Военное сотрудничество Азербайджана и Украины в 1994—2014 гг.


Ниязи Ниязов

После распада советской империи государства, возникшие на ее обломках, избрали различные пути обеспечения своей военной безопасности. Одни приложили колоссальные усилия, чтобы интегрироваться в НАТО, другие связали свои интересы в этой области с интересами России и присоединились к патронируемому ею ОДКБ, а остальные с большим или меньшим успехом попытались пойти «своим» путем, стараясь взаимодействовать и с теми и с другими.

Сказанное в полной мере относится к военно-техническому сотрудничеству Азербайджана и Украины в 1994— 2014 годах.

При этом уже очевидно, что взаимодействие между некогда «братскими республиками» осуществлялось не по вертикали — через Москву, как это было во времена СССР, а по горизонтали — через углубление двусторонних отношений или совместное участие в работе различных региональных организаций и объединений.

Подобному развитию событий способствовало огромное множество факторов, начиная от политических и кончая культурными. В данном случае, речь идет о том, как эти процессы протекали в рамках двусторонних отношений между Азербайджаном и Украиной в военной области.

После развала СССР вооруженный конфликт между Арменией и Азербайджаном из-за Нагорного Карабаха, начавшийся в 1988 году, перерос в полномасштабную войну. К весне 1994 года армянским вооруженным формированиям удалось захватить 20% азербайджанской территории.

Заключенное между сторонами соглашение о прекращени огня вовсе не означало, что вопросы военной безопасности страны утратили приоритетное значение для официального Баку. Наоборот, новое политическое руководство Азербайджана во главе с Г.Алиевым стало уделять вопросам оборонной политики повышенное внимание.

Анализ военно-политической ситуации, сложившейся к весне 1994 года, привел азербайджанскую сторону к выводу, что одной из причин поражения страны на первом этапе нагорно-карабахской войны было отсутствие у Баку реальных военных и политических союзников.

Подобная ситуация сложилась в первую очередь из-за непродуманной внешней политики президента А.Эльчибея, находившегося у власти в стране в 1992—1993 годах. Он считал, что единственным союзником Азербайджана на международной арене может быть Турция.

Надеясь на помощь Москвы в урегулировании нагорно-карабахского конфликта, Азербайджан в 1993 году присоединяется к Договору о коллективной безопасности (ДКБ). Однако в дальнейшем Баку потерял веру в способность России урегулировать конфликт и добиться вывода армянских войск с оккупированных территорий. И, сочтя, что пребывание в одной военной организации с Арменией не отвечает его национальным интересам, 2 апреля 1999 года Азербайджан покинул ряды ДКБ вместе с Узбекистаном и Грузией. Последняя также до этого момента надеялась на Москву в урегулировании конфликтов с Абхазией и Южной Осетией.

Судя по всему, в это время в Москве никто всерьез не просчитал последствия выхода Азербайджана и Грузии из ДКБ (в дальнейшем ОДКБ), так как большинство политиков, во- енных экспертов и иных должностных лиц были уверены в том, что без тесного военно-технического сотрудничества с Россией Баку и Тбилиси как минимум не смогут обеспечить потребности своих ВС в различных системах вооружения, а как максимум вообще не справятся с задачей создания национальных Вооруженных сил.

Именно в это время взгляды Азербайджана и Грузии обратились к Украине как альтернативному поставщику техники и вооружений. К тому же определенный опыт взаимодействия с Украиной в названной сфере у Азербайджана уже был. Словно подтверждая свои намерения наладить с Киевом особые отношения в военной области, 14 апреля 1999 года Азербайджан и Грузия вместе с Украиной провели трехсторонние учения, которые ставили своей целью защиту нефтепровода Баку — Супса от возможных ударов террористов.

Нельзя сказать, что интенсификация военного сотрудничества Азербайджана с Украиной, а попутно и Грузией изначально основывалась на какой-то четкой и продуманной политической или экономической основе: каждая из сторон решала прежде всего собственные проблемы.

Но так как Азербайджан, Украина и Грузия были ключевыми игроками в созданной в 1997 году региональной организации ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдова – Организация за демократию и экономическое развитие), то в России взаимодействие этих стран в военной сфере стало восприниматься как антироссийское. К тому же 24 апреля 1999 года на юбилейном саммите НАТО в Вашингтоне к ГУАМ присоединился Узбекистан, который, как отмечалось, также покинул ряды ДКБ. Это был тот самый саммит НАТО, который принял историческое решение о включении в состав Североатлантического альянса Польши, Венгрии и Чехии, и происходило это на фоне начавшихся бомбардировок Югославии.

Не имея на тот момент реальных рычагов влияния на ситуацию, Россия ограничилась дипломатическими заявлениями, критикующими действия Запада, одновременно она стала с еще большей подозрительностью относиться к любым форумам и организациям, которые, с российской точки зрения, действовали под эгидой Вашингтона.

По этой же причине Россия стала очень болезненно воспринимать любую активность стран ГУАМ (с апреля 1999 г. — ГУУАМ) в военной области. Например, в августе 1999 года под Львовом прошли учения «Щит мира-99». Сообщалось, что «в рамках учений состоится встреча министров обороны этих стран [ГУУАМ], на которой будут рассмотрены вопросы активизации и координации военного сотрудничества».

На самом деле ни тогда, ни спустя некоторое время, когда уже и Украина столкнулась с проблемой сепаратизма, ГУАМ (ГУУАМ) был не в состоянии создать механизм сотрудничества в военной сфере, способный перерасти в реально действующий военно-политический союз: собственные национальные интересы этих стран преобладают над общими интересами, в том числе и в сфере борьбы с сепаратизмом.

Но сказанное не исключает того, что перечисленные страны в прошлом активно углубляли двусторонние отношения в военной области и продолжали расширять военно-техническое сотрудничество. Тем более что подобное взаимодействие не только служило росту боевых возможностей национальных вооруженных сил, но и являлось высокодоходной сферой внешнеэкономических связей, говоря проще, прибыльным бизнесом.

Украина, пожалуй, раньше других стран СНГ осознала, что растущая экономическая мощь и финансовые возможности Азербайджана превращают его в очень привлекательного партнера в области военно-технического сотрудничества.

Однако некоторое время Киев не спешил сотрудничать с Баку в расширении военно-промышленного комплекса, который Азербайджан начал развивать после того, как в декабре 2005 года Государственный комитет Азербайджанской Республики по специальному машиностроению и конверсии, ранее занимавшийся вопросами военного производства, был упразднен и на его базе было создано Министерство оборонной промышленности (МОП)3.

Но все же заинтересованность Украины в тесном сотрудничестве с Азербайджаном как в сфере поставок нефтепродуктов, так и в продвижении собственных технологий на зарубежные рынки подтолкнула Киев к углублению взаимодействия с Баку в области военного производства.

В ноябре 2006 года, ощутив выгодность сотрудничества с Баку в военной сфере, украинская сторона уже сама выступила инициатором «активизации военного и военно-технического сотрудничества» с Азербайджаном, и через месяц во время своего визита в Азербайджан тогдашний премьер-министр Украины Виктор Янукович заявил, что «Украина и Азербайджан видят большие перспективы сотрудничества в военно-промышленном комплексе и будут осуществлять ряд совместных проектов». Весной 2007 года в Азербайджане подводили первые итоги работы МОП. При этом Украина, наряду с Турцией, Россией, Беларусью и Румынией, фигурировала в числе стран, опыт которых был использован в деле налаживания военного производства.

Несмотря на большой потенциал совместных двусторонних проектов в области военного производства, Украина, как и ранее, была заинтересована прежде всего в осуществлении больших поставок вооружений на азербайджанский рынок, так как это сулило Киеву серьезные поступления финансовых ресурсов. Со своей стороны, Азербайджан, взявший курс на усиление своих Вооруженных сил, закупал у Украины различные боевые системы.

Согласно сведениям, опубликованным в журнале «Moscow Defense Brief» и опирающимся в первую очередь на данные, подаваемые странами в Регистр обычных вооружений ООН и размещенные на сайте Организации, в период между 2000—2007 годами Азербайджан приоб- рел в Украине 12 истребителей МИГ-29 и 2 МИГ-29УБ советского производства и 12 учебно-боевых самолетов L-39 чешского производства; 36 штук 130-мм буксируемых пушек М-46, 45 танков Т-72, две БМП-1 советского производства, три БТР-3У украинского производства, 85 минометов ПМ-38, а также 12 реактивных систем залпового огня 9РК58 «Смерч» советско- го производства. Кроме того, согласно тому же Регистру ООН, Азербайджан закупил в Украине 55 122-мм гаубиц Д-30А, а в 2007 году — четыре БТС-5Б, а также штурмовик СУ-25 УTГ8, который в свое время создавался для базирования на авианосце «Тбилиси», более известном как «Адмирал Кузнецов».

В 2008 году Азербайджан продолжил закупать у Украины бронетехнику советского производства и получил в свое распоряжение 70 БТР-70, а также 18 артиллерийских систем 2C110, более известных как САУ «Гвоздика».

В Регистре обычных вооружений ООН, кроме того, сообщалось, что в 2009 году АР приобрела в Украине истребитель МИГ-29УБ, а также 11 ударных вертолетов Ми-2414, модернизированных для ведения боевых действий в ночное время. В Азербайджане они получили обозначение МИ-24 G (Gecе/ночной).

К концу 2010 года стало известно, что азербайджанская сторона проявляет интерес не только к модернизированным вертолетам, но и к новейшим противотанковых ракетным комплексам, разработанным ВПК Украины совместно с коллегами из Беларуси.

К рубежу 2009—2010 годов стороны подошли с желанием продолжить взаимовыгодное сотрудничество в различных сферах внешней политики, в том числе в области военного сотрудничества, и в апреле 2009 года во время визита президента В. Ющенко в Азербайджан был подписан «План мероприятий украинско-азербайджанского сотрудничества на 2009-2010 годы», который включал и Протокол между кабинетом министров Украины и правительством АР о внесении изменений в межправительственное Соглашение о военно-техническом сотрудничестве от 24 марта 1997 года.

Рост поставок техники и вооружений из Украины в Азербайджан вызвал большую нервозность у Армении, которая, видимо, вначале всерьез рассчитывала удержать свое превосходство в региональной гонке вооружений за счет практически бесплатных поставок различных систем вооружения из России. Однако, по мере того как количественное и качественное превосходство Азербайджана росло, Ереван стал критиковать Киев за его стремление сотрудничать с Баку в военной сфере.

Динамичный рост расходов Азербайджана на оборону способствовал тому, что со времени рубежа 2010—2011 годов политическое и военное руководство страны всерьез задумалось о приобретении для нужд Национальной армии Азербайджана новых образцов бронетехники, по своим боевым качествам превосходящей имеющиеся в большом количестве в составе азербайджанской армии танки Т-72 советского производства.

Судя по всему, именно в рамках этого подхода Азербайджан в январе 2011 года проявил интерес к созданной в Украине на базе советского танка Т-80 боевой машине «Оплот». Однако сделка не состоялась. Одной из причин назывались сроки выполнения заказа, озвученные Киевом, которые не устроили Баку. Как следствие, Баку пошел на заключение контракта с Россией на поставку танков, и 10 февраля 2012 года стало известно, что Азербайджан намерен закупить у России танки Т-90С.

Азербайджан был заинтересован в получении значительных объемов современных танков и машин для их обслуживания в короткий срок, чего украинская сторона гарантировать не могла. Однако срыв переговоров по поставкам танков не нанес серьезного удара по военно-техническому сотрудничеству двух стран.

Определенная угроза взаимодействию сторон в военной сфере возникла в сентябре 2011 года, когда в Украине представители Партии регионов устами заместителя председателя фракции М. Чечетова заявили о возможном пересмотре взаимоотношений с Баку в военной сфере якобы для поддержания региональной безопасности, добавив при этом, что переговоры в регионе о поставках вооружений должны идти с участием России.

Как бы то ни было, реальные экономические интересы Киева не позволили ему отказаться от взаимодействия с Азербайджаном в военной сфере.

В 2012 году Азербайджан продолжал приобретать в Украине и специальную бронированную технику – так, сообщалось о покупке 14 единиц эвакуационных машин БТС-5Б, созданных на базе танка Т-7247.

С началом 2013 года поток информации о новых контрактах Азербайджана и Украины в военной сфере заметно сократился. Объяснить это можно двумя факторами:

– Во-первых, к указанному времени азербайджанская сторона завершила комплектование своих Вооруженных сил тяжелым вооружением предыдущего поколения, а украинская сторона не готова была предложить Баку какие-то эксклюзивные образцы новых боевых систем, чего не скажешь о конкурентах Киева — России, Турции и особенно Израиле.

– Во-вторых, к этому времени шло выполнение ранее подписанных соглашений, и срочной необходимости в подписании новых не было. Правда, стороны продолжали взаимодействовать в вопросах модернизации техники и налаживали совместное производство некоторых образцов вооружений.

События в Киеве (начавшиеся осенью 2013 г. оппозиционные выступления сил недовольных отказом тогдашнего президента страны В. Януковича от подписания соглашения об ассоциации между Украиной и Евросоюзом) первоначально также не повлияли на интерес украинской стороны к продолжению военно-технического сотрудничества с Азербайджаном.

Военно-техническое сотрудничество Азербайджана и Украины прошло долгий путь. За это время Киев всегда проявлял себя достаточно надежным поставщиком разнообразных боевых систем для нужд азербайджанских силовых структур и оборудования для нужд Министерства оборонной промышленности Азербайджана, а Баку всегда своевременно и в полном объеме оплачивал приобретаемое. Здоровый прагматизм в этой сфере способствовал также укреплению межгосударственных отношений: при этом связи в области ВТС не подвергались серьезной ревизии при смене политических режимов в Киеве.

По материалам журнала “Кавказ и Глобализация”

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.