Лирика Физули: почему поэт лучше шаха и наставления молодым


Г.Араслы

В богатом разнообразными художественными формами средневековья творчестве Физули значительное место занимает лирика. Физули был одним из величайших мастеров лирики на Ближнем Востоке. Он создал классические образцы газельного жанра и поднял азербайджанскую газель на небывалую высоту.

Не случайно он придавал особое значение лирической поэзии. Физули стремился использовать эту популярную форму для того, чтобы приблизить поэзию к широким народным массам, довести до них свои сокровенные мысли и чувства.

Не раз Физули указывал, что газель является весьма доступной и удобной формой для создания небольших лирических стихотворений на любовную тематику.

Не будучи в состоянии разорвать оковы средневековья и религиозных догм, заковавшие человеческую свободу в цепи, Физули, искал ее в мире сердечных излияний, в мире любви и чувств, где ему казалось, что на просторах любви человек может стать счастливым.

Физули жил мыслями, что каждое сердце само себе падишах, каждый человек в своем внутреннем мире неизмеримо выше султанов, шахов, и великий мастер считал себя гораздо выше Меджнуна, Фархада, Вакима и других прославленных и верных героев любви на Востоке.

Поэт утверждал, что человек вполне достоин стать истинно влюбленным. В интерпретации Физули любовь — священная сила, которая связывает людей между собой на протяжении всей жизни. Дружба, ласка, искренность рождаются исключительно на основе любви. Вобравший в себя всю красоту и сильный в духовном отношении человек — превыше всего. Любовь такая могучая сила, что она заставляет человека самоотверженно отказаться от личных интересов и пожертвовать собою во имя общих благ.

Физули указывает, что любовь играет важную роль и в личных взаимоотношениях людей. Он говорит:

О обладатель ума, не забудь, что
От двух человек тебе станет трудно:
Один — тот, что не любит тебя,
И встрече с тобой он вовсе не рад.
Другой — тот, коего не любишь сердцем,
И ты встрече с ним тоже не рад

Физули выражает свое отношение к религии, богословию также через понятие любви. Он и в газелях на религиозные темы выступает как искренний влюбленный. Бог и святые в его газелях всегда упоминаются тоном наивной искренности. Поэтому он строго критикует шейхов и аскетов, которые часто совершают богослужение ради гурий, кылманов и райских источников, выставляя напоказ из ханжество и лицемерие.

О завсегдатай мечети,
не знаю, что нашел ты
На ее циновке,
кроме затхлого притворства!

Физули однако вовсе не отвергает религию как атеист, он лишь разоблачает лицемерие и ханжество этих маклеров мусульманской мечети.

В лирике Физули сказалось отношение поэта всем важнейшим событиям эпохи. Выражая отрицательное отношение к войнам, шахам и султанам, порождавшим эти войны, феодалам, угнетавшим народ, а также духовенству, купцам — одним словом, ко всему господствующему классу средневековья, он не раз демонстративно выступал как поэт-выразитель печали и чаяний широких народных масс. В произведениях Физули чувствуется его глубокая любовь к людям, которые «не знали покоя из-за насилия и притеснения сильных» и «тщетно искали правосудия».

Он пишет: «Бессилен друг, коварно время, страшен рок, Участия нет ни в ком, лишь круг врагов широк

Он предпочитает бедняков всем остальным в обществе, где «кто честен, на землю упал, зато невежда и подлец поднялись высоко». Мечты о свободе, воспетые в лирике поэта, по существу, порождены чаянием широких масс угнетенного народа.

Физули говорил и о тех страданиях и тревогах, которые приходилось ему вынести от своих современников:

Словно на гору, на голову мне
сыплются камни со всех сторон,
Но не проснется судьба моя,
ну и сонлива — как будто мертва!

В лирических стихотворениях сказались взгляды Физули на общественную жизнь. В ряде его произведений выражена мечта о справедливом царе. Он мечтает о таком царе, которые не отличил бы от себя нищего и не сделал бы разницы между ним и собой, ибо оба они люди и нет основания чтобы один стал царем, а другой – нищим. Не видя ничего подобного в реальной жизни, поэт старается найти его в мире любви.

Сравнивая судьбы самодержцев-тиранов с судьбами поэтов-мастеров, Физули грозно предостерегает их:

Падишах золотой земли
подкупает людей серебром.
Он готовит полки
для захвата другой страны,
Сотней козней и хитростей
он побеждает ее,
Но и в этой стране
нету радости и тишины.

Физули противопоставляет падишахам поэтов-мастеров, выступающих доброжелателями народа. В противовес повелителям стран, он провозглашает себя властителем мира поэзии и искуссва.

Он говорит, что его бесчисленные армии слов без взятки и без козней покоряют многие страны сердец:

Посмотри: это я властелин — дервиш,
сильный войсками слов.
Громоносное слово
источник победы моей.
Видишь, каждое слово мое
— великан, что из истины силу берет,
Если слово захочет,
Будут море и суша покорны ему.

Физули остро критикует и представителей духовенства. В одной своих газелей поэт выступает против них, обвиняя в том, что они ежедневно выдумывают все новые и новые веры, собирают вокруг себя множество последователей с тем, чтобы вконец травить их на религиозные распри. Физули презирал и духовников, приверженцев мусульманского ортодоксализма, потерявших человеческий облик. На протяжении всей своей жизни он едко высмеивал авторитеты мечети, возомнивших о себе, как об ученых, стремившихся к личному обогащению, не любивших народ и родину.

Физули называл деятельность представителей духовенства, занимавшихся лицемерной проповедью и обиравших народ до последней нитки, «разбоем на глазах у всех.»

Несомненно, Физули был поэтом не без религии, он ее признавал; воспитанный на схоластических науках, построенных на религиозных началах, выросший в таких центрах мусульманской святыни как Багдад и Кербела, он на раннем этапе своего творчества отличался большей правоверностью.

В дальнейшем, глубокое знакомство с творчеством наиболее прогрессивных поэтов, изучение древнегреческой и восточной философии, личные наблюдения общественно-политических событий эпохи оказали на поэта большое влияние и обусловили перелом в его мировоззрении.

Физули возмущался лицемерием аскетов, шейхов, проповедников и благочестивых ханжей. То, что они отвергали при народе, они совершали втихомолку, исподтишка. Прелюбодеяние, вино, разврат, скопидомство, вынесение неправосудных решений, взяточничество и др. составляло ремесло представителей духовенства, выступавшего именем бога. Поэтому Физули их называет ханжами, в при удобных случаях он мастерски доводит до читателя все их низкие проделки.

Физули знал, что многие из них посещают мечеть лишь ради того, чтобы показать народу свою «правоверность».

Поэт обращается к падишахам, которые ради пустой славы, при помощи провокаций и интриг, захватывают страны; Физули увещевает газиев-законоведов, занимающихся лицемерием на судах, не прибегать к взяточничеству; он обращает внимание министров на чрезмерную важность поста, который они занимают; призывает их не злоупотреблять своим высоким положением, величием власти, не быть спесивыми и т.д.

Он едко высмеивает тех филантропов, которые, грабя народ, отбирая у него деньги, затем устраивают показное благотворение и требуют за это всеобщую признательность. Он разоблачает ханжество и тех, кто хочет взяткой купить себе право на рай; резко критикует лживых проповедников, духовных олгцов, падких на деньги, астрологов, гадальщиков на песке и разных кудесников.

В произведениях поэта вопросы науки и культуры также занимают особое место.

Физули был весьма сведующим человеком в области философии и литературы. Он всегда вступал в полемику с философами, богословами и знатоками поэзии и искусства своей эпохи, отличался оригинальными суждениями, высказываемыми на разных ученых собраниях.

В период, когда не ценили людей науки и искусства, обвиняя их в отступничестве от установлений и предписаний шариата, Физули пропагандировал науку и искусство.

Силу энергии, усилие
старания и стремления
Я потратил на достижение
знаний и мудрости.
Мир, увидев мою
нескончаемую энергию,
Нарек меня Физулием;
явью стало мое величье.

В то же время Физули был выдающимся пропагандистом научных знаний. В своих произведениях он всегда призывал современников учиться, приобретать знания.

Поэт, обращаясь к молодежи, призывает приобретать знания, науки. Серьезно критикуя тех, кто опирается на богатство, состояние и знатность происхождения, он указывает:

Старайся стать средоточием
приятных явлений,
Не чванись саном,
ведь он не рожден с тобой.
Не считай, что происхождение и ранг
могут служить тебе достоинством,
Не считай, что обилие вещей
послужит тебе величием,
Из чужеродного
делай себе украшения, как луна,
Если твой луч от чужого,
то брось его на двор.

Рассуждая о всевозможных санах и рангах, характерных для его времени, поэт указывает, что приобретение ремесел – превыше всего.

В то же время он порицает девушек, которые кичатся своей красотой, и призывает их к духовному совершенству (к овладению знаниями, приобретению наук, самоусовершенствованию).

В одном из персидских фрагментов он пишет:

О ты, постоянно гордящаяся
своей красотой,
Отчего в тебе безумье
так властвует над умом!
Ты ведь достойна
славы духовного совершенства
И существу твоему подобает
быть возвышенным.
Что зa польза,
что предаешься сумбурной красоте,
Раз подобает тебе приобрести
нравственное совершенство.
Допустим, что, о роза,
на твоем челе сияет солнце молодости.
Ведь нет в нем вечных лучей,
оно – предрассветные сумерки.

Поскольку Физули не всякого грамотного признавал за ученого, то серьезно критиковал и тех, кто злоупотреблял наукой. «Если ученый становится спесивым, — писал он в «Аиис-ул-кальб», — то лучше ему стать невеждой». Поэт серьезно критикует тех, кто пользуется наукой во вред народу, обманывая неграмотных с целью вымогать у них деньги.

И в самом деле во времена Физули, людей, пользовавшихся наукой в корыстных целях, было много. Говоря, что «внешне они — люди науки, а в действительности же — смутьяны времени», Физули имеет в виду тех людей «науки», которые своей порочной и вредной деятельностью служили причиной смуты и провокаций.

Однако, в фрагментах Физули ясно видны колебания поэта между наукой и религией. Он колеблется между шариатом и общением с людьми воздержания, между мирским и отшельническим образом жизни, неимоверно страдая от их противоречий. Он не может найти душевного покоя и живет тревожной жизнью.

Такова социальная сущность лирики Физули. Мысли и идеи выдвинутые в его лирических стихах более широко были освещены поэтом в его крупных произведениях: в поэмах и в прозаических сочинениях.

По книге автора “Великий азербайджанский поэт Физули”

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.