Запоздалое признание: об успехах АДР на Парижской мирной конференции (1919—1920)


Парижская мирная конференция (1919—1920) — международная конференция, созванная державами-победительницами в Первой мировой войне для выработки и подписания мирных договоров с побеждёнными государствами. Проходила она в несколько этапов в период с 18 января 1919 по 21 января 1920 года при участии 27 государств. Туда же отправились и посланцы из АДР – команда первых азербайджанских дипломатов, которым довелось в сложных и хаотических условиях Парижской мирной конференции бороться и отстаивать независимость и суверенитет Азербайджана.

7 мая 1919 года члены делегации Азербайджанской Республики прибыли в Париж, разместившись в отеле “Кларидж”, окунулись в сложную, противоречивую обстановку мирной конференции, где им предстояло “…всеми мерами и способами защищать и добиваться полной независимости Азербайджана“.

Примерно год длилось пребывание делегации Азербайджана на Парижской конференции, но это был год напряженной и трудной работы. Обстановка на конференции выявила, что интересы и стремления стран, представленных на ней, далеко не во всем совпадали, а переходили даже в прямые противоречия.

А.Топчибашев, ознакомившись с обстановкой, в одном из первых писем из Парижа, писал: “…как следует в здешних делах… кои, кстати сказать, сами по себе, вообще, мало определены и осложняются все более и более по мере того, как Конференция из области общих суждений переходит к конкретным положениям о будущих взаимоотношениях Allies (союзники ) с остальными государствами“.

А.Топчибашев озабоченно сообщал об экономических трудностях, переживаемых как Францией, так и Англией, которые вызывают движения политического характера, что, бесспорно, сказывается и на работе Конференции и ее комиссий и “… при таком положении всякие свидания, переговоры и, вообще, интересы вновь образующихся государств, в особенности не пользующихся фавором, как наше, не могут стоять в глазах представителей Антанты на главном месте“.

В первый же месяц пребывания в Париже, азербайджанская делегация подала на имя президента США Вудро Вильсона меморандум, в котором высказывалась надежда на понимание положения азербайджанского народа и оказания помощи в следующем: “1) Признание полной независимости Кавказского Азербайджана… 2) Допущение представителей азербайджанского правительства к работе мирной конференции…”.

Ответ В. Вильсона был предельно кратким и конкретным: “…Они не хотят делить мир на мелкие части… Вопрос не может быть разрешён раньше русского вопроса“.

Общность исторических судеб свела на Парижской конференции представителей государств, образовавшихся на территории бывшей Российской империи. Признание их независимости стало побудительным мотивом к сближению и совместным действиям. Эти делегации стали посылать коллективные обращения к руководству Парижской конференции.

В ноте, поданной на имя председателя конференции Ж.-Б.Клемансо 17 июня 1919 года азербайджанской, эстонской, грузинской, латвийской, северо-кавказской, белорусской и украинской делегациями, была чётко сформулирована позиция представляемых ими государств по “русскому вопросу”. В ноте вновь и вновь звучала просьба “...признать незамедлительно их политическую независимость“.

Коллективные обращения к председателю конференции предпринимались неоднократно. Декларацию от 8 октября 1919 года, кроме азербайджанской, подписали грузинская, кубанская, латвийская, литовская, северокавказская, украинская и эстонская делегации.

Основное внимание в обращении отводилось анализу политического положения страны, где “российские большевики стремились на территории всей бывшей России установить диктатуру пролетариата и коммунизма, а российские реакционные круги стремились на той же территории установить свою военную диктатуру и реставрировать прежнюю Россию с порабощением народностей“.

Делегации, подписавшие декларацию, в категорической форме заявляли, что международное разрешение вопроса их государств должно быть разрешено независимо от “русского вопроса”. Декларацию, как и все аналогичные документы, завершала просьба “о признании каждой из поименованных… республик независимым государством“.

Более активные и тесные связи были характерны для республик кавказского региона. В совместном заявлении азербайджанской, северо-кавказской и грузинской делегаций говорилось, что “Делегации кавказских республик имеют честь объявить от имени своих соответствующих правительств, что кавказские республики никогда не согласятся быть снова присоединенными к России“.

Азербайджан всячески старался оградить себя от всевозможных угроз. Так, в частности, 10 сентября 1919 года А.Топчибашев обратился к английскому министру иностранных дел лорду Бальфуру, недоумевая: “Мы не можем себе уяснить, как эта Добровольческая армия, имеющая своим назначением борьбу против большевиков, обращает оружие, даваемое ей со стороны Allies (союзников), против кавказских народностей, и, в частности, угрожать Азербайджану, который сам вел отчаянную борьбу с большевиками“.

Обращаясь к главам делегаций США, Великобритании, Италии и Японии председатели азербайджанской и грузинской делегаций заявляли, что разрешение международных вопросов, связанных с Южным Кавказом, “... должно произойти независимо от “русского вопроса“.

Несмотря на сложную обстановку, члены азербайджанской делегации, проявляя активность, уже в первый месяц своего пребывания в Париже, провели встречи с польской, грузинской, горской, армянской и иранской делегациями, обмениваясь мнениями, вырабатывая программу совместных действий. Но главную и основную свою задачу они видели в необходимости наладить дипломатические связи с главами великих держав и их представителями, от которых зависело признание их независимости. Многочисленные аудиенции, подаваемые меморандумы и ноты, визиты и беседы не приносили желаемого результата.

Союзники не только не ставят на обсуждение вопроса о нашей независимости, но, по-видимому, и не хотят это сделать“, – писал в конце сентября А. Топчибашев в своем донесении правительству.

Вопросу об ориентации было посвящено объединенное заседание грузинской и азербайджанской делегаций, состоявшееся 6 августа в отеле “Кларидж”, на котором присутствовали четверо представителей Грузии и азербайджанская делегация в полном составе. В ходе обсуждения активно высказывались обе стороны.

Чхеидзе считал, что “... наши слабые государства должны иметь подпору в лице поддержки какой-нибудь сильной державы: и в этом отношении мы определенно хотели иметь дело с англичанами“. Обосновав свое заявление, М.Гаджинский высказался так: “Мне кажется, что кроме Англии и у нас другой ориентации не будет“. Но при этом он отметил, что нужно “внешне обставить этот вопрос, как обращение к Лиге наций”. С ним выразили согласие все присутствующие – А.Топчибашев, Дж.Гаджибеков, А.Шейхульисламов и другие.

Избрав своим ориентиром Англию, члены делегации решили, прежде чем обратиться к правительству, сначала переговорить с ее представителями в Париже. Надо признать, что в руководстве АДР сложилось несколько “оптимистическое” мнение по поводу отношения Англии к судьбе Азербайджана. Поведение английских представителей на Парижской конференции развеяло эту иллюзию. Несмотря на обращения делегации министр иностранных дел Бальфур, ссылаясь на занятость, отказывал в аудиенции, извиняясь, благодарил за письма. За дипломатической вежливостью легко прочитывалась позиция английского правительства.

Французская сторона была более откровенной и из заявления министра иностранных дел Пишона следовало, что французское правительство не признает кавказские республики, в частности Азербайджан, ни юридически, ни фактически, хотя они и питают к ним симпатии и изъявляют желание завязать экономические связи.

Согласие президента США В. Вильсона встретиться с азербайджанской делегацией, последние восприняли как “крупное явление”, однако беседа, состоявшаяся 28 мая 1919 года не дала утешительного ответа на главный и волнующий вопрос – о признании независимости Азербайджанской Республики.

Для содействия разрешению задач исключительно политико-дипломатического характера, члены делегации должны были осуществлять и большую работу по информационному ознакомлению участников конференции и европейской общественности с историей, экономикой и культурой Азербайджана.

И как писал А.Топчибашев в памятной записке на имя президента США В.Вильсона: “… мы хотим просить Вас, г. Президент, прежде всего узнать о нас, о нашей стране, о нашем народе от нас же, ибо нам приходится слышать, особенно в прессе европейской и американской, много ошибочных, искаженных, неверных сведений. Правда, о нас еще не знают, мы впервые теперь в Европе, но сможем уверить Вас, что у нас есть все данные к самостоятельной независимой жизни“.

С сентября месяца стал выходить еженедельник “Азербайджанский информационный бюллетень”, за короткий срок было издано 12 номеров. Содержание этих бюллетеней составляют официальные документы, дипломатические ноты, хроника общественной и политической жизни, статистические сведения и другие материалы, которые способствовали ознакомлению европейских политических и общественных кругов с истинным положением Азербайджанской Республики.

За короткое время очень оперативно были изданы цветная географическая карта Азербайджана и три книги -“Кавказская Азербайджанская Республика”, “Экономическое и финансовое положение Азербайджана” и “Антропологический и этнический состав населения Азербайджанской Республики”.

Десятки пресс-конференций, множество интервью различным европейским изданиям, а главное, большая информационная публикация, пропаганда и ознакомление широкой общественности с историей азербайджанского народа, политическим положением и необходимостью признания международным сообществом молодого государства приносили результат.

В июне 1919 года в Париже был создан комитет представителей социалистических партий всех новообразовавшихся на территории бывшей Российской империи республик, в деятельности которого активное участие принимали М.Магеррамов и А.Шейхульисламов.

Комитет, созданный по инициативе известного французского социал-демократа Альберта Тома, председателя “Общества защиты прав национальностей бывшей России”, четырежды подавал протесты министрам иностранных дел союзных держав в защиту интересов молодых республик.

Из письма А.Шейхульисламова и М.Магеррамова своим товарищам по партии в Баку, известно, что они как представители этих стран были приняты Пишоном. Из письма также известно, что на товарищеском обеде присутствовали видные руководители социалистического движения Франции – Кашен, Лонге, Ренодель, Северанн, Пуассон и др. В ходе обмена мнениями выяснилось, что французские социалисты – за создание федерации государств, единодушно выступили против вмешательства союзников во внутренние дела России. Встречи свидетельствовали о полном понимании французскими социалистами политических проблем и задач молодых национальных республик.

1 августа 1919 года в Швейцарии в городе Люцерн предстояло открытие конференции социалистов, на которую социалисты Азербайджана не смогли попасть ввиду отсутствия партийного мандата. Конференция наметила на 1 февраля 1920 года открытие всемирного конгресса социалистических партий, к которому А.Шейхульисламов и М.Магеррамов активно начали готовиться, собирая необходимую документацию. В бюро конгресса европейские коллеги относились “очень сочувственно к азербайджанским социалистам и обещали полную поддержку в предстоящем конгрессе”.

Представители социалистов Украины, Литвы, Кубани, Эстонии и Белоруссии объединились для совместного издания журнала, который издавался на двух языках тиражом в 3,000 экземпляров. Издатели предполагали рассылать журнал “всем крупным политическим организациям и лицам всего мира” и как сообщал А.Шейхульисламов, “в первом номере журнала помещена наша декларация к социалистам Франции. Во втором номере помещено наше прошение в Интернационал“.

Здесь же он сообщает, что “армяне были против принятия нас в Интернационал, указывая на отсутствие у мусульман социалистических организаций“. А.Шейхульисламов настоятельно просил бакинских коллег переслать документы, газеты “Пробуждение”, “Ал байраг”, “Заря” для представления в Интернационал как доказательство существования в Азербайджане социалистических организаций, а также фотографии и материалы для участия в издании журнала.

Защищая интересы Азербайджана, добиваясь признания мировым сообществом своей молодой республики, А.Шейхульисламов и М.Магеррамов прибегли к помощи и поддержке своих европейских товарищей-социалистов.

Направляя делегацию в Париж, правительство АДР предоставляло ей право заключать также и экономические, торговые, финансовые договоры. Этим объясняется, что при разрешении важнейших политических проблем члены азербайджанской делегации изыскивали возможность для решения и чисто экономических вопросов.

Промедление с международным признанием государственности молодых республик порождало расстройство экономической, финансовой и торговой жизни, создавая чрезвычайно тяжёлое положение.

Держа руку на пульсе жизни Азербайджана, члены делегации чутко реагировали на экономическое положение своей страны. Начиная с 19 июня 1919 года, делегация предпринимала серьёзные шаги “практического характера по приобретению разных товаров для Азербайджана, главным образом, от американцев, а может быть, и от французов”. Ведение переговоров было возложено на М.Гаджинского, который вместе с А.Топчибашевым заключил 16 сентября соглашение с гражданином США Максом Робиновым о назначении его финансовым советником азербайджанской делегации на Парижской конференции.

Ведя переговоры с азербайджанской делегацией о приобретении товаров, представители американских деловых кругов настоятельно советовали послать в Америку “несколько лиц, чтобы рассеять впечатление, произведённое пропагандой армян против нас с обвинениями в массовых убийствах армян…“.

Для установления торгово-промышленных связей и более детального ознакомления с регионом Южного Кавказа, в частности, с Азербайджаном, по инициативе и при активном участии всех членов делегации, в Париже был организован комитет “Франция – Кавказ”. 9 августа 1919 года парижская префектура зарегистрировала комитет, первый параграф устава которого гласил: “Комитет создан с целью содействия развитию экономических связей между Францией и республиками Закавказья: Азербайджаном и Грузией”. Президентом комитета был избран французский дипломат и востоковед Эдмон Иппо. Вице-президентом от Азербайджана Мирягуб Мехтиев, от Грузии – М.Сумбатов.

28 августа 1919 года состоялось совместное заседание представителей Азербайджана и Грузии, в повестке дня стоял один вопрос – деятельность франко-кавказского общества. Азербайджан представляли А.Топчибашев, М.Гаджинский, М.Магеррамов и М.Мехтиев. Это заседание еще раз продемонстрировало, как тесно были связаны на Парижской конференции вопросы экономики и политики.

Быстро обговорив необходимость установления почтово-телеграфного сообщения с Кавказом, участники заседания вместе с членом общества Лабри и присутствовавшим здесь де Мози перешли к обсуждению политических проблем. Лабри высказался за поддержку национальностей, отделившихся от России. Мози говорил, что хотя “он относится скептически к национальному вопросу, но он сильно сочувствует кавказским государствам, в частности Азербайджану, как мусульманской стране для поддержания политической вариации в исламском мире”.

Обсуждение вылилось в предложение депутату де Мози выступить в парламенте во время обсуждения мирного договора с запросом по поводу отношения Франции к Азербайджану и Грузии. Ответ министра иностранных дел Пишона на запрос депутата был опубликован в СМИ, как сообщает в своём донесении А. Топчибашев от 22/25 сентября, из него следует, что “французское Правительство не признаёт нас ни юридически, ни фактически, хотя мы фактически существуем, хотя они питают к нам симпатии и хотят с нами завязать торговлю и, вообще, экономические связи“.

В комитете М.Магеррамов, М.Мехтиев и Дж.Гаджибеков вместе с грузинами подготовили ответ по поводу выступления министра Пишона. Комитет “Франция – Кавказ” и по своей идее, и по своим целям имел большое значение для развития экономических связей Азербайджана и Франции. Официальный орган азербайджанского правительства газета “Азербайджан” писала, что этот комитет “… должен… заинтересовать наши торгово-промышленные круги”, которые окажут должную поддержку названному комитету.

Для азербайджанской делегации, борющейся за признание независимости своей республики, острым оставался “русский вопрос”, его разрешение союзными державами. К началу 1920 года картина стала проясняться, и Антанта, державшая, как хороший актер, долгую “паузу”, вынуждена была признать рокировку на полях сражений в пользу Советской России.

Дальновидные деятели убеждались, что политика интервенции не принесла желаемых результатов. Ллойд-Джордж признал интервенцию бесперспективной: “Мысль подавить большевизм военной силой – чистое безумие“.

Более того, мнение Ллойд-Джорджа о необходимости пригласить русских представителей в Париж поддержал Вильсон, подтвердив, что американские войска не пойдут против большевиков и предложил переговорить с советскими представителями. Вопреки позиции Франции и Италии, Ллойд-Джордж выступил с предложением начать переговоры с большевиками ввиду явной невозможности сбросить их силой. Но при этом срабатывали пресловутые двойные стандарты: ведя переговоры с представителями Советской России одновременно “подпитывали” противников, помощь русскому белому движению не прекращалась.

Изменение военно-политической обстановки в мире тут же ощутили представители азербайджанской делегации.

Это явствует из сообщения А.Топчибашева в ноябре 1919 года: “…сейчас политическая ситуация меняется с такой головокружительной быстротой, что положительно трудно остановиться на какой-нибудь определенной комбинации… печать полна, особенно английская, сведениями, касающимися изменения, и, по-видимому, радикального, отношения Антанты к советскому правительству России. Сначала в английском Парламенте, а потом в печати Лондонской и Парижской…уже обсуждаются условия мира (или перемирия), предложенные большевиками”.

Обстановка, складывавшаяся к концу 1919 года в мире, в частности, на Кавказе внесла серьезные коррективы в планы союзников, изменив их позицию по отношению к новым республикам.

Положение в Кавказском регионе становилось чрезвычайно тяжелым. Части Красной армии приближались к Кавказскому хребту, а XI армия уже была на подступах к Азербайджану. 4 января 1920 года Омский правитель отказался от власти, Иркутск перешел в руки большевистского ревкома, Деникин на Северном Кавказе терпел поражение и для союзников “русский вопрос” был снят с повестки дня.

Англия и другие страны Антанты склонялись к прекращению вооруженной борьбы с советской Россией. В январе 1920 года Верховный совет принял решение о снятии блокады с большевистской России.

10 января по предложению Великобритании была созвана сессия Верховного Совета мирной конференции. Выступая с докладом, лорд Керзон обрисовал ситуацию на Кавказе, где успехи большевиков становились реальной угрозой. Поддержав британского представителя, премьер-министр Франции Клемансо предложил включить в повестку дня следующего заседания вопрос о признании независимости Азербайджана и Грузии. И 11 января 1920 года Верховный Совет принял решение, согласно которому союзные государства признают правительства Азербайджана и Грузии “де-факто”.

15 января 1920 года в МИД Франции были приглашены А.Топчибашев, М.Магеррамов, А.Церетели, 3.Авалов и первый секретарь министерства Жюль Камбон официально уведомил их о решении конференции признать де-факто Азербайджан и Грузию.

Признание Антанты было бесспорной заслугой энергичной деятельности, напряженной работы всех членов азербайджанской делегации. Благодаря их усилиям, “общественное мнение Европы и Америки в достаточной степени уже ознакомлено с Азербайджаном, который уже не является “terra incognita”, как это было в начале прошло-го года”.

Азербайджанская Демократическая Республика получила хоть и половинчатое, но все-таки признание “де-факто” мировым сообществом, несмотря на то, что дипломатам и политикам Антанты хорошо было известно, что только “де-юре” по международному праву дает полное официальное признание, устанавливающее факт вступления в международное сообщество нового государства. Вопрос этот беспокоил и членов азербайджанской делегации, вынудив их в конце марта выехать в Лондон ходатайствовать “о признании “de jure” уже признанной “de facto” независимости Азербайджана”.

В меморандуме министра иностранных дел Азербайджанской Республики Ф.Хойского, направленном представителям союзных держав на Парижской мирной конференции пророчески прозвучали слова: “…гражданская война в России достигла своего апогея, и она со всеми своими ужасами докатилась почти до границ Азербайджанской Республики…азербайджанский народ очень в скором времени может оказаться лицом к лицу с грозной опасностью, надвигающейся на него с Севера“.

22 апреля 1920 года был принят закон, второй пункт которого гласил: “Упразднить…учрежденную постановлением правительства от 28 декабря 1918 года азербайджанскую делегацию на Парижской мирной конференции”.

27 апреля 1920 года Парламент, приняв ультиматум Временного Революционного Комитета, сложил свои полномочия. Пала первая Азербайджанская Демократическая Республика. А признание независимости, которого так добивались А.Топчибашев, М.Гаджинский, Дж.Гаджибеков, М.Магеррамов, М.Мехтиев и А.Шейхульисламов, не по их вине, получено было слишком поздно.

По материалам книги “Посланцы Азербайджана на Парижской мирной конференции”

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.