств своего щедрого дара. В Советское время здание тюрьмы было перестроено, превращено в фабрику и утратило свой угрюмый и неприглядный внешний вид».

Тюрьмой бывшая мельница оставалась долго, минимум до начала 1930-х годов, максимум – до 1946 года, как рассказывали старожили сайту AzerHistory. Они утверждали, что тюрьму из этого здания частично убрали намного раньше, но какие-то тюремные службы в здании еще оставались.

К 1935 году в большинстве помещений тюрьмы уже работала карамельная фабрика. Об этом нам оставил воспоминания приехавший в Баку весной 1935 года бывший политический заключенный этой тюрьмы инженер-строитель С.Лейтман, обладатель недюжинного литературного таланта. В

Воспоминания очень интересны и опубликованы на сайте sakharov-center.ru. Как писал Лейтман: «Однажды, спустя много-много лет, я приехал в Баку и ноги сами понесли меня на Кубинку. В здании Домзака (Дом заключенных, т.е. тюрьма) оказалась карамельная фабрика. Но оконные решетки были на своих прежних местах – должно быть, для защиты от воров. Правда, экранов-намордников, окончательно отрезавших узников от внешнего мира, я уже не обнаружил. «Знают ли эти женщины, что трудятся сейчас за решетками над своими конфетками, что здесь была тюрьма и целый этаж в ней занимали ни в чем не повинные люди?» – спросил я себя».

Женщины, конечно же, знали. Здание было знаменитым, и то, какое именно учреждение находилось ранее в этих стенах, помнил весь Баку. Естественно, здание тюрьмы уже во второй раз (после мельницы) было частично перестроено и приспособлено под нужды кондитерского производства. Хотя огромные железные ворота тюрьмы оставались на месте практически до самых последних лет существования фабрики, а начальство продолжало сидеть в том же здании, где размещалась администрация и сотрудники тюрьмы. Прогулочный двор для узников тоже сохранился: он располагался перед этим самым административным одноэтажным зданием, в 1930-е уже достроенным до двух этажей на всем своем протяжении.

Правда, приспособлено здание было не так чтобы уж очень хорошо. В цехах, где варилась сладкая масса, готовилась патока или шоколад, было неимоверно жарко. При этом ноги стыли, особенно зимой, т.к. полы были каменными. Чтобы как-то сберечь здоровье, делали деревянный решетчатый настил. Работницы часто простужались, выбегая охладиться из горячего цеха на сквозняк, страдали легочными заболеваниями, нарушением обмена веществ и т.п. Не страдали лишь ожирением – на собственную сладкую продукцию никто уже смотреть не мог и даже чай пили просто с сахаром.

Еще одно неопровержимое свидетельство того, что кондитерское производство существовало до 1939 года – это вышеупомянутые адреса кондитерских фабрик №№ 1 и 2. Эти адреса можно найти в «Карманном справочнике по Баку», издание Баксовета 1938 года.

Несмотря на то, что фабрика (точнее, две слившиеся фабрики), называясь изначально кондитерской фабрикой, получила наименование карамельной, выпускались там не только карамельки. В ассортименте фабрики был и шоколад, и мармелад, и леденцы, и ирис – всё, кроме мучных изделий. Соответственно, было несколько цехов: карамельный, шоколадный, розничный – для продукции более высокого качества, практически ручного производства, и коробочный. Там производилась не упаковка, как можно подумать, а продукция, упаковываемая в коробки.

Например, в 1950-е были очень популярны коробки конфет «Семь красавиц» и «Руслан». Был еще мармеладный цех, но находился он не в стенах бывшей тюрьмы, а рядом на Кубинке – около 174 школы, в отдельном здании. Связано это было с технологическими особенностями производства мармелада. Естественно, были механический, котельный, картонажный и другие цеха.

К концу 1930-х годов фабрика развернулась во всю мощь. Накануне праздника 28 апреля 1940 года в газете «Бакинский рабочий» была опубликована заметка о новых видах конфет: «Бакинская карамельная фабрика выпускает к празднику новые изделия. Изготовляются конфеты «Хризантема», которые укладываются в красочные коробки, «Весна», «Ромашка», «Лимонные», «Апельсинные». Всего к празднику фабрика выпустит более 30 тонн различных карамельных изделий».

Когда началась Великая Отечественная война, на фабрике помимо конфет продолжили изготавливать и сладкий кисель – клюквенный, смородиновый, ароматизированный иногда ванилью, который бакинцы получали по карточкам, т.к. была ведена карточная система. Еще один выпускаемый в те годы продукт – молочная помадка. Она предназначалась для детских дошкольных учреждений.

По некоторым данным, Бакинская карамельная фабрика – как и многие другие кондитерские фабрики СССР – выпускала в войну не только столь необходимый на фронте высококалорийный шоколад и конфеты, но и концентраты каш в брикетах – рисовой, гречневой, пшенной, а также пасту из дрожжей и белковую массу, которые служили на фронте и в тылу пищевыми заменителями. По некоторым данным, продукция фабрики была не только пищевой: фабрика якобы занималась примесями к взрывчатке для артиллерийских снарядов.

Всем, кто работал на пищевых предприятиях во время войны, страшно завидовали – ведь они имели потенциальную возможность как-то подкармливать свои семьи. На той же карамельной фабрике помимо сахарного песка имелся в качестве сырья калорийный шоколад, сливочное масло, какао, желатин, молоко, патока, мед, орехи… Однако завидовать было нечему: в те тяжелейшие годы любое, даже самое маленькое хищение каралось более чем жестоко. По городу долго из уст в уста передавали страшную историю, как одну многодетную работницу за хищение осудили на семь лет. Похитила она… семь конфет.

При этом работницы еще участвовали во всех акциях, проводимых руководством: собирали для бойцов на фронт теплые вещи, деньги, их обязывали покупать облигации государственного займа и т.п.

«Около сорока посылок с подарками славным бойцам Красной армии к новому году пошлют также рабочие карамельной фабрики», «Рабочие и служащие карамельной фабрики сдали 20 телогреек, столько же пар джорабок, теплого белья и много других вещей», – писал «Бакинский рабочий в 1941 и 1942 году соответственно».

Несмотря на тяжелейшую жизнь, работники фабрики во время войны не только делали все, что только возможно для тыла и для фронта, но еще и продолжали заниматься изобретательством и рационализаторством. Рационализаторские предложения собирались раз в квартал (тогда это называлось трехмесячником), анализировались, учитывались и отчеты сдавались в вышестоящие организации. Эти отчеты сданы на хранение в РГАЭ, и один из таких отчетов датирован 1937 годом – т.е. на два года ранее упоминающегося 1939 года как года основания фабрики.

В 1945 году случилось одно событие, о котором до сегодняшнего времени никто не знал, кроме причастных: у Бакинской карамельной фабрики появился филиал – сахарный завод. Вроде бы ничего таинственного – филиал и филиал. Да только открылся этот филиал… в Тебризе. Случилось это после того как Сталин после многочисленных обращений М.-Дж. Багирова 10 июня 1945 года подписал секретное постановление «Об организации советских промышленных предприятий в Северном Иране». В постановлении шла речь о создании филиалов промышленных предприятий Советского Азербайджана в Тебризе и других городах.

Что касается советской истории фабрики, то больше в ней не было ничего секретного. После войны, когда жизнь начала потихоньку налаживаться, фабрика вернулась к своему прежнему ассортименту и даже расширила его.

Вот что читаем в «Бакинском рабочем» в 1948 году: «В этом году предприятия Министерства пищевой промышленности Азербайджанской ССР значительно увеличивают выпуск кондитерских изделий. … На бакинской карамельной фабрике начата выделка высших сортов карамельных конфет «Эсмеральда» с ореховой начинкой, мармеладных апельсиновых и лимонных долек «Зефир».

В дальнейшем мощности продолжали наращиваться, закупалось новое оборудование – глазуровочные машины в шоколадный цех, заверточные аппараты, охлаждающие установки для мармелада и др. Несмотря на это в кондитерском производстве весьма высокой оставалась доля ручного труда: укладка конфет в коробки, заливка мармеладного желе в специальные формы, напоминающие мрамор, заливка в формы шоколада для изготовления шоколадных плиток, изготовление редких партий конфет почти ручной работы. Достать их было практически невозможно, а делались они в том самом розничном цехе. Например, конфеты «Грильяж», «Серенада», «Метеорит», «Чинар». «Чинар», кстати, выпускала и Кировабадская кондитерская фабрика.

Помимо этих сортов, которые все-таки как-то в магазины иногда попадали, в розничном цеху делали и конфеты по спецзаказу «сверху». Эти редкие партии поставлялись в другие города СССР – для партийного руководства, и даже, как утверждали старожилы фабрики, в Кремль.

Выпускались и массовые конфеты и шоколад, которые производились на многих фабриках СССР: «Ванильный», «Улыбка», «Жар-птица», конфеты «Василек», «Ласточка», «Кара-Кум», «Мишка на севере»… Но предпочтение бакинцы отдавали все-таки местным разновидностям сладостей. В общей же сложности количество видов конфет доходило до ста, а годовой объем превышал 13 тысяч тонн.

Фабрика, на которой работало около 800 человек, регулярно перевыполняла план, участвовала в социалистических соревнованиях. Например, в 1956 году, накануне 40-летия Октябрьской революции, план был выполнен к 19 декабря, а дополнительной продукции сверх плана выпущено почти на 7 тысяч рублей. В итоге сверхплановая прибыль составила 1 миллион 400 тысяч рублей. Об этом можно узнать из прессы тех лет. В дальнейшем гонка за перевыполнение плана только усиливалась…

Для дальнейшего расширения ассортимента на фабрике предпринимались различные шаги. Так, в 1966 году в стенах фабрики была проведена конференция, в которой участвовали работники как Министерств торговли АзССР и СССР, так и коллеги с Бакинской бисквитной фабрики, а также сотрудники ведущих кондитерских фабрик страны: «Красный Октябрь», «Рот-Фронт», «Большевичка», им. Бабаева и др.

Газета «Бакинский рабочий» писала в 1966 г.: «В цехах … фабрики, непосредственно на рабочих местах, состоялся обмен мнениями, делились опытом, записывали рецепты, давали советы. Проводилась дегустация новых видов изделий. Бакинцам, несомненно, полюбятся чернослив в шоколаде, клубника в шоколаде, карамель «Ореховая», шоколадные конфеты «Антракт», «Стратосфера» и другие».

Конвейер бакинской карамельной фабрики, фото В.Пащенко 1979 года

Специалисты фабрики и сами ездили в командировки в другие города Советского Союза – делиться опытом, пропагандировать национальные азербайджанские сладости. Надо сказать, что продукция бакинской «карамельки» часто получала высокую оценку специалистов, удостаивалась различных наград, в том числе на ВДНХ в павильоне «Азербайджан».

Основную роль в таких высоких оценках играло прежде всего качество продукции. На кондитерские производства в ранние годы советской власти и вплоть до начала 1980-х годов поступала только очень качественное сырье: какао-бобы, масло какао, натуральное сливочное масло, выдержанные коньяки и ликеры, сухое молоко, выпаренное из натурального молока, отборные орехи и фрукты и т.д. Именно поэтому советская продукция занимала первые места в мире.

Кстати, о фруктах. Когда началась перестройка и Азербайджанская ССР, снабжавшая винной продукцией чуть ли не весь Союз, переживала не лучшие времена из-за горбачевской политики всеобщей трезвости, фабрика расширила ассортимент конфет с фруктами и начала выпускать конфеты с инжирной начинкой. Удивительное дело, но через некоторое время на голой крыше пятого этажа выросло инжирное деревце. На это деревца ходили поглазеть все окрестные жители.

Еще один фактор, благодаря которому продукция фабрики была достаточно заметной: она очень красиво оформлялась. Леденцы «монпансье», например, упаковывались в круглые небольшие жестяные баночки с изящным рисунком, а карамельки-подушечки «Эсмеральда» – в большие жестяные коробки-ларцы, на которых красовалось пять видов Баку. Их изготавливал специально для Бакинской карамельной фабрики Таллиннский завод «Норма». Работали над оформлением коробок с конфетами, фантиками и обертками талантливые художники. Особенно красивы фантики и конфетные коробки 1950-х годов.

В 1958-1959 годах оборудование на фабрике было модернизировано, а в 1964 году было принято странное решение: объединить Бакинскую карамельную фабрику с бисквитной и создать фирму «Восток». При этом обе фабрики продолжали выпускать характерную для их производства продукцию под своим логотипом. Изменилось лишь название.

Логотипы фабрики разных лет

Фирма просуществовала около четырех лет и благополучно распалась, ничем примечательным не запомнившись. За исключением, может быть, конфет «Птичье молоко». По рецептуре для этих конфет полагалось использовать лишь белки. Но где их взять в таком количестве? А на Бисквитной фабрике! – решили сверху. Там ведь используют только желтки. Но и без создания фирмы «Восток» об этом можно было договориться…

В 1970-е – начале 1980-х фабрика переживала свой расцвет, но началась перестройка, затем случился распад Советского Союза, и многие предприятия оказались под угрозой. Постсоветская истории бакинской «карамельки», к сожалению, неоригинальна: приватизация, долгосрочный отпуск без содержания для сотрудников, долги, продажа, создание в стенах фабрики некоего коммерческого предприятия, затем ресторана «Венеция»…

Место было коммерчески очень выгодным: практически центр города, можно было построить дорогое жилье. Что и было сделано. Фабрику частично снесли – на месте двухэтажного здания по бывшей Губанова в 2006-2008 годах выстроили два высотных жилых дома, а пятиэтажное здание перестроили и оно превратилось в жилое восьмиэтажное с невысокой мансардой, по сути девятым этажом.

Т.е. это историческое здание за сто с небольшим лет успело побывать мельницей, тюрьмой, фабрикой и жилым домом. Немного зданий в Баку могут похвастаться такой бурной историей. Сегодня легендарной Бакинской карамельной фабрики не существует.

Строительство жилых домов на месте двухэтажного здания карамельной фабрики, фото 2008 года
*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.