Первая мировая война и ее влияние на социально-политическую жизнь в Азербайджане


Ирада Багирова

В июле 1914 года началась первая мировая война, не имевшая себе равных в предшествующей истории человечества по своим масштабам и жертвам. Год ее окончания -1918 стал общепризнанным в мировой исторической науке рубежом, завершающим новую историю и открывающим новейшую.

Хотя безусловным зачинщиком войны явилась Германия, каждый из воюющих блоков – Антанта и Тройственный союз, преследовал в ней свои цели. Экспансионистские планы Германии были устремлены на Восток. Помимо стремления взять реванш в борьбе за нефть, немецкие правящие круги разрабатывали программу создания “Всегерманского рейха”, включающего в себя огромные территории от Скандинавии до Персидского залива.

В немецком генеральном штабе совещались также о том, каким путем можно “смертельно ранить Россию – действием против Петербурга на севере или-разрушением угольных шахт и нефтяных вышек на юге”. Вместе с тем был разработан и план создания Тифлисского наместничества под германским протекторатом, охватывающего весь Кавказ и Закавказье с нефтеносными землями Апшерона.

Важная роль в реализации планов Германии отводилась Турции, ставшей ее экономическим и военным союзником. Видные деятели правящей партии “Иттихад ве терегги” (Единение и прогресс) занимали прогерманские позиции. Вместе с тем Турция вынашивала и собственные планы, объявив войну джихадом и призвав мусульман всего мира к объединению.

Относительно будущего Закавказья турецкое правительство пообещало грузинам в случае победы образовать независимое грузинское государство, в которое войдут Тифлисская, Кутаисская губернии и Батумский район. Переговоры велись в основном с представителями социал-федералистов, не отражая общего настроения грузинского населения. Наиболее антирусски и протурецки настроенными были аджарцы, сурово поплатившиеся впоследствии за свою помощь турецким войскам.

Судя по словам уполномоченных партии “Иттихад ве терегги”, приехавшим в 1914 году в Эрзерум, мусульманам (азербайджанцам) в случае их поддержки Турции также были предложены часть Северного Кавказа вместе с Дагестаном, Бакинская и часть Елисаветпольской губернии. Существовал также план одного из представителей партии «Дифаи» Аслан хана Хойского, по которому под гарантии поднятия восстания в тылу турки и немцы обещали азербайджанцам предоставление статуса республики, в которую войдут Бакинская, Елисаветпольская, Эриванская губерния и Дагестан. Поражения Турции в 1915 г. на театре военных действий сделали, однако, нереальным осуществление этих проектов.

31 октября 1914 г. в ответ на обстрелы Севастополя, Одессы и Новороссийска немецкими и турецкими кораблями Россия объявила войну Турции. Во время войны Турция фактически вела боевые действия на пяти фронтах, главным из которых был Кавказский. В разгар войны, в период наступления турецких войск на Тебриз в 1915 г. фронт простирался от Южного Азербайджана до побережья Черного моря.  Превращение Закавказья сначала в арену военных действий (в период продвижения турецкой армии в район Аджарии), а затем в прифронтовую полосу (после поражения турок под Сарыкамышем в январе 1915 г.- И.Б.) оказало значительное влияние на политическую обстановку и экономическую жизнь края.

Война вызвала довольно разноречивую реакцию в различных слоях азербайджанского общества. Социальные верхи единодушно выступили с поддержкой России в войне, это нашло свое отражение как в публичных выступлениях представителей либеральной интеллигенции, так и в официальных документах и заявлениях. Тон в этой патриотической компании задала мусульманская фракция IV Государственной думы, опубликовавшая в журнале “Миллет” выходившем в Петербурге, обращение “К мусульманскому населению России”.

Представитель Азербайджана М.Ю.Джафаров от имени членов мусульманской фракции назвал войну освободительной и в то же время отметил, что поскольку “русская армия несет свободу зарубежным народам, то тем более та же свобода должна быть возвещена и многочисленным народам, входящим в состав Российской империи”.

Прогрессивная азербайджанская интеллигенция, внешне сохраняя лояльность правительству, надеялась обернуть последствия этой войны в максимально выгодное для своего народа русло. Показательны в этом отношении слова будущего премьер-министра Азербайджанской республики Фатали хана Хойского, сказанные им в 1915 г.: “После войны все изменится, сильные державы выйдут из нее слабыми и израненными, и тогда наступит наше время диктовать свои условия, что означает свободу для нас. Эта свобода исходит от нашей силы, наших денег и нашей нефти. Поэтому не забывайте: мир нуждается в нас больше, чем мы в нем.”

Хотя в 1914-1915 гг. турецкая сторона, а также азербайджанские публицисты-эмигранты усилили антирусскую пропаганду, в целом верхние слои азербайджанского общества и на словах и на деле показали полную солидарность с Россией, но, как отмечалось в полицейских отчетах, “в более сдержанной форме”.

По инициативе местной буржуазии были созданы комитеты по сбору пожертвований среди населения и организаций, благотворительных гопиталей. Многие азербайджанцы – выходцы из высших сословий, несмотря на отсутствие призыва мусульман в армию, вступали в нее добровольно. Всего на фронтах воевало около 200 офицеров-азербайджанцев, среди которых были прославленные генералы Самед бек Мехмандаров, Али Ага Шихлинский и Гусейн хан Нахичеванский.

Еще в мае 1914 председателю мусульманской фракции IV Думы К.Б.Тевкелеву было направлено письмо из Баку за подписью “Кавказских мусульман” с просьбой доложить премьер-министру нужды мусульман, одной из которых являлась необходимость отбывать воинскую обязанность в рядах русской армии. Воинская повинность расценивалась при этом как “средство к поднятию духовного самосознания мусульманского народа” и повышения его культурного уровня.

Но царские власти, верные своим традициям чрезмерной подозрительности и недоверия по отношению к мусульманским народам, ограничились лишь объявлением призыва 3000 азербайджанцев на военно-оборонительные работы, что вызвало лишь недовольство местного населения и протест депутатов Мусульманской фракции.

Что касается деятельности азербайджанских политических организаций, то из всех действовавших ранее партий продолжала подпольно существовать только “Мусават”, которая не проявляла особой активности из соображений безопасности, вызванных усилившимися в период войны преследованиями мусульманского населения и закрытием ряда азербайджанских газет и журналов.

В мае 1915 по обвинению в оскорблении цензоров газеты “Ени Игбал” за недопущение к печати его статьи был арестован М.Э.Расулзаде, пробывший в тюрьме один месяц. После этого прокурор Бакинского окружного суда предложил выслать М.Э.Расулзаде за пределы Кавказского края, что не было осуществлено вероятнее всего по причине смены властей. В сентябре 1915 г. на место И.И.Воронцова-Дашкова кавказским наместником был назначен великий князь Николай Николаевич, более терпимо относившийся к мусульманам. На нового наместника возлагали большие надежды как представители городских властей и буржуазии, так и прогрессивной интеллигенции.

Промышленники Исабек Гаджинский, Г.З.Тагиев вместе с выражением верноподданнических чувств, высказали и надежду на введение в крае земства, высшего учебного заведения, суда присяжных, разрешение национального вопроса и пр. Ожиданиями больших перемен была проникнута и статья Узеира Гаджибекова в газете “Ени Игбал”: “Наконец-то с нас снимут это оскорбительное имя – отсталые мусульмане… Мы докажем, что достойны прогресса и культуры… Когда подойдет время реформ, мусульмане не должны остаться в стороне…”

Наместник в своей речи пообещал проведение на Кавказе всех назревших реформ, однако тут же добавил, что практическое осуществление требований политического характера в настоящий момент, “когда миллионы людей на поле сражений подставляют грудь вражеским пулям”, не представляется возможным “сейчас же, на месте”.

Некоторые уступки были сделаны лишь в области прессы разрешением выпуска ряда газет. С личного разрешения наместника в октябре 1915 г. М.Э.Расулзаде начал издавать газету “Ачыг сёз”, которая до 1918 г. являлась центральным органом “Мусавата”. “Ачыг сёз” впервые в мусульманском мире была названа “ежедневной тюркской газетой”, а язык, на котором она издавалась назван тюркским, а не татарским, как было принято русскими властями.

Передовица первого номера газеты, написанная самим М.Э.Расулзаде и озаглавленная “Наш путь”, по-существу явилась воззванием партии, где давалась оценка войны и выдвигались новые задачи. Начинается статья с пожелания “нашей общей Родине России успехов и победы в войне.”

В то же время Расулзаде заявляет, что в награду за этот патриотизм все нации, в том числе и мусульмане, ожидают, что “обновленная Россия не откажет проживающим под ее милосердным крылышком народам в естественной свободе, обеспечивающей будущую культурную жизнь.”

Однако в Азербайджане были организации, которые видели спасение народа лишь в единении с Турцией. К последним относилась действовавшая в Нахчыване организация «Муджахидин», именуемым в полицейских донесениях «кружком панисламистов».

Вероятно, здесь имеется в виду организация “Муджахид”, имевшая в Нахчыване довольно сильные позиции во время иранской революции 1905-1911 гг. и возобновившая свою деятельность во время первой мировой войны. Организация насчитывала более 60 членов и возглавлялась Гаджи Мир-Багиром Мир Гейдарзаде.

Основным направлением в деятельности организации была агитация в мечетях, чайханах и других общественных местах, сводившаяся к мысли о единении мусульман независимо от их принадлежности к шиитам или сунитам и оказании всевозможной помощи Турции в войне против России. Но деятельность организации не ограничивалась лишь пропагандой. Осенью 1915 года одним из членов организации Исмаилбеком Джамалбековым была доставлена в Тебриз для передачи туркам крупная сумма денег.

В свою очередь турки также переправляли в Нахчыван деньги, на которые закупались оружие и патроны. По заданию организации И.Джамалбеков и Сеид-Али Абдуллаев регулярно выходили на вокзал ко времени прибытия воинских эшелонов и добывали сведения о количестве людей и оружия в них, а также о направлении движения. За эту деятельность они были высланы за пределы Кавказского края на все время войны.

Один из полицейских чиновников сокрушался, что в результате работы Мир-Гейдарзаде в Ордубаде, местные жители “из лояльных русских граждан стали ненавистниками России и преданными сторонниками турок”. Действия организации стали принимать угрожающий для властей характер не только на русской, но и на персидской территории. Сагитированные Р.б.Сафаралибековым 18 ноября 1916 г. персидские рабочие начали забастовку на Тебризской железной дороге. Русская администрация, вдохновленная к тому же успехами на Кавказском фронте, приняла решение о ликвидации организации. В декабре 1916 г. в Нахичевани было арестовано 11 человек во главе с М.Б.Мир-Гейдарзаде. В селениях было арестовано 40 человек, Из них 30 “наиболее опасных” из Нахичеванской уездной тюрьмы были отправлены под конвоем в Эриванскую тюрьму.

Таким образом, несмотря на жестокие преследования властей, деятельность азербайджанских партий и организации, хоть и в сильно ограниченных размерах продолжалась и во время войны. Если одни из них (“Мусават”) в конце войны пришли к идее возрождения нации и получения наибольших выгод для нее в результате поражения великих держав, то другие (“Муджахид”) видели спасение народа лишь в единении с Турцией.

По мере продолжения военных действий, приведших империю в состояние глубокого кризиса, политика российского правительства становилась все менее популярной, что отразилось на общественной атмосфере и откровенно звучало в выступлениях думских депутатов. На очередной сессии Государственной Думы 18 июля 1915 г. кадетами и прогрессистами был поставлен вопрос о власти, “опирающейся на доверие всех живых сил страны”.

Одновременно в Государственной Думе начались переговоры между различными фракциями, завершившиеся 9 августа 1915 года образованием так называемого “Прогрессивного блока”. В него вошли более половине членов Думы, не поддержали блок только крайне правые и крайне левые депутаты. Центральным пунктом программы блока было требование создания “министерства общественного доверия”, опирающегося на Думу. Хотя Мусульманская фракция не вошла в блок, она полностью поддерживала его требования.

По мере углубления политического и экономического кризиса, прихода к власти нового кабинета министров во главе с Горемыкиным на страницах бакинских газет стали появляться статьи, открыто выражающие недовольство “пагубной для страны” политикой царского правительства, которая “привела страну на третий год войны в состояние какого-то ошеломления”. К концу последнего для России года войны либеральные круги азербайджанского общества вслед за Петербургом и Москвой выступили уже с более решительным требованием создания “ответственного министерства”. Однако все эти выступления оставались лишь благими пожеланиями до тех пор, пока революционный натиск масс не уничтожил окончательно самодержавие в России и не создал условия для образования демократического правительства.

Неоднозначным было отношение к войне социалистических партий, в частности, социал-демократов. Бакинские меньшевики, среди которых господствовали вначале пацифистские настроения, изменили свою позицию после появления в октябре 1914 г. патриотического воззвания Г.В.Плеханова и поддержавшего его Н.Жордания.

Состоявшаяся в декабре 1914 г. Кавказская конференция постановила по отношению к Турции соблюдать так называемый “активный нейтралитет”, т. е. всячески помогать русской армии, поставляя в нее новобранцев.

Единственной партией, которая безоговорочно выступала против своего правительства в “империалистической” войне, была партия большевиков, руководствовавшаяся тезисами Ленина о войне и Манифестом ЦК РСДРП, принятыми на Бернской конференции РСДРП в феврале 1914 г. На проведенной в октябре 1915 г. в Баку под руководством С.Г.Шаумяна совещании Кавказских большевистских организаций главной задачей всех социалистических партий признавалась усиленная пропаганда социальной революции и превращение империалистической войны в гражданскую.

Особенно усердствовала в годы войны в своем прислужничестве царскому правительству армянская буржуазия и партия “Дашнакцутюн”. Их вера в русскую армию как освободительницу армян от турецкого ига были не лишены оснований. Еще до объявления войны Турции Николай II выпустил специальное обращение к армянам, в котором обнадежил их в предоставлении “свободы и правосудия” при условии непоколебимой верности и помощи царю в борьбе с “деспотичным игом турок”.

Характерно, что еще до вступления Турции в войну (октябрь 1914 г.) дашнаки начали создавать добровольческие дружины, вопреки постановлениям состоявшегося за несколько месяцев до этого в Эрзеруме VIII съезда “Дашнакцутюн”. Цель создания дружин ни от кого не скрывалась – создание с помощью русской армии автономного или независимого Армянского государства не территории заселенных армянами турецких вилайетов. Формировались дружины, однако, в основном на территории Закавказья. Организация добровольческих дружин являлась также одной из главных задач Бакинского Центрального комитета “Дашнакцутюн”, возглавляемого известным дашнакским деятелем Абрамом Гюльхан-даняном.

Результатом военной подготовки дашнаков стало поднятое ими в марте-апреле 1915 г. восстание в Ванском вилайете вслед за наступлением русских войск, сопровождавшееся истреблением местного турецкого населения и принятие в ответ на это турецким правительством решения о массовой депортации армян из прифронтовых вилайетов в Сирию, которая в последствии, в армянской историографии и общественном мнении стала именоваться словом “геноцид”.

Трагический 1915 год не послужил уроком для дашнаков, которые не собирались отказываться от своей агрессивной политики. Акции возмездия со стороны дашнаков не заставили себя долго ждать. Летом 1916 г. в результате наступления русской армии были заняты многие турецкие области и города Каре, Эрзерум, Трабзон, Эрзинджан и др. Одновременно с русскими частями сюда вошли и дашнакские формирования, которые учинили зверскую расправу над турецкими и азербайджанскими жителями ряда местностей. Особенно жестокими были действия дашнаков в Карсе, где погибло большое количество жителей-азербайджанцев.

После этих событий на встречу к заместителю командующего кавказским фронтом генералу А.Мышлаевскому прибыла представительная азербайджанская делегация во главе с А.М.Топчибашевым с требованием “оградить азербайджанское население от армян, жаждущих кровавых столкновений”. С протестом против этой расправы над мирными жителями выступил и депутат IV Государственной Думы М.Ю.Джафаров. Все попытки дашнаков, а затем и более умеренных армянских партий создать свое государство на территории Турции потерпели поражение.

Если отдельные политические партии проявляли в разные периоды войны колебания в отношении к воюющим сторонам, то позиции русских националистов были однозначно патриотичны на всем протяжении войны. В Баку действовало отделение “Всероссийского Дубровинского союза русского народа”, которое в годы войны в основном занималось сбором пожертвований на нужды армии и организацией патриотических демонстраций.

Коренной перелом в судьбах всех населяющих Россию народов произошел после Февральской революции. Наступил качественно новый этап и в общественно-политической жизни Азербайджана, преобразование бывшей национальной окраины в демократическую республику, процесс, который на долгое время был прерван советизацией республики в апреле 1920 года.

По материалам конференции “К 100-летию начала первой мировой войны. Малоизвестные страницы истории.”

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.