Р.Пирова

Главным портовым городом России на Каспии на протяжении столетий была Астрахань. Город стал признанным центром русско-азиатской торговли, в котором осуществлялся обмен товаров азиатского происхождения на товары российские.

Изменение границ Российской империи во второй половине XVIII – первой половине XIX в. привело к включению в состав государства новых территорий в Азии и Европе. Россия вышла на побережье Черного моря, обрела новые порты на Каспии.

В новой геополитической ситуации Астрахань утратила значение общеимперского центра русско-азиатской торговли, но стала центром торговли русско-иранской (азербайджанской). Многие купцы, приняв российское подданство и вступив в гильдейское купечество, во второй половине XIX в. избрали местом своего постоянного проживания Астрахань, выстроили многоэтажные Гостиные дворы, открыли значительную оптовую торговлю.

Наибольшего размаха достигла торговля фруктами, свежими и сушеными. Обороты от этой торговли многих персидских купцов в регионе достигали многих тысяч рублей в год. Например, согласно ведомостям Астраханской Казенной палаты, в 1880–1890-е гг. торговля фруктами в Астрахани купца Зейналаддина Сафарова достигала 500 тыс. руб. в год; Ханбабы Гульбабаева составляла 150 тыс. руб. в год; Хаджи Ададату Асадову принадлежало два магазина с оборотом 90 тыс. и 55 тыс. в год соответственно; Аджи Бабаеву – магазин с оборотом 80 тыс. в год и т.д.

Из Астрахани и через Астрахань (по Волжско-Каспийскому пути), из обеих столиц, с Макарьевской ярмарки и из внутренних европейских губернии России персидско-азербайджанское купечество в больших объемах вывозило товары промышленного производства – ткани и изделия из них, продукцию металлургии и т.п.

В силу того, что переправка товаров из Астрахани внутрь России, на Нижегородскую ярмарку занимала очень много времени, а навигация при Астраханском порте начиналась в марте и заканчивалась в ноябре, торговцы могли сделать не более одного оборота в год. Это обстоятельство существенно ограничивало объемы торговли. Кроме того, фрукты были товаром скоропортящимся и очень часто по прибытии к месту реализации теряли товарный вид.

В этой ситуации в 1880-е гг. в среде персидско-азербайджанского купечества, связанного с Астраханью, возникает проект создания ежегодной ярмарки в городе, прежде всего с целью оптимизации своих внешнеторговых операций в регионе. Конечно, малочисленность этого купечества по сравнению с «природным российским» в Астрахани (в 1890 г. из 26 астраханских купцов 1 и 2 гильдий персов-азербайджанцев было лишь 3) поставила на повестку дня вопрос о привлечении к проекту астраханского купечества.

26 ноября 1884 г. Астраханский Биржевой комитет направил в Астраханскую Городскую думу письмо следующего содержания: «Астраханское Биржевое общество постановило открывать ежегодно в городе Астрахани ярмарку для обмена русских произведений на среднеазиатские».

Биржевое общество «сочло нужным сообщить о таковом ходатайстве Городскому управлению, предполагая, что оно как представитель городского хозяйства в интересах жителей города сочтет за нужное и с своей стороны ходатайствовать о том же чрез выборных от Городского управления депутатов».

Как следует из материалов архивного дела, в сам Биржевой комитет с проектом создания ярмарки обратился временный астраханский купец 1 гильдии Аджи Ага Мулла Сафаралиев, имевший большую торговлю фруктами в Астрахани, заручившийся к тому же поддержкой астраханских купцов А.А.Усейнова и М.А.Мир Багирова, которые были бессменными членами городского астраханского самоуправления и представителями уже второго поколения гильдейского астраханского купечества.

Из членов Биржевого комитета была выбрана «особая депутация для личного объяснения с правительственными лицами», в которую вошли:

– городской архитектор Л. В. Макаров, выходец из богатой купеческой семьи;

– П.П.Вейнер, купец 1 гильдии, председатель Биржевого комитета, крупнейший пивозаводчик, лесоторговец;

– А.Н.Бекунов, купец 1-й гильдии, владелец Товарищества пивоваренных заводов, в 1891 г. был избран городским головой;

– бакинский, временный астраханский купец 1 гильдии Аджи Ага Мулла Сафаралиев.

На собрании гласных Астраханской Городской думы 4 декабря 1884 г. решили просить вступить в делегацию для «ходатайства перед правительством» «столпов» астраханского общества – купцов 1 гильдии А.А.Сапожникова и А.А.Репина.

Но Сапожников вскоре отказался ввиду болезни; Л. В. Макаров – из-за неотложных торговых дел; А.А.Репин телеграфировал об отказе из Москвы без объяснения причин. Дума приняла их аргументы. П.П.Вейнер из Санкт-Петербурга телеграфировал о согласии принять на себя хлопоты делегата.

В итоге 19 февраля 1885 г. Астраханская Городская дума постановила «для сказанного ходатайства» оставить трех лиц: Гласного думы, купца 1 гильдии А.Н.Бекунова, коллежского асессора П.П.Вейнера и астраханского временного купца 1 гильдии А.Сафаралиева. Уже 27 февраля (т.е. спустя всего неделю) Астраханский губернатор сообщил, что министерства внутренних дел и финансов разрешили открытие ярмарки в Астрахани с 20 мая по 20 июня ежегодно.

3 марта 1885 г., выслушав доклад Управы, собрание гласных вынесло постановление, в котором прежде всего выражалась благодарность от имени Думы Бекунову, Вейнеру, Сафаралиеву «за принятие на себя труда по ходатайству об открытии в городе Астрахани ярмарки».

Сформировали Ярмарочную комиссию, в которую вошли видные астраханские купцы В.А.Чурбаков, Х.Е.Ефремов, Х.Н.Хлебников, А.Н.Бекунов, Л.В.Макаров, Г.В.Тетюшинов, Н.И.Артемьев, А.А.Усейнов, И.Г.Сергеев, А.А.Сафаралиев, М.А.Мир Багиров, И.Е.Франгулов и М.Г.Гостинцев. Комиссия должна была определить удобное место для ярмарки в городской черте и представить «соображения» о самой ярмарке.

То, что в комиссии оказалось сразу трое представителей персидско-азербайджанского купечества, не было случайностью. Персидские и азербайджанские купцы были крайне заинтересованы в Астраханской ярмарке. Основным пунктом реализации фруктов и других товаров являлась Макарьевская ярмарка. Но сбыть скоропортящийся товар оптом в Астрахани представлялось гораздо более выгодным. Тем более, что переправка до Нижнего Новгорода приводила к увеличению цены. Обороты же этой торговли составляли до 1 млн руб. ежегодно.

Видимо поэтому главным «радетелем» открывающейся ярмарки и самым деятельным членом комитета стал А. А. Сафаралиев. А астраханские купцы А.Усейнов и М.Мир Багиров и персидский консул в Астрахани его поддержали.

22 апреля 1885 г. комиссия собралась для обсуждения вопросов «относительно устройства ярмарки». Комиссия определила место под будущую ярмарку в Болдинской степи (в непосредственной близости от Астрахани) и ходатайствовала перед Думой о выделении 25 тыс. руб. на ее обустройство. Далее дело стало продвигаться крайне медленно, на собрание комиссии 15 июня никто не явился, на собрании 3 августа присутствовало лишь шесть человек. 7 августа 1885 г. оставшиеся члены комиссии составили Ярмарочный комитет. На этом первом заседании было решено распечатать объявления о том, что ярмарка состоится с 20 мая по 20 июня 1886 г.

Пожалуй, самый деятельный член ярмарочного комитета – А.Сафаралиев – тотчас выслал в Астрахань телеграмму из Москвы: «Прошу немедленно выслать в Москву в контору Мазурина 50 экземпляров объявлений о ярмарке». Он намеревался заинтересовать затевающимся коммерческим предприятием столичных предпринимателей.

Активные действия астраханцев по открытию ярмарки всерьез обеспокоили соседей – Бакинскую городскую думу, которая вышла с ходатайством в Министерство внутренних дел о переносе Астраханской ярмарки на осень с 15 сентября по 15 октября, так как в мае – начале июня обычно проходила ярмарка в Баку. Основной поток товаров на эту ярмарку шел через Астрахань.

Если же Астраханская ярмарка «состоится в указанные сроки», – писали бакинцы, – «то бакинская может не состояться ввиду отсутствия желающих в ней участвовать, так как Астрахань ближе к внутренним губерниям, а расстояние до нее меньше и, соответственно, провоз товаров дешевле».

Астраханский городской голова в свою очередь просил Биржевой и ярмарочный комитеты обосновать необходимость проведения ярмарки в указанные сроки. В ответе ему от 5 октября 1885 г. были указаны достаточно веские причины, которые в значительной степени объясняют заинтересованность местных деловых кругов в ее открытии. Астраханские купцы считали, что географическое положение Астрахани, которая расположена в Низовьях Волги, в месте впадения в Каспийское море представляет идеальное место для торговли между внутренними губерниями Российской империи и азиатскими государствами и территориями, прилегающими к Каспийскому морю. Тем более, что исторический опыт это подтверждает. В самом городе практически с момента основания русского города после завоевания Астраханского ханства были основаны караван-сараи – Бухарский, Хивинский, Персидский и Индийский гостиные дворы.

Торговцы восточного происхождения, записываясь в эти Гостиные дворы, осуществляли значительную торговлю со странами Азии. И в XIX в., продолжали члены комитета, Астрахань остается центром российско-восточной торговли. И каждый год, как только открывается навигация по Волге, город становится настоящей ярмаркой, на которой главными предметами реализации были азиатские товары. Поэтому всю весну до отправки этих изделий на Нижегородскую ярмарку в Астрахань приезжали русские купцы из внутренних российских губерний для их покупки.

Но, к сожалению, «персы и другие, сбывая здесь товары на миллионы рублей, не находят в Астрахани ничего, что могли бы купить здесь в обмен из наших товаров, и потому все вырученные деньги вывозят в Персию золотом», – констатировали члены ярмарочного комитета.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами и возник вопрос о необходимости открытия ежегодной ярмарки в самой Астрахани, далее обосновывали свою позицию авторы проекта. Как они считали, «если ярмарка здесь будет открыта, русские промышленники получат возможность привозить сюда свои товары и непосредственно сбывать азиатскому купечеству. Последние, в свою очередь, получат возможность приобретать российские промышленные товары в самой Астрахани и не тратить время на переправку товаров в Нижний Новгород».

Кроме того, «покупая товары русских производителей непосредственно в Астрахани, «из первых рук», персидские и другие купцы в первую очередь будут вывозить за границу, к себе на родину, не золото, а промышленные товары российского производства. В Астрахань не проникли купцы из Западной Европы и, соответственно, отсутствует конкуренция с ними в сбыте промышленных товаров. Таким образом, открытие ярмарки будет способствовать развитию российской промышленности и успешному ее сбыту в восточные страны».

На момент составления проекта открытия ярмарки в Астрахани восточные торговцы после отправки азиатских товаров на Нижегородскую ярмарку ничем не могли уже в самом городе заинтересовать российское купечество из внутренних российских губерний. В связи с этим последние практически не посещали город и старинный торговый центр постепенно приходил в упадок.

Не были заинтересованы в развитии торговли в городе и персидские предприниматели. Отправив свои товары вверх по Волге, они спешили возвратиться на свою родину.

Самым удобным временем для учреждения ярмарки члены ярмарочного комитета считали весну. В другое время года «она бесполезна и даже не нужна». Также не была нужна ярмарка и для внутренней торговли Астраханской губернии.

Сроки открытия ярмарки на основании этих соображений были оставлены те же. Тем временем А.Сафаралиев в Москве, не дождавшись ответа ярмарочного комитета, напечатал объявления за свой счет и разослал 50 экземпляров предпринимателям столиц и городов Волжско-Уральского региона.

Объявления об открывающейся астраханской ярмарке привлекли внимание представителей делового мира России. Так, известный предприниматель, купец из г. Казани А.Г.Цимхес, торговавший мануфактурой и готовым платьем, 17 апреля 1885 г. запрашивал ярмарочный комитет г. Астрахани. Его интересовали время начала и окончания ярмарки; насколько развита инфраструктура (наличие и стоимость ярмарочных лавок и помещений); стоимость разрешения на осуществление торговли на ярмарке; нужно ли будет уплачивать прибывшим на ярмарку какие-либо еще городские сборы.

Но ответ ярмарочного комитета звучал неутешительно: «Городская Управа имеет честь уведомить Вас, что разрешенная в Астрахани ярмарка в настоящем году не будет открыта за неуказанием места для постройки здания для оной».

Впрочем, ярмарка в Астрахани не была открыта вообще. Отцы города так и не смогли определить для ее открытия удобное место и заинтересовать застройщиков и содержателей домов в выгодности предприятия. Лавки не были построены, товары не привезены. Да и центральные власти, видимо под влиянием богатого бакинского купечества, не настаивали на реализации проекта. Бакинская ярмарка с оборотами до миллиона рублей ежегодно и практически идентичным ассортиментом реализуемых товаров не оставила астраханцам никаких шансов.

Самый деятельный член Ярмарочного комитета – купец А.Сафаралиев, поняв тщетность своих усилий, во второй половине 1880-х гг. свернул свою коммерцию в Астрахани, открыл контору в Нижнем Новгороде и отказался от намерений перейти в постоянное астраханское купечество.

Таким образом, проект об основании постоянной астраханской ярмарки в Астрахани в 1886 г. был закрыт, ввиду нескольких объективных причин, прежде всего малой заинтересованности в открытии ярмарки русских астраханских купцов, которые численно преобладали и в основном были сосредоточены на рыбопромышленности.

Тот факт, что Астрахань во второй половине XIX в. более не являлась пограничным городом и на Каспии Россия имела и другие порты, прежде всего удобный и незамерзающий Баку, сделал проект непривлекательным для российских центральных властей. И, наконец, существование в рассматриваемый период Бакинской ярмарки, конкуренцию с которой могла бы составить Астраханская, повлияло на конечный отрицательный результат.

По материалам «Известий высших учебных заведений. Поволжский регион»

Коммерческое судовладение азербайджанцев в Астрахани в первой половине XIX в.