З.Гусейнова

Мифологические образы и волшебные средства азербайджанских и английских легенд и преданий во многом соответствуют друг другу. Например, в азербайджанских легендах меч считается священным, а при его рассмотрении вместе с образом героя сила этого оружия воспевается особенно ярко. Наиболее отчетливо это проявляется в легендах об Али и представлениях о его мече Зульфугаре. Одна из причин подобного восприятия заключается в том, что Али, выйдя за пределы исторической реальности, оказался частью мифологического пространства.

Насколько легендарным становится образ героя, настолько же волшебной сущностью наделяется и его оружие. Подобная неразрывная связь прослеживается и в образе Кероглу и его мече Мисри. В легендах говорится об изготовлении меча Мисри из громового камня и о его способности рассекать даже скалы. В азербайджанских преданиях единство героя и его оружия выражено особенно ярко: необычность как самого героя, так и его меча составляет основу повествования.

Кероглу сочетает функции как легендарного, так и культурного героя. Аналогичные характеристики культурного героя присутствуют и в английских легендах. Так, в легенде о Коннле судьбу героя определяет фея — мифологическое существо, принадлежащее иному миру.

Исторические героические образы ирландских легенд заметно отличаются от культурных героев, занимающих центральное место в азербайджанской традиции. Образ Кероглу сформировался в результате взаимодействия национального сознания с древнейшим мифологическим пластом — образом первопредка и творца — а также с более поздним историческим слоем культурного героя. В английских и ирландских легендах герои преимущественно принадлежат верхнему историческому уровню — это личности, боровшиеся за свободу своего народа и впоследствии приобретшие легендарные черты в народной памяти.

Мифологические и волшебные образы, характерные для азербайджанских легенд, встречаются также в английской и ирландской традиции. Например, фея в древней кельтской легенде «Коннла и волшебная фея» выступает как полноценный мифологический персонаж, существующий в особом космическом пространстве.

В азербайджанских легендах образ феи подвергается многочисленным трансформациям. Часто она появляется в облике русалки, связанной с первичной водной стихией, а затем может принимать человеческий облик. В легендах о Саре русалка, утрачивая первоначальную мифологическую форму, описывается как прекрасная девушка. Ряд исследователей связывал образ Сары с водным божеством. Такое божество, укоренённое в мифологическом мировоззрении, представляет собой национальную трансформацию образа русалки, известного также английским легендам.

В азербайджанских сказках феи встречаются значительно чаще, причём их пространство обитания отличается большей подвижностью: они могут покидать свой мир, вступать в брак с людьми, рожать детей и помогать героям в борьбе с падишахами и тиранами. Например в сказке «Дочь падишаха фей» мифологический герой спасает заколдованную фею из логова дивов, после чего она выходит за него замуж и неоднократно спасает его от бед.

В уэльских преданиях образ феи сохраняет преимущественно мифологический характер. Например, фея предупреждает, что исчезнет при прикосновении к железу. Родив мужу троих детей, она действительно исчезает после случайного соприкосновения с железом и более не возвращается.

Мотив ухода обиженной феи объединяет английские и азербайджанские легенды. Оскорблённые, они превращаются в птиц и покидают человеческий мир. В азербайджанских вариантах они чаще всего принимают облик голубок (в сказке «Принц Муталлиб» феи, превращаясь в голубок, прилетают к озеру и купаются).

В одном азербайджанском мифе к юноше, косящему траву, прилетает голубка, превращающаяся в девушку. Молодые ежедневно купаются в озере, что вызывает беспокойство семьи юноши. Отец, проследив за сыном, застаёт их у воды. Смущённые его присутствием, они не могут выйти на берег и в итоге превращаются в голубей и улетают.

В азербайджанских мифологических текстах присутствует и образ русалки. Согласно одному из сюжетов, русалка первоначально была девушкой, едва не утонувшей во время наводнения. Аллах сжалился над ней: когда её вынесло на берег, нижняя часть тела осталась в воде и утратила человеческий облик, вследствие чего она превратилась в русалку.

Данный сюжет относится к числу этимологических легенд, объясняющих происхождение мифического существа. Возможность превращения русалки в девушку и обратно связана с представлениями об инкарнации и реинкарнации. Превращение человека в рыбу соотносится с мифами о предках, согласно которым существа способны возвращаться к своему первоначальному состоянию.

В другом мифе наблюдается обратный процесс — превращение мифического предка в человека. В повествовании говорится о молодых азербайджанцах, отправлявшихся в Иран и увидевших на берегу реки Араз трёх нагих девушек. При приближении людей девушки бросаются в воду и превращаются в русалок. В подобных сюжетах вода выполняет функцию границы между мирами, отделяя человеческое пространство от потустороннего.

Образ феи присутствует и в шотландских легендах. В предании «Волшебное знамя» вождь племени Малькольм женится на фее, связанной с озером. Родив сына, она возвращается в страну фей, однако продолжает помогать ребёнку. Например, она ткет зелеными нитями одеяло в горошек плачущему ребенку. Завернув ребенка в это одеяло, она ждет пока младенец, согревшись, засыпает.

В легенде «Целительное озеро», озеро также выступает границей миров. Герой попадает в иной мир, обитатели которого отличаются малым ростом и живут во дворцах под водой. Герой легенды с трудом отбирает у живущих на дне озера человечков свою корову и возвращается домой.

В целом культ воды составляет основу многих английских легенд. В легенде «Заговорили воду» девушки находят на дне ведра серебряные монеты, а отказ давать воду домашним духам приводит к наказанию человека.

Культ воды играет также роль средства для исполнения желаний. В легенде «Волшебный рог», сказав «хочу пить», жаждущий рыцарь получает от виночерпия напиток в волшебном роге. Из легенды видно, что вода сначала играет роль средства, а затем выступает в роли мотива.

Многочисленные следы культа воды видны в азербайджанских и ирландских легендах. В легендах о Гошабулаге, Кероглу получает и силу и поэтический дар с помощью культа воды. И в предании «Гурдоглы» изображен волшебный источник. Пьющий из этого источника становится храбрецом и героем. В Азербайджане в мифологическом сознании народа живут многие поверия, связанные с водой. Например, «Ночью нельзя переходить через воду, иначе духи воды разозлившись на это, нанесут этому человеку вред», «В праздник Новруз ранним утром приносят воду из источника, им замешивают тесто, окропляют детей». Как видно и из последнего примера, вода очищает людей от злых духов.

В ирландской легенде «Чемпион Ирландии» героя Кухлейна погружают в воду, чтобы избавить его от гнева и злых духов, что отражает представление о воде как символе очищения.

Вода в уэльских легендах также связана с проявлением сверхъестественных сил. В цикле легенд об Овейне источник вызывает бурю и появление Чёрного рыцаря, с которым вступают в поединок герои.

Также, в уэльских легендах герои вынуждены биться с мифологическими образами. В цикле легенд об Овейне, Кимон для демонстрации своей силы ищет рыцаря на поле брани. Здесь, со множеством деталей используются чудесные свойства воды. Лесничий говорит Кимону, что в конце лесной тропы он увидит источник, там же он найдет серебряную чашу. Пусть он наберет воду в чашу и выльет её на землю, тогда появится поле, поднимется буря, сверкнет молния. Кимон так и делает. Вместе с бурей приходит и одетый в черные латы рыцарь. Он не кланяется Кимону, чем сильно злит его. Они начинают сражаться. Черный рыцарь, продев копье в уздечку коня Кимона, тащит его за собой. Униженный Кимон, придя к лесничему, живет там, чтобы не попадаться на глаза людям. Услышав об этом присшествии, с Черным рыцарем решает биться и Овейн, но тоже терпит поражение.

В английских легендах мотив борьбы сохранился в текстах с героической тематикой. Но как предания и легенды, отражающие мифологическое мировоззрение, структурно отличаются от других, так и мифологические образы отличаются от исторических. Возьмем легенду «Ученик волшебника». В образцах, созданных народами мира, посвященных этому мотиву, между колдуном и учеником существует противоречие. Это противоречие становится причиной борьбы между ними. Например, это явно проявляется в азербайджанской сказке «Сказка об Охае». И в азербайджанской сказке вода находится между этим и потусторонним миром, территория Охая находится под водой. Охай не желает видеть никого сильнее себя в волшебстве и колдовстве. Поэтому, экзаменуя обученных учеников, убивает тех, кто оказывается сильнее его самого. Ахмед выходит живым-невредимым только из-за слов о том, что ничему не научился. И после этого между ними начинается борьба за могущество. А в английских легендах борьбы между учителем и учеником нет. Вернее, ученик пассивен. В «Сказке об Охае» культ воды имеет важное значение для обучения Ахмеда науке. А в английских легендах культ воды выступает в качестве фактора, показывающего бездеятельность ученика.

После рассмотрения водной символики можно перейти к анализу другой важной составляющей легендарных текстов — волшебных средств.

ВОЛШЕБНЫЕ СРЕДСТВА

В азербайджанских, английских, ирландских, уэльских легендах и преданиях одну из важных частей текста составляют волшебные средства. В азербайджанских легендах и преданиях в качестве волшебных предметов используются прут, чаша, свирель, ковер, источник и пр. Обычно волшебные средства изображаются как вещи, обладающие магическими свойствами, увеличивающими силу, мощь героя. Такие или схожие волшебные предметы встречаются и в английских, ирландских, уэльских легендах и преданиях. Например, в легенде «Поражение Кимона» чаша выполняет то, что пожелает душа героя. Подобные магические свойства есть и в азербайджанских легендах. В легенде «Золотая пиала в Гоязане» показывается, что у Набат была золотая пиала, которая помогала Набат в трудной ситуации, в тяжелую минуту, исполняла её желания.

Значительную роль играет и волшебное кольцо — в некоторых подобных легендах волшебное кольцо делает героя невидимым. В уэльской легенде «Волшебное кольцо» рыцарь короля Артура Овейн, попав в западню Черного рыцаря, пытается спастись. В это время он слышит голос девушки. Она, дав ему волшебное кольцо, говорит, что прокрутив кольцо, он станет невидимым. Воспользовавшись этим способом, Овейн становится невидимым и побеждает Черного рыцаря.

В азербайджанской народной сказке об охотнике Пириме, волшебное кольцо тоже делает его невидимым. Поскольку кольцо в качестве волшебного средства трансформировалось в азербайджанские сказки как миф, в легендах этот мотив не встречается. В этой же сказке вода вновь выступает волшебным средством: раненый марал исцеляется, прикоснувшись к источнику, после чего герой осознаёт целительную силу воды.

Волшебное средство в шотландской легенде под названием «Волшебное знамя», будучи присуще только шотландскому мифологическому сознанию, в азербайджанских текстах не встречается. В одной легенде, вытканное феей одеяло используется в качестве флага. Вождь племени, оказываясь в трудном положении, 3 раза размахивает этим флагом и спасает племя от напасти. В легенде точно указывается и место использования этого флага: флагом размахивают при поражении во время сражения с вражеским племенем, при массовой эпидемии у скота.

В английских легендах можно встретить магические средства один интереснее другого. Некоторые из них даже присущи исключительно английскому мифологическому сознанию. В сказке «Волшебный рог» подобным волшебным средством является волшебный рог. По своей символике это волшебное средство подобно чаше, встречающейся в азербайджанских мифологических представлениях.

Существуют и другие волшебные средства, объединяющие азербайджанские легенды с английскими легендами. Волшебная трава как средство существует и в азербайджанских, и в английских легендах. В английской легенде «Заговорили воду» для излечивания покалеченной злыми духами ноги девушки упоминается трава. В азербайджанских мифологических текстах говорится о пользе такой волшебной травы. Персонажи, следя за раненым драконом, видят, что этот раненый дракон трется своими ранами о какую-то траву. Они, полагая, что в этой траве заключена мудрость, собирают её. Отмечается, что эта трава — панацея от всех бед (в частности — если ужаленный змеей человек поест такой травы, то сразу выздоровеет).

Таким образом, волшебные средства в легендах различных народов выступают важнейшим элементом мифологического сознания, определяющим судьбу героя и ход повествования.

По материалам Казахского Национального университета им. аль-Фараби

Тысяча и один сюжет: классификация азербайджанских сказок