«Катя-шарманщица»: Кармен бакинской сцены Фатьма Мухтарова


Г.САЛАЕВ

Первые годы XX века. В один из ненастных осенних вечеров на одной из площадей Саратова встретились две девушки-горемыки. Одну из них в городе знали как Катю-шарманщицу, другую по прозвищу «Сирота», которая пела в церковном хоре и в семилетнем возрасте осталась без родителей (отец пропал без вести на Русско-японской войне, а мать умерла).

«Сироте» так понравился голос и песни плохо говорящей на русском языке, продрогшей от холода, девушки Кати-шарманщицы, что она отдает ей свой дневной заработок на фабрике. Никто из них тогда не мог знать, что через несколько лет они обе будут учиться в саратовской консерватории у одного и того же профессора М.Е.Медведева.

И что через несколько десятилетий «Сирота» станет знаменитой исполнительницей русских народных песен, заслуженной артисткой РСФСР Лидией Андреевной Руслановой, а Катя-шарманщица — будущей оперной знаменитостью (меццо-сопрано) Кармен, Народной артисткой Азербайджанской ССР Фатьмой Мухтаровой.

Родилась будущая Кармен в Персии (Иран), в городке Урмия, (позднее Резайе) 14 марта 1893 или 1898 года. Отец ее, Аббас Рзаев, по национальности перс, мать — Сара, татарка, предки которой были из Польши. Отец был уличным певцом, обладал красивым баритоном, мастерски играл на кеманче — древнем струнном смычковом инструменте, прилично зарабатывал. Когда Фатьма была еще в грудном возрасте, родители решили переселиться в Россию. Они остановились в городе Ростове-на-Дону.

Здесь их постигло несчастье. От пения на морозе отец заболел и умер в 28 лет от горловой чахотки. Потом, много лет спустя, Мухтарова вспоминала: «Оставив мне в наследство голос, он унес мое детство и радости…».

Оставшись без средств к существованию, мать выходит замуж за перса — шарманщика Саттара Мухтарова, (поэтому меняется ее фамилия и отчество). Отчим не утруждал себя работой, был жестоким и грубым человеком. В поисках куска хлеба семья кочевала из одного города в другой, передвигаясь то в одиночку, то с такими же горемыками, «перелетными птицами». Позже мать определила Фатьму «в ученье» к уличным певцам.

Трудно было подстраивать свой голос под механическое звучание шарманки. Родители купили ей украинский костюм, а в народе ее стали называть «Катей-шарманщицей». К десяти годам она уже стала знаменитостью среди собратьев по ремеслу, выступала под аккомпанемент бубна и гармошки.

В 1910 году семья оказалась в Саратове, где она пела и лихо плясала на улицах и площадях, у фабричных проходных. Где бы она ни появлялась, сразу собиралась толпа зрителей, а мальчишки и девчонки бегали за ней ватагой. Ей нравилось перед ними разыгрывать «представления». Двое из таких «поклонников» стали близкими людьми: это будущий ее супруг, адвокат Александр Иванович Малинин и известный советский композитор Константин Яковлевич Листов, с которым ее связывала крепкая дружба.

Воспоминания о Кате Мухтаровой известного профессора, ректора Саратовского университета В.Д. Зернова: «…Хочется мне вспомнить историю одной артистки, Фатьмы Мухтаровой, которая в описываемое время ходила по дворам с шарманкой и под нее пела. Тогда она была девочкой… Жила у своего отчима, который и посылал ее на промысел. Примерно один раз в неделю Катя появлялась и у нас во дворе и, несмотря на свою юность, мощным контральто пела «Пожар московский», «Чайку» и другие песни, за что аккуратно получала пятачок… Так как у Кати был действительно исключительный голос, то ее многие в Саратове знали».

Значительную роль в жизни девочки сыграл редактор газеты «Саратовский вестник» Н.М. Архангельский. Он поместил в газете заметку о Кате Мухтаровой. Нашлись отзывчивые люди — семья железнодорожного служащего Л.Каменского, сына знаменитой оперной певицы М.Д.Каменской — отличного виолончелиста. Каменский взял Катю в свою семью и стал с ней заниматься. Катя в течение первого же месяца сделала, по воспоминаниям Каменского, «поразительные успехи».

Затем Н.М.Архангельский помогает ей, организуя выступления у железнодорожников, которые прошли с «огромными овациями», как писали местные газеты. Осенью 1912 года состоялось ее прослушивание в саратовской консерватории. Ее не приняли. Профессора дали заключение: из ее голоса с диапазоном меньше октавы, притом охрипшим от пения на морозе, ничего не получится.

Человек, сумевший распознать «сокровище в горле» этой удивительной девочки, был знаменитый оперный певец профессор консерватории Михаил Ефимович Медведев, в прошлом артист императорских театров, вошедший в историю оперного искусства как первый исполнитель роли Ленского в опере П.Чайковского «Евгений Онегин».

Он, решив заниматься с ней, много сил тратил на свою ученицу, опекал и защищал ее, считая Фатьму своей «крестницей по искусству».

Из ее воспоминаний: «Его я как-то удивительно понимала. Чудо какое-то случилось… Через два дня восьмая нота прибавилась, за ней девятая, десятая, и пошло, и пошло… Как радостно было учиться и понимать учителя. Уже через две недели Михаил Ефимович заявил, что берется меня учить».

И вот, в саратовскую консерваторию (третья после Петербургской и Московской), торжественно открытую осенью 1912 года, в числе первых ее учеников была зачислена Фатьма Мухтарова по классу профессора М.Е.Медведева. Каким надо обладать терпением и педагогическим мастерством, чтобы учить совершенно неграмотную, плохо говорившую по-русски девочку, сложному искусству оперного вокала. Но надо жить и зарабатывать деньги для себя и своей семьи.

И под чувством страха быть исключенной из консерватории она гастролирует с песнями. Руководство консерватории при содействии Архангельского, принимая во внимание ее тяжелое положение, не только не поставило вопрос об ее отчислении за нарушение дисциплины, но решило назначить ей стипендию. В 1913 г. она впервые приезжает в Баку. Но первый ее концерт в Тагиевском театре не принес ожидаемого успеха. Ведь это были времена, когда женщины-мусульманки еще не выходили на сцену.

Но ей улыбнулась судьба: ее певческий талант замечает Гусейн Кули Сарабский, азербайджанский оперный певец. Именно он взялся найти для Фатьмы спонсора. Он знакомит ее с богатым нефтепромышленником и меценатом, ее однофамильцем, с Муртузой Мухтаровым. В результате два года Фатьма учится в консерватории, получая из Баку деньги, которые ее очень выручали.

Впервые на профессиональной сцене Мухтарова выступила в Городском театре Саратова в драме «Ставка князя Матвея». В 1914 году Мухтарова, выйдя замуж за саратовского адвоката Александра Малинина, решила поехать в Москву «попытать счастья», в частный оперный театр С.И.Зимина. К тому же поводом к этому решению послужило то, что брат ее мужа, живший в Москве, был репетитором у детей Ф.И.Шаляпина. Через него и обратились к великому певцу с просьбой послушать молодую певицу.

М.Е.Медведев, ее учитель, написал рекомендательное письмо. Ф.И. Шаляпин отнесся к Фатьме очень внимательно, послушав ее, сказал: «Голос есть, поставлен прекрасно, надо идти и работать на сцене! Если есть способности артиста — будет большой толк, если нет — так научиться этому нельзя».

Ей предложили работу в этом театре в качестве солистки. Это был первый успех Мухтаровой, работать в театре, в котором выступали крупнейшие русские гастролеры: Федор Иванович Шаляпин, Леонид Витальевич Собинов, Георгий Андреевич Бакланов и другие. Получив одобрение Ф.И.Шаляпина, она поступила в театр. В.Н.Петрова-Званцева, известная артистка московских театров, помогала певице готовить партию Кармен.

Блестящая исполнительница испанских песен и игры на кастаньетах М.Н.Кузнецова-Бенуа, гастролировавшая в парижской «Гранд-Опера», помогала Фатьме овладевать испанским стилем в танцах и игре на сложном инструменте. В этом театре она выступала до 1917 года. Впервые она встретилась в спектакле с Федором Ивановичем, когда он исполнял партию Олоферна в опере А.Н.Серова «Юдифь». Шаляпин не только заметил ее прекрасный голос, но и поздравил с первым выступлением.

Затем были выступления с ним в операх «Борис Годунов», «Жизнь за царя», «Фауст», «Вражья сила». В первый сезон работы в опере Зимина она подготовила и спела сложную партию Вани в опере «Иван Сусанин» М.Глинки (как она вспоминала, оркестр ей «стучал» — оркестранты выражают свое одобрение и восхищение, стуча о пульты смычками). Она была Полиной в опере П.И. Чайковского «Пиковая дама».

В 1918 году на открытие оперного театра, в Саратов с группой солистов зиминской оперы приехала уже не Катя-шарманщица, а оперная певица Фатьма Саттаровна Мухтарова. Первым спектаклем шла опера «Снегурочка» Н.А.Римского-Корсакова, где она исполняла партию Весны. 31 декабря 1918 года состоялся дебют партии Кармен в ее исполнении, партия, которая покоряла в последующие долгие годы весь Советский Союз. Теперь уже профессионал, она разъезжает по всей стране с концертами и собирает овации.

В годы гражданской войны вся семья Фатьмы, включая и годовалую дочку Лейлу, находилась в составе концертной бригады на черноморско-азовском фронте. Этот героический шаг имел весьма прозаическое объяснение: артистам бригады выдавали продовольственный паек, что было бесценно в ситуации, когда повсеместно царили голод, разруха и братоубийственная война. Вскоре Фатьма начала получать приглашения в Ростов, Казань, Тбилиси, Баку, Ленинград, Одессу, Свердловск, Пермь.

В 1929 г. ей рукоплещет Большой театр в Москве. Началась жизнь на колесах — узлы, чемоданы, суматоха отъезда, вокзалы… Города и театры сменяли друг друга, и не было города, где бы не признавали таланта Фатьмы Мухтаровой. В Ленинграде, где Фатьма Мухтарова проработала не один сезон, однажды в последнем акте оперы «Кармен» эмоциональный Хосе — Георгий Нелэпп так вошел в роль, что по неосторожности всадил нож в (настоящую испанскую наваху из собственного реквизита актрисы) в спину Кармен — Мухтаровой. Почти на три сантиметра вошла наваха, но в творческом ажиотаже актеры этого не заметили. Но кровь, струящуюся по юбке Кармен, заметили зрители. Была паника, вызывали «скорую» и накладывали швы.

Гастроли в Баку на протяжении всей ее творческой жизни были частыми. Дарование Фатьмы Мухтаровой очень высоко ценили Муслим Магомаев, Узеир Гаджибеков, Гусейн Сарабский. В 1937 г. на сцене Театра оперы и балета им. М.Ф.Ахундова в Баку Фатьма Мухтарова спела Кармен на родном азербайджанском языке и в этой роли стала единственной из всех исполнительниц в Азербайджане.

Спектакль шел в режиссуре талантливого Исмаила Идаят-заде, а над переводом текста трудилась замечательная поэтесса Нигяр Рафибейли. На одной сцене со знаменитым Бюль-Бюлем Фатьма пела Арзу в опере Бадалбейли «Низами».

В 1936 г. она становится Заслуженной артисткой СССР, а в 1940 г. — Народной артисткой АзССР. Награждена орденами «Знак Почета» (1946) и Трудового Красного Знамени (1968). В 1938 — 1953 гг. — солистка бакинского Театра оперы и балета им. М.Ахундова. После Саратова Баку — ее вторая родина. Она поселяется не далеко от Девичьей Башни. Но время берет свое. Для любого актера уход со сцены — это трагедия, но для Фатьмы Мухтаровой, актрисы от Бога, — трагедия вдвойне. Поэтому и прощалась с публикой она не в Баку, а в Тбилиси.

Бакинка Лейла ханым Уцмиева, присутствовавшая на последнем ее концерте в Тбилиси, вспоминала: «Когда Кармен появилась на сцене, весь зал поднялся на ноги, встретив ее секундой тишины, а потом раздались аплодисменты, сцену забросали цветами: Мухтарова закрыла лицо локтем и заплакала, и следом за нею заплакал весь зал…».

После прощального вечера народ долго не расходился. Это было 12 ноября 1953 года.

Потом, уже в Баку, она сожгла в камине свои многие любимые костюмы. Это были прекрасные костюмы, подлинные произведения искусства, выполненные лучшими художниками, костюмерами и дизайнерами. И теперь все они, свидетели ее былой славы, полыхали в камине, превращаясь в груду пепла. С уходом из театра жизнь ее резко изменилась. Окончились репетиции, гастроли, премьеры. Настала пустота.

Как-то встал вопрос о ее работе в консерватории, но тогдашнее руководство на это так и не решилось — у нее все-таки не было законченного высшего образования, к тому же не член КПСС. Иногда дома репетировала со студентами консерватории. Тогда она вновь оживала, квартира превращалась в сцену. Она молодела на глазах, куда-то исчезали годы, огорчения и болезни, появлялась роковая красавица цыганка Кармен, погубившая доверчивого Хосе.

В памяти тех, кто ее знал, она осталась Актрисой, вышедшей из народа и своим громадным трудом и талантом завоевавшая славу.

Интересны воспоминания лауреата Государственной премии СССР режиссера И.Келлера: «Среди имен оперных знаменитостей 20-30-х годов прошлого века имя Фатьмы Мухтаровой было одно из самых популярных. В любом городе, едва появлялись афиши с ее участием, как вскоре над театральной кассой вывешивался аншлаг: «Все билеты проданы». Среди почитателей ее дарования были художник Бродский, актеры Михаил Жаров и Николай Черкасов, поэты Сергей Есенин и Анна Ахматова, композиторы Глиэр, К.Листов, З.Палиашвили… Это лишь небольшой перечень тех, кто ценил ее талант. Но были еще просто люди, очень разные — тысячи поклонников по всей стране. Они выражали свою любовь искренне и истово. Бывало, не зная адреса, слали свои корреспонденции в оперный театр или консерваторию, а иногда на конверте просто значилось: «Баку, Азербайджан. Народной артистке СССР Фатьме Мухтаровой».

И такие письма, как ни странно, доходили до адресата, хотя горячо любимая народом Фатьма Мухтарова этого звания официально удостоена не была. Да она за почестями, званиями, наградами никогда и не гонялась. Она жила сценой, творчеством, любила жизнь и людей.

Знаменитый тенор и прекрасный актер Иван Козловский, который пел с Мухтаровой во многих спектаклях, признавался, что по силе актерского темперамента Мухтарову трудно с кем-то сравнить.

Режиссер Н.Н.Боголюбов, много лет проработавший с Мухтаровой в разных театрах, писал о ней: «Казалось, сама природа избрала человеческую индивидуальность, чтобы дарить через нее человечеству свои откровения…».

Народный артист Грузии профессор Дмитрий Мчелидзе писал: «Кто хоть раз видел ее на сцене, тот никогда не забудет черные завораживающие душу глаза Фатьмы Мухтаровой, глаза, выражающие все самые сокровенные чувства человека… Голос Фатьмы всегда звучит в сердцах ее слушателей, даже тех, кому хоть раз довелось ее услышать».

Под большим впечатлением от Мухтаровой был поэт Сергей Есенин, который, находясь в Баку, видел премьеру этого спектакля. Мухтарова настолько поразила его, что он сумел проникнуть за кулисы, а, когда окончилось действие, и Далила-Мухтарова сошла со сцены, Есенин поднял ее на руки и понес в гримерную со словами: «Таких женщин надо носить на руках».

«Здесь прежде всего все начистоту, без фальши, без ходуль, все проникнуто натуральным артистизмом, согрето не бутафорским огнем… Впрочем, игрой это и не назовешь, это сама жизнь», — так писали в ленинградских газетах.

Она говорила: «Я родилась свободной и свободной умру!».

Оперная дива Фатьма ханым Мухтарова ушла из жизни 19 октября 1972 года.

По мотивам книги внучки певицы, журналиста и литератора Светланы Владимировны Курочкиной: «Повесть об актрисе», 2004 год (из архивов газеты ЭХО)

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.