Расим Оджагов: Теплые воспоминания об известном режиссере


Расим Оджагов (1933-2006) был блистательным оператором и блистательным режиссером, чьи фильмы становились событием не только азербайджанского, но и всего советского кино. Его имя большими буквами вписано в «Золотую книгу» азербайджанского кинематографа.

Он был одним из тех представителей кинематографа, которые умело использовали традиции мирового кино. Стилистика его картин, его творческая манера узнаваемы: четкая композиция кадра, строгая графическая отточенность изображения в драматических эпизодах и трогательная пастель – в лирических. В его режиссерской работе видна закономерная связь с новациями Оджагова-кинооператора.

В данном материале – воспоминания о Р.Оджагове тех, кто работал с ним, кто знал его лично.

**********

Александр Калягин (снялся у Р.Оджагова в фильмах “Допрос”, “Перед закрытой дверью”, “Парк”, “Другая жизнь”. За “Допрос” в 1981 г. был удостоен Государственной премии СССР)

«Для меня Расим Оджагов был очень дорогим человеком, который сыграл колоссальную роль в моей жизни. Просто общаться с Оджаговым было уже незабываемым впечатлением. Однажды Расим сказал фразу, которая для меня является знаковой – “Хорошо бы нам работать так, чтобы потом, когда мы встретились и шли навстречу друг другу, не отвернулись бы, а наоборот обнялись”. В нем обнаруживались такие горизонты, что захватывало дух. Достоинство сочеталось с легкостью и веселым нравом, высокий профессионализм – с особенной восточной мудростью. Если он кого-то любил, то любил беззаветно. Я снялся у него в нескольких фильмах, и всегда, кроме таланта и мастерства, меня в нем восхищали честность, гражданская позиция художника.

Помню, как мы работали над картиной “Допрос”, в которой было много острых моментов, но он ни разу не пошел на компромисс, нигде не солгал. Я тогда признался, что было бы ужасно, если бы в моей актерской биографии не было следователя Ганиева. Не потому, что за эту роль потом получил Государственную премию СССР, а потому, что мне эта работа очень много дала как артисту, как человеку. Я особо подчеркиваю, что режиссеры бывают разные, но Расим был не только большим мастером, но и великим человеком. Я был очень счастлив с ним работать.»

Родион Нахапетов (сыграл главную роль в фильме Расима Оджагова «Перед закрытой дверью»)

«То, что Расим Оджагов выбрал на эту роль меня, имело предысторию. Мой имидж в кино сложился до него. Это было важно для фильма. Я был героем, который располагал к себе своим общественным темпераментом. Я был как бы носителем идеи – добро перед злом отступать не вправе. Но это первый, поверхностный пласт. Естественно, в процессе съемок мы «копали» глубже. В то время я сам готовился стать режиссером и приглядывался к работе мастеров, и режиссерские ходы Расима Оджагова я тоже анализировал. Мне нравилось его умение создавать доброжелательную атмосферу, при которой артист раскрывался. Никаких командных интонаций, никаких показов. Лаконичное доверительное объяснение. Все спокойно, без паники и надрыва, без позы. В актере он видел не спутника по картине, а прораба, который строил с ним эту картину.

Я благодарен Расиму Оджагову за внимательное отношение. Он был моим поводырем на новой территории. Мое открытие республики, Баку, его менталитета, характера народа – все это я увидел через призму его знаний, его видения. Не знаю, сколько ему было лет, но он был зрелым человеком, зрелым в смысле нравственности, подходов к жизни. У него был мягкий незлобивый юмор, он был остроумен, особенно за столом. Как здорово было посидеть с ним в ресторанчике на берегу моря, послушать чьи-то тосты или просто помолчать. К сожалению, мы все куда-то бежим, спешим и все равно опаздываем сказать друг другу какие-то важные слова. А потом человек уходит… Уходит целый мир…».

Юрий Яковлев (сыграл в фильме Р.Оджагова “Семь дней после убийства”)

«Я стараюсь работать с режиссерами, которые любят актера, понимают природу его работы над ролью. Таким оказался Расим Оджагов на съемочной площадке фильма “Семь дней после убийства”, где я у него снимался. Он создал атмосферу увлеченности, радости за находки друг друга. У нас сложились уважительные отношения. Расим Оджагов принадлежал к плеяде людей, свободных в своих убеждениях, он не подчинялся партийным и идеологическим обязательствам. Это был художник с большой буквы, абсолютно бескорыстный. Не лгал, не лицемерил. Он был правдивым, пунктуальным. И сам себя считал счастливым человеком».

Давид Уплисашвили (грузинский актер сыграл главную роль в фильме «День рождения»)

«За образ Али я удостоен Госпремии Азербайджана, и очень благодарен за это. Я всегда вспоминаю Расима Оджагова как дорого мне человека. Воспоминаний много. Мы снимали на ленту встречу в фильме Али с другим главным героем Мустафой. Для этого мы вошли в квартиру в одном здании. Я был в гриме. Проживающий в квартире человек начал говорить со мной по-азербайджански. Ему сказали, что я грузин. В ответ его реакция была: “Как это грузин? Он настоящий азербайджанец!”. Сцена фильма на базаре, когда Али искал рыбу, снималась скрытно. Продавцы думали, что я азербайджанец и говорили со мной по-азербайджански. Я же беседовал с ними на русском языке.

А при съемках последнего эпизода фильма Али должен был играть на гармони. Я же не умел играть на гармони. Расим Оджагов пригласил известного исполнителя на гармони Афтандила Исрафилова. Он мне 2-3 раза показал, как играть на инструменте. Я за ним внимательно следил. На съемочной площадке мне дали гармонь, и эпизод был успешно снят за три дубля. В целом, Расим Оджагов создал на съемочной площадке такую атмосферу, что вся команда была как одна семья. У всего творческого состава были очень дружеские и добрые отношения. Никто не выделял меня из-за того, что я грузин. Самое главное, я завел очень хороших друзей в Баку. Баку я сильно люблю как свой родной город.»

Мерал Конрат (турецкая звезда, исполнительница главной роли фильма «Тахмина»)

«Я очень его любила, потому что он был необыкновенным человеком, потрясающим режиссером. Счастлива, что судьба дала шанс познакомиться с таким человеком, работать с ним. Азербайджан должен гордиться такой личностью! К нам он относился всегда с большой отеческой заботой, как к родным детям. Для меня большая честь сняться в одном из его фильмов… Если бы не режиссер Расим Оджагов, я никогда не была бы известна как Тахмина… Считаю, что Расим Оджагов олицетворял собой школу и я одна из достойных учениц этой школы…».

Фахраддин Манафов (снялся в фильмах Р.Оджагова «Семь дней после убийства», «Парк», «Тахмина», «Комната в отеле», «Храм воздуха», «Другая жизнь»)

«Это был бесконечно добрый интересный человек. Он из последних могикан. Его отличали безупречный вкус и безукоризненное чувство меры, привязанность к одному и тому же коллективу. На первый взгляд, он оставлял впечатление аскета, но был очень чутким человеком. Я всегда чувствовал себя счастливым, когда подняв трубку, слышал его бархатный голос: «Как дела, Фархад?». Без Расима Оджагова, без его фильмов я вряд ли бы утвердился как актер кино.

Творческие споры? Конечно бывали! Но всегда потом я подходил к нему, брал за руку, обнимал, целовал – не мог, когда у него плохое настроение. Вы не представляете, как это передавалось всей съемочной группе – от и до. Однажды у Расим Оджагова спросили, что для вас кино. Он задумался, и сказал: тахикардия, ишемия, инфаркт. Его все очень любили и бесконечно уважали. Это был большой мастер, большой художник! Я благодарен Богу, что у меня такой учитель, как Расим Оджагов!».

Гаджи Исмайлов (сыграл в 1977 г. свою первую роль, главную, в картине Р.Оджагова “День рождения”. После снялся у Р.Оджагова еще в фильмах “Перед закрытой дверью”, “Другая жизнь”, “Храм воздуха”, “О, Стамбул!”)

«В моей жизни и творчестве Расим Оджагов сыграл очень большую роль, ведь он был первым, кто привел меня в кино. Он открыл мне секреты настоящего кинематографа. Шел 1976 год. Я был на киностудии “Азербайджанфильм” на дубляже, а после решил выпить чаю в буфете, где всегда собирались режиссеры, сценаристы, актеры. Неподалеку сидели за чаем Расим Оджагов и его друзья. Внезапно режиссер подошел ко мне и сказал: “Приступаю к съемкам нового фильма. Приглашаю тебя на фотосъемки”. Я был ошеломлен таким предложением!. И только потом узнал, что Расим Оджагов наблюдал за мной со стороны, расспросил своих друзей обо мне, только после этого пригласил на пробы…

Во время съемок фильма он велел мне приходить в семь часов утра. Я приходил каждый день и заставал только уборщиц. В восемь часов приходила костюмерша, и я переодевался. Еще через час приходил гример, и мне накладывали грим. Стала закрадываться мысль – а почему это я прихожу так рано? Позднее я понял, что Расим Оджагов нарочно велел мне приходить ни свет, ни заря. Ведь в ожидании начала съемок мне приходилось тренироваться, внутренне готовиться. Творчество Расима Оджагова – целая школа, он своей жизнью и фильмами был очагом, который нас греет по сей день. Расим Оджагов всегда говорил, что моя цель снимать честное кино. Во всех его фильмах всегда чувствовался глубокий патриотизм».

Расим Балаев (сыграл в фильмах Расима Оджагова «Мститель из Гянджибасара», «Допрос», «О , Стамбул»)

«Если сценарий ему не подходил, он говорил: “Нет, это не моя тема”. При этом, я на киностудии знал многих, которые были всеядны, что бы им ни предлагали, они не отказывались. Снимали и сказку, и комедию, и драму – словом, все. А у этого человека была своя тема. На съемочной площадке был строг и собран. Я многому у него научился. К примеру, когда я входил в роль, то иной раз переигрывал, и получалось театрально. Тогда Расим меня останавливал и говорил, что кино любит простоту. В кино следует играть тоньше.

Мы ощущаем отсутствие Расима Оджагова, и по истечении времени будем чувствовать это еще больше, поскольку он являлся одним из выдающихся деятелей азербайджанского кино, одним из тех, кто возвысил влияние и имидж нашего киноискусства. Моим утешением является то, что он прожил хорошую жизнь и создал прекрасные произведения, оставив нам прекрасное искусство. Молодое поколение, люди киноискусства, актеры всегда будут обращаться к его произведениям. Роль Расима Оджагова в киноискусстве всегда будет выдающейся».

Шафига Мамедова (сыграла в фильмах Оджагова «День рождения» и «Допрос»)

«Мы были друзьями. Я очень высоко его ценила – как режиссера, как человека. Он подарил мне столько радости. Все мои лучшие роли связаны с ним, с его фильмами. Подарил свободу, веру в себя. Я беседовала с ним почти каждый день. Я говорила ему при встречах: “Ну что ты куришь, тебе же нельзя!”. Он в ответ улыбался и говорил: “Теперь можно”…В азербайджанском кинематографе есть остров. Имя этому острову – фильмы Расима Оджагова. Работать с ним было большим счастьем. Для него кино являлось самым важным в жизни, фильмы были его богатством, и все свое богатство он оставил в наследство народу».

Анар (известный писатель, по его сценариям были сняты фильмы Расима Оджагова «Тахмина» и «О, Стамбул!»)

«Я знал Расима Оджагова очень много лет. Мы познакомились, когда я учился в Москве на сценарных курсах, а он – во ВГИКе на операторском факультете. Но когда он стал великолепным оператором, его не покидало желание поменять эту профессию и стать режиссером. Когда же он им стал, мне очень нравились его фильмы, манера его работы, его творческий подход, я с удовольствием работал с ним – мы сняли два фильма «Тахмина» и «Комната в отеле». Он был одержимым искусством человек. Все его помыслы, вся его жизнь была связана с кино. Он очень сильно любил свою семью, любил друзей, но больше всего он любил кино. Самый идеальный режиссер, прекрасный человек, самоотверженный друг, когда приходит на площадку, его в чем-то переубедить очень трудно.

С таким человеком всегда приятно работать. Разногласий у нас не было, но творческие споры иногда случались. В большинстве случаев я соглашался с ним, хотя и не бывал согласен (смеется). Расим был очень упрямый человек. И хотя у нас не всегда происходило стопроцентное совпадение взглядов, я с благодарностью вспоминаю нашу с ним совместную работу. Он был очень талантлив, большой профессионал. Одержим кино, фанатично ему предан, очень чистый, бескорыстный человек».

Эмин Сабитоглу (известный композитор, автор музыки к фильмам Р.Оджагова)

«Я его очень высоко ценю как человека, как друга, как великолепного, замечательного кинорежиссера, мыслителя. Он один из лучших кинорежиссеров в Азербайджане. Расим Оджагов в душе лирик. А поскольку у меня много лирической музыки, он обратился ко мне. И началась наша совместная работа, которая продолжалась почти 20 лет. Я написал музыку к десяти его большим художественным фильмам… Как мы работали? Он мне давал сценарий, потом четко и ясно давал задание – какого характера надо написать тему.

Он вообще обожает мелодическую музыку – чтобы мелодия оставалась в ушах, чтобы мелодия завлекала зрителя, помогала в раскрытии образа. Он в жизни милый, добрый человек. Но в работе он совершенно другой. Я помню, что к этим десяти картинам я написал, наверно, сто тем. Если не больше. Он очень требовательный… Зачем я должен с ним спорить? Режиссер – заказчик, это единственное лицо в кинофильме, который сразу видит конечный результат… И я с удовольствием его слушал».

Кянан Мамедов (оператор фильмов Р.Оджагова)

«Расим Оджагов, конечно, мастер кино, большой профессионал, он все знал изнутри… Расим Оджагов – из тех режиссеров, который любил смотреть в камеру. Понимаете? Он как-то признался мне, что ему удобнее мизансценировать через рамку… Мы с ним прекрасно друг друга понимали. Я физически ощущаю его кончину. С его уходом завершилась целая эпоха в истории азербайджанского кино. Он был титаном в своей профессии.

Я многому у него научился. Чему? Он, как никто другой, умел ценить время в кино. Был пунктуальным, точным, требовательным – прежде всего, к себе, затем – к окружающим. Это не банальные слова. Конечно, как творческая личность, он был сложным человеком, иногда жестким. Но никогда не амбициозным. У него было свое представление о порядочности, о чести, о профессии, о том, что и как должен делать каждый член съемочной группы. Он был очень сложный человек, но мне было с ним легко работать.

Я не помню, чтобы когда-нибудь он пришел на съемку неподготовленным. Все эпизоды он проигрывал сначала за письменным столом, и только потом – на съемочной площадке. Некоторые эпизоды фильма «Семь дней после убийства» мы снимали в павильонах «Мосфильма». Там, на студии о Расиме ходили легенды: «Приехал режиссер из Азербайджана, который снимает быстро, четко, без суеты и шума, в общем, дает настоящий мастер-класс профессии». Естественно, он был живым, эмоциональным человеком, много нервничал, особенно, в первый день съемок, но этого никто не чувствовал, кроме самых близких. Я знал это потому, что после съемки он иногда признавался: «Я так нервничал». На самом деле Расим всегда знал, что и как хочет снимать. И эта уверенность передавалась всем, кто с ним работал, начиная с осветителя и кончая актером. Он был большим профессионалом и большим человеком.»

Рафик Камбаров (оператор фильмов Р.Оджагова)

«После каждого фильма с Расимом Оджаговым, мне кажется, те люди, которые близко с ним работали, должны были ложиться в больницу, чтобы немножко подлечить нервы. В течение многих лет, что мы вместе работали, я лишь однажды опоздал на съемочную площадку на 15 минут – я проспал. И Расим Оджагов в этот день отменил съемку. Я был очень удивлен, возмущен, я сказал ему: бывает, когда мы часами ждем актера или еще кого-то. Почему же сегодня из-за моего опоздания на 15 минут вы отменили съемку? Он говорит: “как член творческой съемочной группы ты не имеешь права опаздывать. Ты должен быть точным. На нас смотрят люди”. Он был человеком высочайшей требовательности, с ним надо работать с полной отдачей. Расим Оджагов был настоящим трудоголиком.

Бывало, мы расставались в три часа ночи, а следующая смена была уже в девять утра. Он приходил полностью подготовленный, с режиссерской раскадровкой. Как ему это удавалось – не знаю. В процессе работы с Расимом Оджаговым самым сложным временем суток для меня было утро. Это сейчас я с душевным трепетом вспоминаю те времена, а ведь тогда войти утром в кабинет Расима Оджагова, где он сидел за столом как всегда гладко выбритый, курящий и. сердитый, было просто страшно. Никогда не знал наверняка, как его настроение скажется на нас – на съемочной группе. На столе были разложены раскадровки, он без конца вчитывался в сценарий.

Расим муаллим очень тщательно готовился к съемкам. Прежде чем стать режиссером, Расим Оджагов снял 14 фильмов – один лучше другого – как оператор. В моей работе мне не мешало, а только помогало то, что он бывший оператор. Иногда я подходил к нему и просил переснять заново материал, так как пришли новые идеи. Как правило, если мои просьбы были аргументированы, мы переснимали. Расим Миркасумович в этом смысле очень творческий человек, всегда поддерживал. А что касается не актерских эпизодов, то он давал мне полную свободу. И я снимал так, как это чувствовал.»

Надир Алиев (директор нескольких картин Р.Оджагова)

«Расима Оджагова я знал давно, мы с ним всегда здоровались в студии. Он был не такой, как другие, очень сдержанный, культурный, никогда не повышал голоса. Работать с ним было большой честью, но в то же время – огромной ответственностью и тяжелым трудом. Потому что он был очень требовательным в первую очередь к самому себе, являясь примером для съемочной группы. Не каждый мог выполнять требования Расима Оджагова, для которого приоритетом всегда была дисциплина и высокий профессионализм. Когда Р.Оджагов снимал фильм “Парк”, он поручил мне подготовить место, где жил герой фильма. Со своей задачей я справился, что видимо, предопределило его дальнейший выбор.

В начале 90-х, после развала Союза, в стране был хаос, в том числе и в кинематографе. И в этот момент Расим Оджагов создает студию “Оджаг”, чтобы продолжить деятельность, и приглашает меня в качестве директора. Это было предложение, от которого нельзя было отказаться, тем более работать с таким мэтром. Это был особенно трудный период в нашем кинематографе. Задача перед нами стояла одна и главная – по мере сил и возможностей сохранить азербайджанское кино. И в таких тяжелейших условиях мы сняли фильмы “Тахмина”, “Стамбульская история” и “Комната в отеле”…

Было время, когда ему было уже тяжело снимать, и он долго не мог находиться на съемочной площадке. Но это время он так рассчитывал, что все успевал сделать! Он в хорошем смысле, был как компьютер, все должно было быть четко и точно.»

Эльдар Гулиев (известный кинорежиссер)

«Расим был моим давним другом, около 50 лет. Именно столько лет нашей дружбе. Мы познакомились в 1956 году на съемках фильма «Настоящий друг». Несмотря на разницу в возрасте и положении – он – главный оператор, а я – помощник режиссера, – мы подружились. Когда я учился во ВГИКе, он, будучи в командировках в Москве, всегда находил время, чтобы встретиться, водил в рестораны «покормить голодного студента». У нас много незабываемых личных воспоминаний, ну и, конечно, творческих тоже. Свою первую художественную картину «В этом южном городе» я снял именно с Расимом Оджаговым. Тогда он уже был мэтром в операторском искусстве. Вообще, Расим был человеком чрезвычайно ответственным, влюбленным в кино.

Нас многое связывало – наши семьи, увлечение шахматами. Мы ходили на волейбольные соревнования, женский гандбол. «Болели» за родную команду «Нефтчи». Трудно объяснить, почему людей тянет друг к другу, но нас с Расимом многое объединяло. Вот почему так трудно примириться с его уходом из жизни, трудно говорить о нем в прошедшем времени. И не надо. Став режиссером, он достиг всех высот, какие только были. Картины Расима Оджагова всегда будут жить. Нас уже не будет, а его работы будут всегда…»

Рамиз Фаталиев (известный сценарист, кинорежиссер)

«Он был нетерпим к фальши. В любых ее проявлениях. У него на нее был, выражаясь термином музыкантов, абсолютный слух. Он ее обнаруживал сразу – даже самую скрытую, самую принаряженную, самую закамуфлированную. Расим был крайне нетерпим к лизоблюдству. Во всех его формах. Лесть и угодничество вызывали у него отвращение – почти физическое. Он презирал чинуш и приспособленцев, хвастунов и ханжей. Его отношение к людям никогда и ни в коей мере не находилось в зависимости от их положения в обществе. Он был абсолютно одинаков – и в манерах, и в жестах, и в лексиконе – со всеми, с кем общался; от рабочего до руководителя страны.

Он ни разу в жизни не работал в угоду кому-либо или чему-либо. Ему претила даже сама мысль о работе по расчету. Он вообще никогда и ничего не делал по расчету. Не хотел (а может, даже и не умел). Хотя предлагали. Сулили. Прельщали. И не раз. Он никогда и ничего для себя не просил. Ни у кого, ни при каких обстоятельствах.

Он был, пожалуй, единственным в нашем кинематографе, кто, сменив одну профессию на другую, сумел добиться в ней еще более впечатляющих успехов, чем в первой. И, скорее всего, потому, что, как никто, умел трудиться. Не растрачивал дарованный от Бога талант на пустяки, а денно и нощно материализовывал его в своих работах. И при этом был крайне требователен – и в первую очередь к себе самому. Беспощадно требователен, я бы сказал…»

По материалам агенства Тренд

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.