Алескер: ханенде из Шеки, чье мастерство признавали лучшие певцы Ирана


… Просторный, нарядно убранный зал полон гостей. Звуки «Баяты-Каджара» волнуют, будоражат сердца. Все в глубокой задумчивости слушают красивый, выразительный голос ханенде, И вот он допевает мугам. Раздаются шумные возгласы одобрения.

Среди присутствующих на свадьбе — юноша невысокого ростам скромный, стеснительный парень, старающийся оставаться незамеченным. Слушал он певца, и лицо его то вспыхивало радостью, то заволакивалось дымкой грусти. Казалось, он не просто внимает пению, а вбирает в себя мелодию и слова.

Стоящий рядом с юношей старый каменщик обратился к “беку” (распорядителю) свадеб:

— Бек, разрешите, пусть и наш парень споет.

Просьбу старика встретили неодобрительно, с сомнением. Люди зашумели, зашикали. В дело вмешался сам ханенде:

— Успокойтесь, люди, прошу вас. Пусть он споет!

Парень запел. Своим звучным, чистым голосом он сразу покорил слушателей. Когда молодой певец закончил мугам, наградой ему были дружные аплодисменты. Известный ханенде Кештазлы Гашим, восхищенный прекрасными голосовыми данными и большим мастерством исполнителя, крепко ложа л ему руку и сказал:

— Сын мой, у тебя чудесный голос, но тебе еще не хватает мастерства. Пока я в Шеки, почаще заглядывай ко мне.

Так Алескер Абдуллаев по случайному стечению обстоятельств стал учеником выдающегося певца Кештазлы Гашима.

Родился Алескер в 1866 году в городе Шеки (став известным ханенде, он стал называться Алескером Шекили). С юных лет он вынужден был помогать своей семье, живущей в тяжелой нужде, работая подмастерьем каменщика.

Алескер многому научился у Кештазлы Гашима, снискавшего уважение своим исключительным мастерством и глубоким знанием мугамата. Случалось, что он выступал вместе со своим учителем на свадебных торжествах.

Как пишет Джаббар Карягдыоглы, Алескер до приезда в Баку изучил под руководимом Кештазлы Гашима мугамы “Баяты-Шираз” и “Сегях”.

Вторым учителем Алескера Абдуллаева стал бакинский купец Ага Сеид оглы Агабала, который был известным ханенде.

Однажды Ага Сеид оглы поехал в Шеки в гости. Когда его фаэтон въезжал в город, ездок обратил внимание на какого-то каменщика, проникновенно певшего “Сегях”, и пригласил его в Баку, чтоб учиться мугамату у настоящих мастеров.

Алескер принял предложение Аги Сеида оглы, и поехал с ним в Баку. Он упорно учился, и его труд очень скоро дал свои плоды. Алескер завоевывает популярность не только в Баку, но и во многих других городах и селах Азербайджана. Его отличала особая требовательность к себе. Курбан Примов вспоминал о том, что желавшие пригласить Алескера на свадьбу или пиршество, должны были предупредить его за два месяца.

Алескф Абдуллаев был тонким знатоком мугамов и их великолепным исполнителем. Он пользовался всенародной любовью. Выходец из народа, он выражал в своем искусстве его мысли, стремления и чаяния.

Алескер прекрасно исполнял “Сегях”, который являлся наиболее распространенным мугамом в Азербайджане. Не менее искусно он исполнял и другие мугамы и теснифы. Особенно лирично пел он “Шур”, давая ему свою музыкальную интерпретацию.

Оригинальность исполнения, собственная трактовка многих произведений сделали Алескера несравненным мастером, которому принадлежит великая заслуга в развитии азербайджанской народной музыки.

Знаменитый ханенде Сеид Шушинский вспоминал:Как-то на один из приемов в Баку были приглашены Джаббар, Алескер и я. До обеда должен был петь Джаббар, после него я и Алескер. Должен отметить, что после Джаббара петь не так-то легко. Покойный мог петь без перерыва по 3—4 часа. Порой он так умело переходил от мугама к мугаму, что не только слушатели, но и знатоки не чувствовали какого-либо несоответствия. Короче говоря, Джаббар допел свой «Махур». Но тут вдруг сообщили, что обед опоздает на 20—25 минут. Пришлось петь Алескеру, который так изумительно спел «Сегях», что все были просто поражены… Редко встречались такая выразительность, такие тонкие оттенки и плавные переходы! Все присутствовавшие на приеме долго чувствовали на себе обаяние талантливого ханенде“.

Шекили Алескер активно участвовал в восточных концертах. на первом концерте в Баку (11 января, 1902 г.) Алескер с успехом спел “Чаргях”. Самый большой концерт восточной музыки в Баку состоялся 27 января 1903 года. Газеты перестали о нем объявления на азербайджанском, русском и армянском языках, на улицах города были вывешены большие афиши.

Концерт прошел с огромным успехом. Алескер исполнил мугам “Шуштер” и грузинскую песню, вызвавшую бурю аплодисментов.

Он регулярно уступал также в театральных постановках. Хозяева театров, чтобы привлечь побольше людей, специально выделяли его имя на афишах. И это срабатывало.

Так, 3 января 1905 года в театре Г.З.Тагиева показывали комедию М.Ф.Ахундова “Визирь Ленкоранского ханства”. Как свидетельствует газета “Каспий”, спектакль прошел с огромным успехом.

Газета писала:Художественной стройности спектакля в известной степени содействовали сазандары Алескер и Ширин, исполнившие ряд небольших восточных музыкальньщ пьес.

Шекили Алескер длительное время выступал в сопровождении Ширина Ахундова ,и кеманчиста Левона Караханова, с которыми он находился в тесном содружестве. Это трио народных инструментов звучало как единый, спевшийся ансамбль. Музыкальная группа Алескера прославилась не только в родном Азербайджане, но и в Армении, Грузии, Дагестане, даже в Иране.

Однажды на каком-то приеме в Иране Алескер пел с таким вдохновением и страстью, что присутствующие при этом признанные ханенде отказались петь после него, боясь осрамиться перед гостями.

В 1914 году акционерное общество “Спорт-рекорд” пригласило Алескера Абдуллаева на гастроли в Тифлис. В сопровождении тариста Кургана Примова и кеманчиста Саши Оганезашвили в eгo исполнении были записаны на пластинку мугамы “Чаргях”, “Раст”, “Махур-Хинди”, “Сегях-Забул”, “Рахаб”, “Шуштер” и другие

Особенно известен был Алескер как непревзойденный исполнитель “Рахаба”. В истории музыкальной культуры азербайджанского народа не было другого певца, который, с таким мастерством пел бы этот мугам.

Джаббар Карягды оглы на похоронах Алескера говорил: Алескер, мы хороним не тебя а “Рахаб”.

А старейший тарист Курбан Примов, близко знавший Алескера, говорил: После Джаббара я признаю только Алескера. Да и сам Джаббар не раз говорил: Если бы я обладал горлом Алескера, то на мое пение слетались бы соловьи”.

Скончался Шекили Алескер в 1929 году в Баку.

По материалам книги Ф.Шушинского “Народные певцы и музыканты Азербайджана”