Сокольство в Азербайджане: Бакинские гимнастические общества (1900―1914 гг.)


Михаил Ведерников

История XIX века — время становления наций и формирования новых национальных идеологий. На этом фоне крупные народы Европы предпринимали попытки распространить свое влияние на менее защищенных соседей, подчас отстающих в этом «строительстве».

В подобных условиях малочисленные этносы прибегали к чрезвычайной мобилизации своего национального потенциала, стремясь избежать участи быть поглощенными или смещенными с пути исторического развития, на который они незадолго до этого встали.

Одним из таких явлений, которое должно было обозначить особенный славянский характер чешского народа, его противоположность немецкому духу, стало сокольство (молодёжное спортивное движение). Будучи ответом на существовавшие уже в те годы немецкие (турнерские) спортивно-гимнастические общества, созданные Ф.Л. Яном, сокольские кружки (первый был основан в 1862 г. М. Тыршем) выдвигали в качестве одной из основных идей концепцию славянской взаимности.

Первые объединения с названием Сокол появились в России на Волыни среди чешских колонистов, которые начали переселяться сюда после польского восстания 1863-1864 гг. Российские власти поощряли данную инициативу, поскольку желали ослабить влияние польского, католического элемента в этом регионе.

Однако на остальной территории империи, вплоть до 1907 г., правительство не давало разрешение на организацию обществ с подобным названием.

Изучение чешского сокольства получило широкое распространение в чешской историографии. В то же время если о существовании столичного и московского Соколов специалисты имели хорошее представление, то об особенностях функционирования сокольских ячеек вне крупных городов их осведомленность оставалась минимальной. В этой связи особый интерес представляет изучение бакинского Сокола.

Так, анонимный журналист «Чехослована» («Čechoslovan»), чешской газеты, выходившей в Киеве в 1911–1914 и 1916–1918 гг., писал о его первопроходческом характере в пределах всей империи. Так, помимо того, что Кавказ был первым местом, куда был официально приглашен чешский учитель гимнастики для проведения занятий в школе, здесь в 1907 г. в Тифлисе возникло первое сокольское гимнастическое общество (не только по названию, но и по содержанию).

Также сокольская система физического воспитания была взята за основу подготовки в армейских частях региона. Кроме того, власти поддерживали сокольские начинания в распространении учения. Для этого в 1909 г. попечитель Кавказского учебного округа Н.Ф. Рудольф выделил 1500 руб. на проведение в Тифлисе 5-недельных курсов гимнастики для школьных учителей, поскольку, как говорил колумнист научно-педагогического журнала «Сокол», посвященного вопросам физического воспитания, А. Лукеш, «министерство народного просвещения убедилось в пользе и громадном значении её преподавания».

К 1914 г. на Южном Кавказе существовало четыре сокольских общества (три на грузинских землях — в Тифлисе, Кутаиси, Батуми; одно в Бакинской губернии). Возникновение и размах их деятельности напрямую зависел от размера чешской колонии. Так, наиболее успешное тифлисское объединение было основано в области, где проживало 245 чехов; кутаисское и батумское вместе располагали 167 чехами. В Бакинской губернии жили 149 лиц чешской национальности.

Первое гимнастическое общество в Баку было создано ещё в 1900 г. Как отмечал Й. Сикора, прибывший сюда в 1905 г. из Чехии по приглашению директора мужской гимназии им. Александра III на должность учителя гимнастики, это общество было устроено по принципу турнерской (немецкой) спортивной организации и не смогло долго просуществовать из-за отсутствия опытных руководителей в его рядах, заинтересованных в развитии спортивного движения. Также на момент начала работы чеха в образовательном учреждении уже проводились занятия по физкультуре, однако они базировались на принципах военной гимнастики и не удовлетворяли своим качеством руководство гимназии, поскольку упражнения были «однотипными, скучными и не увлекательными».

Что касается бакинской чешской колонии, то, по сведениям Сикоры, на момент его приезда она насчитывала около 60 человек и в её рядах шло постоянное обсуждение чешских политических новостей, сведения о которых черпались из газет, поступающих сюда из Австро-Венгрии.

Лидером местной чешской общины был директор нефтяных заводов Й. Якль. На своей квартире он регулярно организовывал встречи соотечественников, которые обычно проходили в формате книжных салонов. Сразу же после приезда в Баку Сикора выразил желание открыть здесь местное гимнастическое общество по примеру тифлисского. Оно должно было, по его мнению, оказать позитивное влияние на укрепление чешско-русских отношений. Правда, он с сожалением указывал на разобщенность и отсутствие сплоченности своих земляков.

Только спустя два года, в октябре 1907 г., по инициативе А.И.Емельянова и чехов Й. Сикоры и В. Амброжа было созвано первое учредительное собрание нового гимнастического общества, на котором был разработан проект устава. Не дожидаясь его утверждения, организаторы приступили к проведению занятий в здании училища на Красноводской улице, в доме Багирова.

Спортивное снаряжение было одолжено у члена бывшего турнерского кружка, который предоставил во временное пользование турник, брусья, коня, матрасы и др. Палки и булавы были сделаны местными ремесленниками. Горячие дискуссии вызвал вид предлагаемого костюма. Споры происходили из-за несогласия учредителей общества с предложением о введении безрукавной формы, необходимость которой обосновывалась особенностями прикаспийского климата. В итоге «победил» облегченный вариант экипировки.

18 января 1908 г. устав «Гимнастического общества г. Баку» был утвержден градоначальником. Стоит отметить, что на тот момент среди организаторов общества ещё не сформировалась инициативная группа, стремившаяся бы обозначить его напрямую как сокольское. Возможно, это обосновывалось отсутствием желания участников идентифицировать себя с чешским национальным движением.

Благодаря «добровольной дисциплине и дружной работе» на пятом месяце своего существования 11 мая 1908 г. на площадке Лаун Теннис клуба было организовано первое публичное выступление. Подробные сведения об этом мероприятии можно найти на страницах журнала «Сокол» («Sokol ») (издавался в Праге с 1871 г. и освещал деятельность сокольских организаций как в Чешских землях, так и за рубежом), где авторы заметок писали о символичности события и о вступлении бакинского общества в сокольскую семью, несмотря на отсутствие этого маркера в официальном названии.

Преподавательница гимнастики в женской гимназии св. Нины в Баку Я. Швипель не скрывала своего восторга: «В тот день моя душа мчалась через Закаспийский край, Кавказ, русские степи в те места, где сегодня находится надгробие, величаво свидетельствующее, что глубоко под ним тлеет голова М. Тырша, в которой рождалась бессмертная соколь- ская идея, чтобы опуститься на него и вложить в памятный венок слова — Сокол-Баку-Кавказ».

Как отмечали зрители и участники этого события, успех праздника в моральном и материальном отношении превзошел все ожидания и послужил притоку новых членов и расширению деятельности общества.

Вскоре встал вопрос о необходимости смены спортивного зала, поскольку используемые площади уже не справлялись с потоком желающих заниматься. В этом намерении была получена поддержка от директора бакинского реального училища И.В.Денфера, «большого ревнителя телесного воспитания молодежи», который предоставил помещение своего училища на Николаевской улице. Однако его приходилось делить со студентами учебного заведения, что создавало трудности в составлении графика занятий.

Итогом первого года существования объединения стало то, что в его ряды вступило 108 человек, среди которых были не только русские и чехи, но также грузины, немцы, поляки. Вместе с тем, несмотря на достигнутые обществом успехи, Й. Сикора сообщал о существовании серьезных преград при реализации намерений его организаторов. По его словам, они «тонули в пучине государственной системы».

Прежде всего Сикора имел в виду отсутствие отдельного гимнастического зала и необходимого снаряжения. 1909 год, по словам счетовода А.Трусковского, стал годом «напряженной работы».

В январе были открыты женские курсы под руководством Я. Швипель, расширены кружки для детей и подростков. Успех работы выразился не только в притоке новых последователей (свыше 300) и привлечении на работу дополнительно учителей гимнастики (С. Губачек, Я. Моудры), но и в приобретении имущества на сумму более чем 1600 рублей.

17 мая 1909 г. состоялось второе публичное выступление, в котором приняли участие мальчики, подростки и 46 членов общества. В декабре прошли соревнования, в которых гимнасты состязались в упражнениях на перекладине, брусьях, коне и прыжках в длину.

Следующий 1910 год стал для гимнастического общества кризисным и переломным. Прежде всего это проявилось в оттоке последователей движения и уменьшении доходных статей. В течение года не было публичных выступлений, закрылись курсы для девочек и дам, число действительных членов сократилось до 56 человек. В.Амброж видел причину в том, что «идея телесного развития оказалась недостаточной для соединения лиц различных взглядов».

Возникла необходимость в поиске ориентира, который способствовал бы сплочению членов общества. Неудивительно, что им стало сокольство. Бакинское общество с самого начала своего существования руководствовалось основными принципами братства и равенства, придерживалось сокольской системы, приняло «сокольский внешний вид» и его распорядок.

При этом среди бакинцев возникло течение, которое выступило за переименование общества в «Гимнастическое общество Сокол» и последующее вступление в Союз русского сокольства (СРС). Его руководители исходили из тех соображений, что «обществу без духовной связи с остальными обществами в России, без их моральной поддержки угрожала участь бывших в Баку гимнастических объединений». Однако стоит отметить, что появились и противники подобных перемен, которые считали, что данные реформы приведут к возникновению «национальных и других преград».

Вторая половина 1910 г. была омрачена для общества «тяжелой атмосферой взаимного недоверия». Разногласия в его Правлении привели к тому, что председатель В. Гадасевич и товарищ председателя (заместитель) Я. Георгенбургер отказались от своих должностей. Новым руководителем стал В.Кикодзе, товарищем председателя — В. Амброж. Несмотря на это, 21 декабря 1910 г. предложение о переименовании общества в Сокол потерпело неудачу. Его бойкотировали противники преобразований. Для выведения общества из застойного положения требовалось его обновление.

На протяжении всего 1911 г., который был отмечен отсутствием ярких явлений общественной жизни, шла работа в этом направлении. Так, предпринималась попытка провести это решение через центральную сокольскую организацию в Российской империи. На заседании правления СРС 1 апреля 1911 г. обсуждалась возможность вступления бакинского общества в союз, но это предложение было отвергнуто. При этом отмечалось, что его принятие в «сокольскую семью» могло произойти только после переименования общества и изменения предложенного варианта устава — соответственно примерному уставу сокольских обществ. Внутренние противоречия тормозили реализацию задуманного.

Только 20 декабря 1911 г. состоялось собрание, на котором был обсужден вопрос о переименовании общества и принятии вновь выработанного устава. В ходе оживленных прений было окончательно согласовано постановление о необходимости смены названия, и 9 апреля 1912 г. устав гимнастического об- щества Сокол в Баку был утвержден администрацией Бакинской губернии.

Первое полугодие 1912 г. было посвящено усиленной подготовке к публичному выступлению, которое, после двухлетнего перерыва, состоялось 6 мая 1912 г. во дворе бакинского Коммерческого училища при участии 42 соколов. Несмотря на незначительную рекламу, праздник посетило 500 гостей. Как отмечала местная пресса, успех выступления был весьма внушительный. В этом же году общество вступило в Союз русского сокольства.

Расцвет деятельности бакинского Сокола приходится на 1913 год. В действительные члены было принято 62 человека, что позволило довести численность общества к январю 1914 г. до 92 человек. Преследуя цель расширить узнаваемость общества, его технический комитет устроил 10 февраля «пропагационный» вечер в зале Общественного собрания Баку.

Журналист газеты «Каспий» Р. Родионов отмечал важность работы Сокола и указывал на её значение. Он писал: «В наш век неврастеников и меланхоликов, подагриков и дегенератов, нытиков и трафаретных самоубийц, не удосужившихся найти смысл в жизни, такое зрелище показывает, что человек со здоровым организмом и здоровым духом всегда найдет в ней особое звучание».

5 мая состоялось четвертое публичное выступление Сокола, в котором участвовали 75 гимнастов. Зрители мероприятия отмечали, что все упражнения были исполнены прекрасно и вызвали горячие аплодисменты.

Описывая этот праздник, сотрудник газеты «Баку» заключил свою статью словами о том, что сокольское движение, будучи серьезным и важным общественным делом, постоянно остается в тени, «не шумит и не рекламирует себя». Журналист видел причину этого в том, что сокольство в Баку было «достоянием только буржуазных классов».

Однако, несмотря на видимые успехи Сокола, Й.Сикора выделял недостатки в деятельности общества, которые подтачивали его идейные основы. Прежде всего он выражал сожаление по поводу отсутствия в обществе «преданности общему делу и живого стремления к серьезному участию в нем».

Он отмечал важность распределения работ в обществе между его членами, для того, чтобы каждый сокол чувствовал свою принадлежность к единому целому. Далее Сикора указывал на отсутствие дисциплины в сокольских рядах, которую он понимал как «всё, что направлено к осуществлению прекрасного идеала движения». Третьим «прискорбным явлением», по его мнению, была нехватка чувства братства. Он считал недостаточным проявлять его лишь в стенах общества и гимнастического зала и призывал объединять в рамках общества «все сословия и классы в одно братское целое».

Библиотекарь А. Шмидт говорил об отсутствии желания у членов общества обращаться к специальной литературе, касающейся гимнастики, сокольства и его идей. Не менее печальным было и их отношение к печатному органу СРС, «Вестнику русского сокольства» — на него были подписаны единицы.

1914 год прервал размеренный ход жизни бакинского общества. Сопутствующие началу мировой войны заявления русского царя Николая II и Верховного Главнокомандующего великого князя Николая Николаевича о «братских чувствах к славянам» и стремлении России принести «свободу и осуществление народных вожделений» для австро-венгерских подданных возбудили в участниках сокольского движения желание встать на «защиту угнетенного славянства». В общем призыве СРС говорилось о необходимости «идти в войска».

Несмотря на военное время и связанные с этим ограничения, деятельность сокольской организации в Баку не была приостановлена. Так, в газете «Каспий» можно встретить объявление, в котором жители города информировались о возобновлении занятий с 12 сентября 1914 г. Помимо мужских и дамских курсов сообщалось об открытии курсов для подростков (14-18 лет)36.

Говоря о бакинском Соколе перед Первой мировой войной, необходимо отметить, что особое влияние на его работу оказывали чехи. На протяжении всего существования сначала гимнастического общества, а затем сокольского объединения значительная роль в организации спортивной и общественной жизни принадлежала Й.Сикоре. Будучи главным человеком, определявшим техническую сторону преподавания гимнастики, он смог увлечь бакинцев своими занятиями, показать им преимущества здорового образа жизни.

Между тем, отвечая на вопрос о том, был ли Сокол в России (в нашем случае его бакинское отделение) преемником чешского Сокола, нацеленным на поддержание национальных устремлений народа, или являлся продвинутым гимнастическим кружком, следует указать на следующее.

Прежде всего, желание местных идейных активистов сделать занятия физической культурой инструментом национального сплочения не имело успеха. Анализ списка действительных участников общества на 1 января 1914 г. свидетельствует о наличии в нем только 12 человек с чешскими фамилиями, что является небольшим показателем, учитывая значительную чешскую колонию в городе.

Можно предположить, что современники, не нагружая себя сложными идеологемами, рассматривали спорт в качестве новомодного способа времяпрепровождения.

В свою очередь, тем немногим, кто наделял сокольство высокой миссией национального объединения, удалось проявить свои высокие патриотические чувства на полях сражений Первой мировой войны в составе Чешской дружины.

По материалам журнала “Славянский мир в третьем тысячелетии”

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.