О попытках выселения азербайджанцев с нефтеносных земель Абшерона


Эльмира Мурадалиева

История нефти изучалась с разных позиций: нефть и политика, нефть и международные отношения, нефть и экономика, нефть и деньги и пр. Но есть еще и социальная позиция в изучении истории нефти, высказанная на заре становления этой отрасли Дж. Рокфеллером: «Место, где добывают нефть, дает определенные права и привилегии, на которые не могут претендовать люди, живущие в других местах».

Однако ретроспективный взгляд на историю управления бакинскими нефтепромыслами свидетельствует, что коренное население – владельцы нефтеносных земель оказывались «лишними» для государственных структур и предпринимателей.

Накануне российских завоеваний в нач. XIX в. нефтяные колодцы Абшерона эксплуатировались самими бакинскими ханами. С утверждением русского господства это прибыльное дело становится казенным имуществом, находясь попеременно в отпуске. И только с отменой откупной системы в 1872г. расчищается дорога для свободного предпринимательства.

Как управлялись нефтепромыслы с 10-ти тысячным населением? Дело в том, что функции Бакинского городского общественного управления, введенного с 1878г., не распространялись на промысловый комплекс, хотя последний органически вписывался в черту собственно города. Это исключало нефтепромышленный район из муниципальной организации Баку.

Такая территориально-административная градация – город и промыслово-заводской район – сохранялась вплоть до 1917 г. Считая промыслово-заводские районы своим частным хозяйством, нефтепромышленники стремились обособить их в отдельную административную единицу и получить особую полицию по ее управлению. Особую заинтересованность в управлении промысловой территорией предприниматели стали проявлять с созданием представительной организации нефтепромышленников – ССБН (1884г.).

Со II-й половины 80-х годов нефтепромышленники стали обращаться с ходатайствами к власти об учреждении на Балахано-Сабунчинской площади особого посада с распространением на него Городового положения 1870г. Обосновывали они свои ходатайства тем, что отмена откупной системы в нефтедобыче и переход к частному предпринимательству обусловили интенсивное развитие этой отрасли. А между тем, полицейское управление этого района не обеспечивало необходимых условий для нефтедобычи. В частности, на промыслах действовали сотни паровых котлов, требовавших массу воды, которую нефтепромышленнику приходилось добывать отдельно и проводить к своим участкам.

10 февраля 1889г. бакинский губернатор высказался в пользу введения на нефтяных промыслах в виде опыта на 5 лет посадского общественного управления с применением к нему Городового положения 1870г. с рядом изменений. Посадскому управлению предлагалось подчинить нефтеносные земли, а также земли занятые связанными с добычей постройками и сооружениями.

Право голоса предоставлялось лишь прямым плательщикам посадских сборов – это были прежде всего собственники и арендаторы нефтеносных земель. Содержателям трактирных и питейных заведений, мелким торговцам предполагалось не предоставлять избирательного права. В том же году данный вопрос был рассмотрен в Совете Главноначальствующего. В справке, представленной Бакинским губернатором, содержались следующие сведения: на Балахано-Сабунчинской площади находятся 234 жилых домов, 894 буровых скважин, 8 керосиновых заводов, 69 мастерских, 52 торговых заведений, 102 землевладельца-собственника.

Но МВД сочло, что создавать там органы самоуправления нельзя и более целесообразным явилось бы создание там особого полицейского управления.

Свой отказ Министерство обосновывало тем, что работа на промысловых предприятиях «подсобный промысел» и это «временное занятие» крестьян. Местная администрация согласилась с предложением МВД и Балахано- Сабунчинская площадь, как особая административная единица, подчинилась полицейскому управлению. Расходы по содержанию полиции, определенные первоначально в размере 17,900 руб., относились исключительно на счет местных нефтепромышленников, которые признавали в нем главнейшую гарантию своей безопасности.

В докладной Главноначальствующего гражданской частью на Кавказе от 1895г. отмечалось, что «крайняя разнородность постоянно меняющегося населения в Балахано-Сабунчинском поселении, прибывающего для заработков из др. губерний империи, требует самой настойчивой бдительности со стороны полицейского надзора».

Наконец высочайше утверждённым решением Государственного Совета от 3 февраля 1897г. было решено Балахано-Сабунчинские нефтяные промыслы изъять из ведения Бакинский уездной полиции и ввести в действие особый штат Балахано-Сабунчинского полицейского управления. Исчисленный по этому штату расход в 19,025 руб. был отнесен целиком в счет сбора с нефтепромышленников на общественные нужды.

Кроме того, на средства особого сбора с нефтепромышленников относился и расход по найму помещений для полицейского управления и городовых, а также по их вооружению (их по штату насчитывалось 425 чел.: 15 конных и 410 пеших). Общественные функции ССБН на страницах периодического издания этой организации – «Нефтяное дело» были выражены следующим образом: «Совет должен заниматься благоустройством промыслов и сооружением общественных знаний для того, чтобы дать рабочему населению ту обстановку в его служебной и частной жизни, которая сделала бы его оседлым жителем».

В числе мер по улучшению быта промысловых рабочих было признано, в первую очередь, устройство вне промысловой площади особых горных поселений (рабочих поселков). По данным Статистического бюро Совета съезда число рабочих и служащих в промысловом районе в 1897г. составляло 13,705 чел., а в начале 1899г.- 22 тыс. человек.

Но истина в этом деле заключалась в том, что вынесением жилищ рабочих за промысловую черту нефтепромышленники надеялись освободить для бурения большое количество земель. Общая площадь этой земли составляла более 100 дес., что представляло, по их подсчетам, «мертволежащий» капитал в 100 млн руб. Именно в этой выгоде нефтепромышленники видели необходимость постройки горного поселка.

В 1901 г. на совещании по нефтяному дело под председательством министра земледелия и государственных имуществ А.Ермолова вновь рассматривался вопрос об устройстве рабочих поселков вне промысловой площади. Важным решением этого совещания было заключение о том, чтобы расход за вознаграждение местных крестьян, в поверхностном пользовании которых находились предназначенные под рабочие поселки земли, распределить между нефтепромышленниками. Совет арендовал под поселки 111 дес. земли около Биби-Эйбата, казна отвела ему еще 67 дес. около Балаханы. По подсчетам технического бюро ССБН здесь можно было поселить 22,520 чел. Хотя земли были отведены, но к строительству поселков так и не приступили.

Вопрос о строительстве рабочих поселков и изъятии нефтеносных земель у коренного населения особую актуальность приобрел в связи с усилением армянского экстремизма в регионе. Итак, с учетом неоднократно возбуждаемых ходатайств нефтепромышленников было создано Балахано-Сабунчинское полицмейстерство, осуществлявшее свои функции в тесном взаимодействии с представительной организацией буржуазии – ССБН. Последняя пользовалась широкими полномочиями в промысловых районах Баку.

В начале ХХ в. с активизацией политического движения по всей Российской империи Баку превращается в общественно-политический центр не только Северного Азербайджана, но и всего Южного Кавказа. Одновременно усиливается армянский экстремизм, вылившийся в армяно-азербайджанское кровопролитие 1905-1906 годов, во время которого были разгромлены и подожжены многие нефтепромыслы. Пользуясь случаем, армяне решили переложить вину за поджоги на коренное население, называя его «разбойничьим элементом». Эта идея была подхвачена и местной администрацией в лице наместника Кавказа И.И.Воронцов-Дашкова и широко стал муссироваться вопрос о депортации мусульманского населения нефтепромыслов.

Впервые эта идея о депортации мусульманского населения бакинских сел была озвучена в телеграмме наместника Кавказа на имя царя Николая II от 26 августа 1905 г. В начале сентября 1905 г. представители армян – К. Хатисов и М.Унанов встретились с наместником.

О сути встречи сохранилась информация в письме наместника от 4 сентября (на следующий день после встречи с армянами) бакинскому генерал-губернатору С.Фадееву: «Ныне я, ознакомившись при посредстве бесед с депутатами от Совета Съезда бакинских нефтепромышленников и Бакинского отделения Императорского русского технического общества, еще более укрепился в мысли о необходимости:
1) учреждения в Баку градоначальства с усиленным штатом полиции;
2) выселения жителей соседних с промыслами татарских сел».

Генерал-губернатором были даны указания собрать точные данные о числе выселенных, их семейном положении, стоимости ликвидируемого имущества, наименовании всех предполагаемых к упразднению селений. Впоследствии наместник неоднократно возвращался к этому вопросу в своих официальных переписках с Санкт- Петербургом. Так, в письме представителю наместника в Совете министров барону Э.Нольде он называл эти селения: Балаханы, Сабунчу, Раманы, Забрат, Кешлы, Ахмедлы, Зых и др.

Откуда черпал наместник информацию для столь беспрецедентной акции по депортации мусульманского населения абшеронских сел? Ответ на этот вопрос лежал на поверхности: три ключевые организации торгово- промышленных кругов Баку были в руках армян – Съезд бакинских нефтепромышленников (П.Гукасов), Бакинское отделение Императорского русского технического общества – (К.Хатисов), бакинский биржевой комитет (С.Тагианосов).

Вопрос о выселения азербайджанцев из абшеронских сел был в повестке обсуждения и на совещании по восстановлению нефтяной промышленности в Санкт-Петербурге. Среди делегатов, избранных на совещание, был и Ахмедбек Агаев. Опубликовав статьи на тему армяно-азербайджанских отношений, он взял на себя миссию защиты азербайджанцев от депортации и убеждения российской общественности в ошибочности возможного выселения.

По его словам, армянская буржуазия, выдвигая этот план, преследует свои личные, узкокорыстные цели: 1) выселить все окружающие нефтяные промыслы мусульманские деревни и села, т.е. десяток деревень и сел с десятками тысяч населения, того самого насе- ления из земель которых армяне выкопали миллионы, теперь так ловко обращающиеся против него же. 2) отнять у мусульманских беков и агаларов их земли и предоставить их на пользование русским переселенцам и армянам из турецких беженцев (не этим ли вызвана вся заботливость о русских переселенцах).

А.Агаев в своих статьях неоднократно предостерегал об опасности устанавливании гегемонии армян на Кавказе.

Совещание по проблемам нефтяной промышленности проходило 22 сентября-7 октября под председательством министра финансов В.Коковцева. Здесь участвовали представители нефтяных компаний, рабочих Баку, финансово-промышленных кругов других регионов империи, правительства. Кроме А.Агаева мусульманское население Баку на совещании представляли А.Топчибашев, Кербалаи Исрафил Гаджиев, Фатулла бек Рустамбеков, Шамси Асадуллаев, Агалар бек Ханларов, Алиискендер Ашуров, Фаррух бек Везиров.

Самой многочисленной была делегация от бакинских нефтепромышленников. Накануне совещания группа нефтепромышленников представила В.Коковцеву докладную записку, в которой среди мер по восстановлению бакинской нефтяной промышленности красной нитью проходила мысль об устройстве рабочих посёлков в промысловом районе за счет изъятия земель у азербайджанских крестьян в размере 300 дес. и о выселении местного населения Балаханы, Сабунчу, Раманы, Забрат, Кешлы и др.

При обсуждении о выселении мусульман мнения участников совещания разошлись. Предложение о выселении поддержали армянские представители торгово-промышленных кругов – К.Хатисов и С.Тагианосов. А.Бенкендорф высказался за изъятие, но с выплатой крестьянам компенсации.

С разоблачающей речью о возможной депортации азербайджанцев с исконных нефтеносных земель выступил А.Агаев, ярко обрисовав как изъятие 300 дес. земли отразится на экономическом благосостоянии населения: «Нам говорят здесь, что местное население не занимается хлебопашеством. Но всякий, что проезжал по этим степям, мог видеть, что местное население никогда не отвлекалось от земледелия… Если действительно необходимо отчуждение этих земель для постройки рабочих поселков, то взамен этого земледельцы должны быть вознаграждены..».

Точку зрения А.Агаева поддержали ряд присутствующих чиновников, отметив, что выселение крестьян с насиженных мест, на которых они живут столетиями, нецелесообразно и приведет к обезземеливанию.

С позиции А.Агаева выступил и А.Топчибашев: «Как ни велико значение нефтепромышленности, нельзя же игнорировать интересы жителей нескольких селений… Не надо упускать из виду, что все предлагаемые меры ослабляют или даже уничтожают в этом районе присутствие мусульман, что может быть выгодным лишь с точки зрения армян, для которых такое удаление мусульман из нефтяного района равносильно установлению полного господства армян в нефтяном деле и даже образованию поселков исключительно с армянским населением.

Такой дар Божий, как нефть, сочится на земле, на которой живут мусульмане и которые привыкли считать своей. Местное население вправе ожидать от нефтепромышленников, получающих миллионы с этой земли, уделить хоть крохи этому населению за тот труд, который дает промыслам. Не о выселении местного населения или ограничении его прав нефтепромышленниками надо думать, а о распространении среди населения школ и вообще просвещения, как это делается промышленниками в других промышленных центрах…».

Продолжающаяся со времен Петра I политика, когда мусульманское население Азербайджана «заменялось» армянами, а в данный период депортации абшеронских крестьян, благодаря принципиальный позиции А.Агаева и его соратников канула в лету.

По материалам научной конференции посвященной 150-летию со дня рождения А.Агаева

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.