Как бакинские купцы похоронили проект астраханской ярмарки в 1880-х гг.


Р.Пирова

Главным портовым городом России на Каспии на протяжении столетий была Астрахань. Город стал признанным центром русско-азиатской торговли, в котором осуществлялся обмен товаров азиатского происхождения на товары российские.

Изменение границ Российской империи во второй половине XVIII – первой половине XIX в. привело к включению в состав государства новых территорий в Азии и Европе. Россия вышла на побережье Черного моря, обрела новые порты на Каспии.

В новой геополитической ситуации Астрахань утратила значение общеимперского центра русско-азиатской торговли, но стала центром торговли русско-иранской (азербайджанской). Многие купцы, приняв российское подданство и вступив в гильдейское купечество, во второй половине XIX в. избрали местом своего постоянного проживания Астрахань, выстроили многоэтажные Гостиные дворы, открыли значительную оптовую торговлю.

Наибольшего размаха достигла торговля фруктами, свежими и сушеными. Обороты от этой торговли многих персидских купцов в регионе достигали многих тысяч рублей в год. Например, согласно ведомостям Астраханской Казенной палаты, в 1880–1890-е гг. торговля фруктами в Астрахани купца Зейналаддина Сафарова достигала 500 тыс. руб. в год; Ханбабы Гульбабаева составляла 150 тыс. руб. в год; Хаджи Ададату Асадову принадлежало два магазина с оборотом 90 тыс. и 55 тыс. в год соответственно; Аджи Бабаеву – магазин с оборотом 80 тыс. в год и т.д.

Из Астрахани и через Астрахань (по Волжско-Каспийскому пути), из обеих столиц, с Макарьевской ярмарки и из внутренних европейских губернии России персидско-азербайджанское купечество в больших объемах вывозило товары промышленного производства – ткани и изделия из них, продукцию металлургии и т.п.

В силу того что переправка товаров из Астрахани внутрь России, на Нижегородскую ярмарку занимала очень много времени, а навигация при Астраханском порте начиналась в марте и заканчивалась в ноябре, торговцы могли сделать не более одного оборота в год. Это обстоятельство существенно ограничивало объемы торговли. Кроме того, фрукты были товаром скоропортящимся и очень часто по прибытии к месту реализации теряли товарный вид.

В этой ситуации в 1880-е гг. в среде персидско-азербайджанского купечества, связанного с Астраханью, возникает проект создания ежегодной ярмарки в городе, прежде всего с целью оптимизации своих внешнеторговых операций в регионе. Конечно, малочисленность этого купечества по сравнению с «природным российским» в Астрахани (в 1890 г. из 26 астраханских купцов 1 и 2 гильдий персов-азербайджанцев было лишь 3) поставила на повестку дня вопрос о привлечении к проекту астраханского купечества.

26 ноября 1884 г. Астраханский Биржевой комитет направил в Астраханскую Городскую думу письмо следующего содержания: «Астраханское Биржевое общество постановило открывать ежегодно в городе Астрахани ярмарку для обмена русских произведений на среднеазиатские».

Биржевое общество «сочло нужным сообщить о таковом ходатайстве Городскому управлению, предполагая, что оно как представитель городского хозяйства в интересах жителей города сочтет за нужное и с своей стороны ходатайствовать о том же чрез выборных от Городского управления депутатов».

Как следует из материалов архивного дела, в сам Биржевой комитет с проектом создания ярмарки обратился временный астраханский купец 1 гильдии Аджи Ага Мулла Сафаралиев, имевший большую торговлю фруктами в Астрахани, заручившийся к тому же поддержкой астраханских купцов А. А. Усейнова и М. А. Мир Багирова, которые были бессменными членами городского астраханского самоуправления и представителями уже второго поколения гильдейского астраханского купечества.

Из членов Биржевого комитета была выбрана «особая депутация для личного объяснения с правительственными лицами», в которую вошли:

– городской архитектор Л. В. Макаров, выходец из богатой купеческой семьи;

– П. П. Вейнер, купец 1 гильдии, председатель Биржевого комитета, крупнейший пивозаводчик, лесоторговец;

– А. Н. Бекунов, купец 1-й гильдии, владелец Товарищества пивоваренных заводов, в 1891 г. был избран городским головой;

– бакинский, временный астраханский купец 1 гильдии Аджи Ага Мулла Сафаралиев.

На собрании гласных Астраханской Городской думы 4 декабря 1884 г. было решено просить вступить в делегацию для «ходатайства перед правительством» «столпов» астраханского общества – купцов 1 гильдии А. А. Сапожникова и А. А. Репина.

Но Сапожников вскоре отказался ввиду болезни; Л. В. Макаров – из-за неотложных торговых дел; А. А. Репин телеграфировал об отказе из Москвы без объяснения причин. Дума приняла их аргументы. П. П. Вейнер из Санкт-Петербурга телеграфировал о согласии принять на себя хлопоты делегата.

В итоге 19 февраля 1885 г. Астраханская Городская дума постановила «для сказанного ходатайства» оставить трех лиц: Гласного думы, купца 1 гильдии А. Н. Бекунова, коллежского асессора П. П. Вейнера и астраханского временного купца 1 гильдии А. А. М. Сафаралиева. Уже 27 февраля (т.е. спустя всего неделю) Астраханский губернатор сообщил, что мини  стерства внутренних дел и финансов разрешили открытие ярмарки в Астрахани с 20 мая по 20 июня ежегодно.

3 марта 1885 г., выслушав доклад Управы, собрание гласных вынесло постановление, в котором прежде всего была выражена благодарность от имени Думы Бекунову, Вейнеру, Сафаралиеву «за принятие на себя труда по ходатайству об открытии в городе Астрахани ярмарки».

Была сформирована Ярмарочная комиссия, в которую вошли видные астраханские купцы В. А. Чурбаков, Х. Е. Ефремов, Х. Н. Хлебников, А. Н. Бекунов, Л. В. Макаров, Г. В. Тетюшинов, Н. И. Артемьев, А. А. Усейнов, И. Г. Сергеев, А. А. Сафаралиев, М. А. Мир Багиров, И. Е. Франгулов и М. Г. Гостинцев. Комиссия должна была определить удобное место для ярмарки в городской черте и представить «соображения» о самой ярмарке.

То, что в комиссии оказалось сразу трое представителей персидско-азербайджанского купечества, не было случайностью. Персидские и азербайджанские купцы были крайне заинтересованы в Астраханской ярмарке. Основным пунктом реализации фруктов и других товаров являлась Макарьевская ярмарка. Но сбыть скоропортящийся товар оптом в Астрахани представлялось гораздо более выгодным. Тем более, что переправка до Нижнего Новгорода приводила к увеличению цены. Обороты же этой торговли составляли до 1 млн руб. ежегодно.

Видимо поэтому главным «радетелем» открывающейся ярмарки и самым деятельным членом комитета стал А. А. Сафаралиев. А астраханские купцы А. А. Усейнов и М. А. Мир Багиров и персидский консул в Астрахани его поддержали.

22 апреля 1885 г. комиссия собралась для обсуждения вопросов «относительно устройства ярмарки». Комиссия определила место под будущую ярмарку в Болдинской степи (в непосредственной близости от Астрахани) и ходатайствовала перед Думой о выделении 25 тыс. руб. на ее обустройство. Далее дело стало продвигаться крайне медленно, на собрание комиссии 15 июня никто не явился, на собрании 3 августа присутствовало лишь шесть человек. 7 августа 1885 г. оставшиеся члены комиссии составили Ярмарочный комитет. На этом первом заседании было решено распечатать объявления о том, что ярмарка состоится с 20 мая по 20 июня 1886 г.

Пожалуй, самый деятельный член ярмарочного комитета – А. А. Сафаралиев – тотчас выслал в Астрахань телеграмму из Москвы: «Прошу немедленно выслать в Москву в контору Мазурина 50 экземпляров объявлений о ярмарке». Он намеревался заинтересовать затевающимся коммерческим предприятием столичных предпринимателей.

Активные действия астраханцев по открытию ярмарки всерьез обеспокоили соседей – Бакинскую городскую думу, которая вышла с ходатайством в Министерство внутренних дел о переносе Астраханской ярмарки на осень с 15 сентября по 15 октября, так как в мае – начале июня обычно проходила ярмарка в Баку. Основной поток товаров на эту ярмарку шел через Астрахань.

Если же Астраханская ярмарка «состоится в указанные сроки», – писали бакинцы, – «то бакинская может не состояться ввиду отсутствия желающих в ней участвовать, так как Астрахань ближе к внутренним губерниям, а расстояние до нее меньше и, соответственно, провоз товаров дешевле».

Астраханский городской голова в свою очередь просил Биржевой и ярмарочный комитеты обосновать необходимость проведения ярмарки в указанные сроки. В ответе ему от 5 октября 1885 г. были указаны достаточно веские причины, которые в значительной степени объясняют заинтересованность местных деловых кругов в ее открытии. Астраханские купцы считали, что географическое положение Астрахани, которая расположена в Низовьях Волги, в месте впадения в Каспийское море представляет идеальное место для торговли между внутренними губерниями Российской империи и азиатскими государствами и территориями, прилегающими к Каспийскому морю. Тем более, что исторический опыт это подтверждает. В самом городе практически с момента основания русского города после завоевания Астраханского ханства были основаны каравансараи – Бухарский, Хивинский, Персидский и Индийский Гостиные дворы.

Торговцы восточного происхождения, записываясь в эти Гостиные дворы, осуществляли значительную торговлю со странами Азии. И в XIX в., продолжали члены комитета, Астрахань остается центром российско-восточной торговли. И каждый год, как только открывается навигация по Волге, город становится настоящей ярмаркой, на которой главными предметами реализации были азиатские товары. Поэтому всю весну до отправки этих изделий на Нижегородскую ярмарку в Астрахань приезжали русские купцы из внутренних российских губерний для их покупки.

Но, к сожалению, «персы и другие, сбывая здесь товары на миллионы рублей, не находят в Астрахани ничего, что могли бы купить здесь в обмен из наших товаров, и потому все вырученные деньги вывозят в Персию золотом», – констатировали члены ярмарочного комитета.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами и возник вопрос о необходимости открытия ежегодной ярмарки в самой Астрахани, далее обосновывали свою позицию авторы проекта. Как они считали, “если ярмарка здесь будет открыта, русские промышленники получат возможность привозить сюда свои товары и непосредственно сбывать азиатскому купечеству. Последние, в свою очередь, получат возможность приобретать российские промышленные товары в самой Астрахани и не тратить время на переправку товаров в Нижний Новгород.”

Кроме того, “покупая товары русских производителей непосредственно в Астрахани, «из первых рук», персидские и другие купцы в первую очередь будут вывозить за границу, к себе на родину, не золото, а промышленные товары российского производства. В Астрахань не проникли купцы из Западной Европы и, соответственно, отсутствует конкуренция с ними в сбыте промышленных товаров. Таким образом, открытие ярмарки будет способствовать развитию российской промышленности и успешному ее сбыту в восточные страны.”

На момент составления проекта открытия ярмарки в Астрахани восточные торговцы после отправки азиатских товаров на Нижегородскую ярмарку ничем не могли уже в самом городе заинтересовать российское купечество из внутренних российских губерний. В связи с этим последние практически не посещали город и старинный торговый центр постепенно приходил в упадок.

Не были заинтересованы в развитии торговли в городе и персидские предприниматели. Отправив свои товары вверх по Волге, они спешили возвратиться на свою родину.

Самым удобным временем для учреждения ярмарки члены ярмарочного комитета считали весну. В другое время года «она бесполезна и даже не нужна». Также не была нужна ярмарка и для внутренней торговли Астраханской губернии.

Сроки открытия ярмарки на основании этих соображений были оставлены те же. Тем временем А. А. Сафаралиев в Москве, не дождавшись ответа ярмарочного комитета, напечатал объявления за свой счет и разослал 50 экземпляров предпринимателям столиц и городов Волжско-Уральского региона.

Объявления об открывающейся астраханской ярмарке привлекли внимание представителей делового мира России. Так, известный предприниматель, купец из г. Казани А. Г. Цимхес, торговавший мануфактурой и готовым платьем, 17 апреля 1885 г. запрашивал ярмарочный комитет г. Астрахани. Его интересовали время начала и окончания ярмарки; насколько развита инфраструктура (наличие и стоимость ярмарочных лавок и помещений); стоимость разрешения на осуществление торговли на ярмарке; нужно ли будет уплачивать прибывшим на ярмарку какие-либо еще городские сборы.

Но ответ ярмарочного комитета звучал неутешительно: «Городская Управа имеет честь уведомить Вас, что разрешенная в Астрахани ярмарка в настоящем году не будет открыта за неуказанием места для постройки здания для оной».

Впрочем, ярмарка в Астрахани не была открыта вообще. Отцы города так и не смогли определить для ее открытия удобное место и заинтересовать застройщиков и содержателей домов в выгодности предприятия. Лавки не были построены, товары не привезены. Да и центральные власти, видимо под влиянием богатого бакинского купечества, не настаивали на реализации проекта. Бакинская ярмарка с оборотами до миллиона рублей ежегодно и практически идентичным ассортиментом реализуемых товаров не оставила астраханцам никаких шансов.

Самый деятельный член Ярмарочного комитета – купец А. А. Сафаралиев, поняв тщетность своих усилий, во второй половине 1880-х гг. свернул свою коммерцию в Астрахани, открыл контору в Нижнем Новгороде и отказался от намерений перейти в постоянное астраханское купечество.

Таким образом, проект об основании постоянной астраханской ярмарки в Астрахани в 1886 г. был закрыт, ввиду нескольких объективных причин, прежде всего малой заинтересованности в открытии ярмарки русских астраханских купцов, которые численно преобладали и в основном были сосредоточены на рыбопромышленности.

Тот факт, что Астрахань во второй половине XIX в. более не являлась пограничным городом и на Каспии Россия имела и другие порты, прежде всего удобный и незамерзающий Баку, сделал проект непривлекательным для российских центральных властей. И, наконец, существование в рассматриваемый период Бакинской ярмарки, конкуренцию с которой могла бы составить Астраханская, повлияло на конечный отрицательный результат.

По материалам “Известий высших учебных заведений. Поволжский регион”

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.