Мемуары турецкого генерала: Красная Армия морила голодом Нахчыван в 1920 г.


Азиза Назарли

После образования в мае 1918 года Азербайджанской, Грузинской и Армянской республик дашнакское правительство при поддержке Англии и США начало проводить политику присоединения Нахчывана к Армянской Республике. Однако при помощи посланных в регион турецких солдат и сопротивления местного населения территориальные притязания Армении не осуществились.

В обороне Нахчывана от агрессии армянских военных формирований большая заслуга принадлежит командующему I Кавказским корпусом Османской Армии Казыму Карабекир Паше. Но по Мудросскому договору (октябрь 1918 г.) Турция вывела свои войска из Нахчывана.

В ноябре 1918 г. в Нахчыване была провозглашена Аразская Тюркская Республика. Однако, после ликвидации данной республики, в начале мая 1919 г. английское командование временно, до решений Парижской конференции передало Нахчыванский регион под контроль армянского правительства. После же ухода английских войск из Азербайджана в конце июля 1919 г., в результате активного сопротивления населения Нахчывана, армянское управление здесь было ликвидировано.

В апреле 1920 г. Азербайджанская Республика потеряла свою политическую независимость ввиду её оккупации со стороны РСФСР. С помощью XI Красной Армии здесь была установлена Советская власть, и начались бесчинства военных на всей территории вновь провозглашённой Азербайджанской Советской Социалистической Республики. Бесчинства привели к народным восстаниям во всех регионах республики. Но они были жестоко подавлены XI Красной Армией.

Ситуация в Нахчыванском крае в 1920 г. также была очень тяжёлой. 28 июля 1920 г. I Кавказский полк XI Красной Армии захватил Нахчыванский уезд, а 29 июля командир полка телеграфировал С.Кирову о прибытии в Нахчыван. В этот день был организован Нахчыванский Ревком, в который вошли коммунисты и беспартийные. Председателем Ревкома был избран Мирза Али Бекташев. В состав Нахчыванского ревкома вошли А.Кадымов, И Аскеров, Г.Казиев, Г.Бабаев и другие.

В сентябре-октябре 1920 г. Ордубад, в ноябре-декабре Шарур также были взяты под контроль XI Красной Армией.

3 августа 1920 г. от министра иностранных дел Армянской Республики А.Оганджаняна на имя дипломатического представителя Армении в Азербайджане Т.Бекзадяна из Эривани была направлена телеграмма, в которой говорилось: “Вчера Начальником Армянских войск, занимающих район Шахтахты, была получена из Нахичевани следующая бумага: “28 июля 1920 года красные войска РСФСР, а также союзные наши войска Красной Турции в силу данного приказа вступили в совершенно оставленный жителями город Нахичевань и его район, не имея целью военных действий против Армении. По имеющимся сведениям, вверенные Вам войска намерены провести наступление на город Нахичевань для предания его огню и мечу. Во избежание недоразумения и бесцельного пролития крови, могущих повлечь за собой последствия государственной важности, ставим Вас в известность о занятии нами Нахичевани и его окрестностей 30 июля 1920 г. Город Нахичевань. Командующий объединёнными войсками Российской Социалистической Федеративной Советской Республики и Красной Турции, занимающий город Нахичевань и его окрестности Тарханов». Сообщаем для сведения и протеста пред Кировым и Чичериным“.

Большой исторический интерес и научную ценность для изучения истории Нахчывана в этот период имеют мемуары генерала Вейсала Унувара. Они были изданы в Турции в 1948 и 1997 годах под названием “Восемь месяцев с большевиками в борьбе за независимость (1920-1921)”.

В 1918 г. В.Унувар приехал в Нахчыван в составе армии Казыма Карабекира, в 1920-1921 гг. он находился в Нахчыване в статусе временного чрезвычайного представителя Турции.

Воспоминания турецкого генерала являются важным источником для изучения малоизвестных страниц из истории Нахчывана начала 1920-х годов. Основное место в его мемуарах уделено борьбе против армянской агрессии и установлению, по заданию турецкого правительства, миролюбивых отношений с советской властью в лице прибывших в Нахчыван русских чиновников и военных. В целях защиты и укрепления границ Нахчывана от дашнаков генерал В.Унувар расширил военную работу, объявил мобилизацию, организовал военный трибунал.

Мемуары проливают свет на тёмную сторону общественно-политических событий и включают новые сведения и факты.

Особенный интерес вызывают рассказы автора мемуаров о поведении и действиях русских военных, оккупировавших Нахчыван в 1920 году. Генерал описал их реальное отношение к местному населению. Основным орудием политики русских мемуарист назвал голод и преследования.

Активный участник борьбы за независимость Турции, в 1920-1921 гг. находившийся в Нахчыване в качестве Чрезвычайного представителя Турции генерал В.Унувар писал в своих мемуарах, что “здесь никто не имел понятия об истинном большевизме. Местные люди наивно полагали, что большевизм—это уничтожение в стране голода и нищеты, обращение с каждым человеком достойным образом. Население Нахчывана поверило и приняло в качестве лозунга распространяемую большевиками идею “человеческого” (гуманного) отношения. Большевики на первых порах в глазах местного населения олицетворяли собой справедливость, совесть и милосердие и якобы намеревались создать мировой рай и золотой век.

Коммунисты обещали, как писал турецкий генерал, что в мире не останется человека, совершающего беззаконие. Когда им указывали на то, что это сделать невозможно, большевики отвечали, что, конечно, это очень трудно сделать, также как спустить звезду с неба на землю.

Генерал Унувар в своих мемуарах характеризует большевистский гнёт, который заставил забыть армянские насилия, так как намного превышал их. В.Унувар писал о том, что большевики реквизировали всё продовольствие для собственных нужд. Были захвачены также транспортные средства. Вся хозяйственная жизнь по вине большевиков была разрушена.

Генерал также описал поведение солдат XI Красной Армии. Согласно его поспоминаниям, “однажды два красноармейца ворвались в женскую баню, но солдаты военной полиции (турки) вытащили их из бани и избили. При этом, бригадный командир русских даже не был оповещен об этом инциденте.

В.Унувар пишет о том, что большевики, захватив Нахчыван, не считались с условиями жизни и интересами его населения. Вместо этого они предлагали народу вступить в компартию, дабы не умереть от голода.

Турецкий генерал в своих мемуарах коснулся вопроса о том, как проходили выборы в ревкомы. Он писал о том, что в целях внедрения большевистской политики в местную жизнь, в органах управления нужны были люди-марионетки. В деревне Джахри, например, представителей большевиков и генерала Унувара тепло встретил и отвёл в свой дом 70-летний местный житель. У него спросили, кто из жителей села самый бедный. Привели пастуха, которому в приказном тоне объявили, что с этой минуты он является председателем ревкома.

Пастух долго не соглашался, ссылаясь на то, что он безграмотный и ничего не знает. По словам Унувара, откуда было знать несчастному, что рядовые люди не должны были быть образованными. Как раз, наоборот, они должны были быть необразованными, чтобы установилось большевистское управление. Отказ пастуха принять должность продемонстрировало уважение к знанию и науке, которые культивировались правительством АДР в 1918-1920 годах. Однако насильственным образом пастуха назначили председателем ревкома.

Со слов мемуариста, большевики считали, что, вкусив сладость должности и преподносимых ему подарков, пастух попадётся на крючок и в будущем не станет противодействовать приказам. Дальнейшие события подтвердили “правомерность” тактики большевиков.

Унувар указывает в мемуарах, изначально большевики распространяли среди местных жителей теорию о большевистском намерении разделить с бедняком кусок хлеба поровну. Местные жители ждали и не дождались претворения этой теории в жизнь. На втором этапе население убедилось в обратном, увидев, что имеющееся у народа отнимают и отдают членам компартии. Народ, разочаровавшись в политике большевиков, перешел к сопротивлению.

В Нахчыване, как известно, вспыхнуло антисоветское восстание, охватившее Абракунус (сёла Сураб, Аразин, Абракунус) и Шахбузский район (село Кечили и др.). Оно было подавлено с большой жестокостью. Из 89 арестованных повстанцев 50 были расстреляны, остальные – приговорены к лишению свободы на различные сроки, а 3 человека (из них двое с семьями) были сосланы.

Слова большевиков о действиях во имя гуманизма расходились с их делами. Как рассказывал В.Унувар, был даже вопиющий случай, когда расстреляли бедняка за то, что тот требовал возместить убыток и заплатить деньги за унесённые военными вещи.

30 сентября 1920 г. между Г.Орджоникидзе (Баку) и Б.Леграном (Тифлис) состоялся разговор. Б.Легран сказал, что ввиду присутствия турок в Нахчыване необходимо принять все меры, чтобы сделать невозможным какое-либо нападение их оттуда, т.к. Нахчыван по договору находится под охраной Красной Армии.

28 января 1921 г. в селе Джахри, а 18 февраля в селе Гарачух Тиркеш Начхыванского уезда местное население выступило против новой советской власти. Но народные восстания были немедленно подавлены. Возглавил подавление председатель Нахчыванского ЧК Б.Велибеков и член АКП(б), «представитель бакинских рабочих» Ханджан Гусейнов.

Председатель революционного комитета в Нахчыване А.Кадымов в телеграмме от 23 марта 1921 г. сообщал о том, что Нахчыванский край представлял из себя “груды развалин”:В хлебной полосе края, в Шаруре хлебные злаки унесены дашнаками, а Нахчыванский уезд все свои запасы отпустил наводнившим его беженцам и красноармейцам. Скот и даже многие домашние вещи в 1920 году отобраны от населения на нужды армии. Таким образом, красный Нахчыванский край ко времени признания его самостоятельной единицей экономически очутился в крайне безвыходном и критическом положении“.

В телеграмме говорилось, что не было ни одного уголка республики, где не были бы слышны душераздирающие стоны умирающего от голода крестьянина. Между тем, через территорию Нахчыванского края перебрасывали из Персии для Армении десятки тысяч пудов пшеницы, из которых на нужды Нахчывана не выделялось ничего.

В этот период Азербайджанскую ССР наводнило огромное количество беженцев, в основном разорённых крестьян, пострадавших от армянской агрессии. Отдел комиссариата труда для беженцев возглавлял Ахмед бек Пепинов, который приложил немало усилий для улучшения их положения. Бежотдел дал инструкции закупать зерно и раздавать беженцам. Однако продовольственные органы на местах не разрешали уполномоченным бежотдела закупать зерно.

По инициативе А.Пепинова в начале августа 1920 года было созвано совещание под председательством заместителя председателя Азербайджанского Ревкома М.Д.Гусейнова, Продовольственной комиссии XI Армии и Народного комиссариата по продовольствию для обсуждения вопроса о снабжении беженцев продуктами. На этом совещании выяснилось, что заготовку зерна Продовольственная комиссия XI Красной Армии разрешить не может, так как вся республика снабжала XI Красную Армию. А.Пепинов выступил с докладом на коллегии комиссариата и Малом Совете Азревкома, где привёл доводы о необходимости уделить хотя бы минимальное количество зерна для снабжения беженцев и выдачи на засевание. Он просил военное ведомство отвести бежотделу определённый район для заготовок или выдать из своих складов некоторое количество продуктов. Однако и на этот раз Продовольственная комиссия XI Армии ответила категорическим отказом.

Бежотдел вынужден был с согласия Коллегии и санкции Азревкома перейти к денежной помощи (1000 руб. взрослым и 500 руб. детям).

К несчастью, денежная помощь не оказалась эффективной. В условиях дефицита, дороговизны, голода, болезней азербайджанский народ потерял десятки тысяч своих соотечественников-беженцев из Зангезура, Шамахи, Гарабаха, Мугани, Ираванской губернии, Карской области, чудом спасшихся от агрессии армян, но погибших из-за тяжёлых условий жизни. К этому приложила руку и бесчинствующая XI Красная Армия, не подавшая беженцам руку помощи.

Беженцы Зангибасара, Ведибасара, Аралаха, Шарурского, Сурмалинского и отчасти Нахчыванского уездов, Карской области численностью до 1 млн. людей, сбежали в Персию, где от голода и болезней ежедневно умирало до 300 человек. С 1 по 7 августа 1920 г. на берегу Араза было обнаружено до 6000 трупов умерших от голода, укусов змей и насекомых.

В сентябре 1920 г. ЦК АКП (б) послал своего представителя в город Нахчыван, снабдив его 10 миллионами рублей для оказания помощи беженцам, а наркомат здравоохранения – своего представителя с необходимыми медикаментами. Так, увидев эти чудовищные последствия, компартия предприняла хоть какие-то запоздалые меры.

Однако виновными выставили работников Бежотдела. “За халатное, преступное отношение к народному достоянию” работники отдела А.Пепинов, Брон и Плавинский были преданы Верховному Революционному Трибуналу. Следствием было установлено 23 случая безотчётного распоряжения мануфактурой и одеждой, которые выдавались беженцам этими сотрудниками иногда по устным требованиям.

Последствия советской оккупации были настолько тяжёлыми, что положение Нахчывана ещё долгое время оставалось критическим. Политические события 1920 г. сказывались на судьбах людей в Нахчыване спустя много лет. Так, при посещении Закавказья в марте 1925 г. председатель СНК СССР А.И.Рыков был поражён разрухой и нищетой Нахчыванской Автономной Советской Социалистической Республики, назвал её состояние “советским беспорядком” и призвал власти Азербайджана срочно принять меры, чтобы эта автономная республика служила идеям мировой революции, стала образцом Советской республики, а для стран Ближнего Востока – наглядной агитацией за Советскую власть.

Вместо оказания должной помощи руководство Азербайджана, уходя от ответственности, истолковало причины “советского беспорядка” захватом в Нахчыванской АССР государственной власти “ханско-бекским элементом”. В конце марта 1925 года туда была направлена Особая комиссия с неограниченными полномочиями под председательством наркома внутренних дел Азербайджанской ССР М.Дж.Багирова. Секретарь Заккрайкома Г.Орджоникидзе предоставил комиссии право “действовать со всей решительностью”.

Из “чёрного списка” в составе 50 ответственных работников были репрессированы 48 человек. Своим решением Комиссия исключила из партии 13 руководителей, 40 человек были арестованы и в специальном вагоне отправлены в Баку.

Насильственное приобщение разорённого и обнищалого советского Нахчывана к пролетарскому образу жизни успеха не имело. “Нашествие” Особой комиссии на Нахчыван лишь ещё больше опорочило советскую власть.

Таким образом, советская оккупация 1920 года не принесла Нахчывану ничего кроме головной боли. “Интернациональная помощь и освободительная миссия” XI Красной Армии, как об этом писали советские идеологи, на самом деле привела к нищете, разрухе, потере исторических земель и репрессиям. Эти тяжёлые последствия насильственной советизации Нахчывана продолжались и в последующие годы. Репрессии середины 1920-х годов – тому яркое свидетельство.

По материалам Музея истории Азербайджана

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.