Незаметный и талантливый Семен Пэн: автор “Азернешра” в Баку


О.БУЛАНОВА

Различные исследователи, историки и архитекторы уже неоднократно отмечали, как повезло Баку на здания, построенные в стиле конструктивизма. Самое яркое и знаковое – это, конечно, Азернешр, Дворец печати. Автор его – Семен Пэн.

Некоторые архитекторы создадут что-нибудь несущественное, незначительное, но информации о них в общем доступе сколько хочешь. А вот Семену Пэну, обогатившему Баку своим уникальным зданием, в этом плане как-то совсем не повезло. Несмотря на его несомненный талант, на значимые и знаковые постройки в Москве, Казани и Баку, информацию о нем пришлось собирать буквально по крупицам.

Даже у знаменитого Селима Хан-Магомедова в его эпохальном труде “Архитектура советского авангарда” о Пэне всего одна строчка. Хотя надо признать, что о здании Азернешра он пишет много и хорошо, говоря о нем как о символе бакинского конструктивизма, его лучшем образце.

Семен Пэн родился в Одессе в 1897 г., в еврейской семье. Отец его, Самуил Пэн (1864-1924), одесский казенный раввин в 1903-1904 гг., был убежденным сионистом, делегатом четырех первых сионистских конгрессов в Базеле и автором многочисленных книг по еврейской истории, довольно известных.

Однако Семен по стопам отца идти не пожелал – сионистские дела его не очень интересовали, зато его интересовала архитектура. В 1925 г. он окончил Ленинградский институт гражданских инженеров – ведущий архитектурно-строительный вуз СССР. И как-то так получилось, что Пэн начал специализироваться в области проектирования зданий для полиграфических производств.

В 1929-1930 гг. по его проекту в Москве был построен Клуб типографии “Красный пролетарий”. Он построил этот Клуб в классических традициях конструктивизма, взяв за основу один из основных принципов – открытость. Здание поражало своей легкостью и воздушностью, казалось невесомым. Однако в таком виде оно просуществовало очень недолго.

С тем же принципом открытости Пэн подошел и ко второму своему проекту, мощному и монументальному – бакинскому Дворцу Печати, Азернешру. Конкурс на лучший проект для нового дворца был объявлен в 1927 г., и среди более чем сорока проектов, представленных именитыми и знаменитыми на тот период архитекторами, победил проект Семена Пэна, которому было всего 30 лет. К строительству приступили в 1928 г., и к 1930 г. здание внешне уже было построено, в следующем году шла лишь внутренняя отделка.

Следующим крупнейшим проектом был проект казанского Дома печати. Зная о более чем успешном проекте бакинского Дворца печати, глава “Татиздата” С.3. Шарафутдинов загорелся идеей построить достойную эпохи социализма высокомеханизированную фабрику по выпуску книг в Казани. Этой идеей он поделился с Семеном Пэном.

Пэн, болевший конструктивизмом, который он считал архитектурой будущего, тут же согласился и еще до заключения договора, задолго до утверждения проекта в соответствующих инстанциях, начал подготовку к его осуществлению.

Пэн к тому времени достраивал бакинской Дворец печати. Бакинский проект был у всех на устах, о нем писали в прессе, делились впечатлениями в архитектурных кулуарах, в общем, Азернешр прогремел чуть ли не весь СССР еще до окончания строительства.

Но Шарафутдинов, как было сказано выше, уже привлек Пэна к казанскому проекту. Пэн начал работу над эскизным проектом, который через какое-то время был утвержден в Москве и детально обсуждался и там, и в Казани на расширенном заседаний президиума Областного отдела союза полиграфистов, на объединенном производственном совещании рабочих типографии им. К.Якубова, типографии “Красной Татарии”, в Госплане ТР, в Стройобъединении ТР… И всюду был одобрен. Дальше были всякие сложности с землеотводом, со сроками строительства, со сметой… Строительство Дома печати в Казани заняло несколько лет и было закончено лишь в 1937 г.

Позднее Пэна назначили заведующим лабораторией, дали Сталинскую премию, а также возможность сделать около полусотни различных изобретений и получить за них авторские свидетельства.

1 июня 1937 г. был арестован и приговорен к десяти годам исправительно-трудовых работ как “участник контрреволюционной троцкистской террористической организации” доцент КИИКСа (Казанский институт инженеров коммунального строительства), строитель Дома печати И.А. Батанов. Батанову не повезло… Пэна в эти страшные годы репрессии не затронули.

Но при этом невероятно удивительно то, что ему вообще дали достроить казанский Дом печати, ведь к тому времени на конструктивизм начались повсеместные гонения. Если бы Пэн сначала построил казанский Дом печати, а потом бакинский Азернешр, то практически со стопроцентной вероятностью в Баку ему довершить проект не дали бы ни за что.

Дело в том, что в 1934 г. Центральным комитетом Компартии Азербайджана был издан указ, раскритиковавший этот стиль и призвавший к возвращению к национальным традициям и корням. А Дворец печати начисто отвергал все национальные традиции. Однако никто не будет спорить, что он прекрасно вписался в начало проспекта Азербайджана и сформировал собой целый квартал.

Как уже упоминалось, информации о Пэне не очень много. Другой возможный источник сведений о Пэне – это периодическая печать 30-50-х гг. и профессиональная литература тех же лет. Известно лишь, что в 1950 г. Семен Пэн был удостоен Сталинской премии третьей степени за разработку и внедрение новых конструкций из асбоцемента в строительстве промышленных зданий и сооружений. К тому времени он работал в ЦНИИ промышленных сооружений.

Семен Пэн являлся не только архитектором, но еще и теоретиком архитектуры, писателем. Например, ему принадлежит труд “Асбестоцемент в промышленном строительстве Англии”, вышедший в серии “Строительная техника в Англии” в 1956 г. Цемент и бетон, как известно, были модными основными материалами, можно сказать, визитными карточками конструктивизма. Если по каким-либо причинам их нельзя было применить, делали имитацию под них. Так и Азернешр был построен из камня, но декорирован под бетон.

Также, благодаря книге “Экскурс в архитектурную жизнь советской Казани” краеведа и архитектура Сергея Саначина выяснилось, что Пэну, оказывается, принадлежит только проект казанского Дома печати, а архитектурное оформление было поручено его коллегам – архитекторам Татпроекта Н.А. Баталову, И.А. Валееву, И.Ф. Нейману и А.Э. Спориусу, а также преподавателю КИИКСа А.М. Густову, который разработал, в том числе, интерьер книжного магазина на первом этаже.

Почему же Пэн сделал только проект, а дальнейшая разработка – других архитекторов? Ведь в Баку Пэн делал все сам – от и до. Все очень просто: не дали. Работа была уже практически сделана, но тут были привлечены упомянутые у Сергея Саначина архитекторы, и проект был доведен по-другому.

А еще известно, каким проект НЕ стал: планировалось, что на фасаде будет красоваться герб СССР, часы и надпись “имени Горького” по точному автографу знаменитого советского писателя. Если учесть, что бакинский и казанский проекты по стилю похожи, то достаточно представить, что на бакинском Дворце печати красовалось бы что-нибудь подобное.

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.