Чаша из Хасанлу: источник для изучения верований в древнем Азербайджане


А.Керимова

Вопросы геральдики и символики Азербайджана в силу целого ряда объективных и субъективных причин малоизучены. И если в годы независимости увидели свет ряд исследований, посвященных символике XIX- XX веков (знамена, атрибуты власти и др.), относительно символики в древнейший период очень мало работ, при том, что вещественный материал (в том числе декоративного и иллюстративного характера), т.е., реальные источники, довольно обширен и разнохарактерен.

В данном материале речь идет о символическом значении знаменитой золотой чаши из города-крепости Хасанлу (по названию ближайшего селения) – резиденции царей древнейшего государства на территории Азербайджана – Манны.

Чаша из Хасанлу была довольно хорошо изучена, и на эту тему был опубликован ряд статей, среди которых надо в первую очередь выделить работу самого Роберта Дайсона, археолога, нашедшего золотую чашу. Но в своей статье Дайсон описывает, прежде всего, саму крепость и процесс раскопок.

Детальное изучение чаши он доверил искусствоведу и археологу Эдит Пораде. В статье «Чаша из Хасанлу», вышедшей в весеннем номере журнала «Expedition» за 1959 год Эдит Порада дала подробное описание чаши (размер, материал, фигуры, изображенные на чаше) и попыталась провести идентификацию изображений на базе хурритской, касситской и шумерской мифологии.

Чаша многократно обсуждалась в многочисленных статьях и публикациях. В статье «Золотая чаша из Хасанлу.Тридцать лет спустя» Ирен Витер попыталась суммировать все предыдущие публикации и подвести своеобразный итог. Чаша также была упомянута в работах Л.Бретаницкого, Р.Эфендиева, С.Ахмедова и А.Васильева.

Вышеуказанные исследователи не рассматривали чашу с точки зрения изучения символики и верований древнего Азербайджана.

С 1956 по 1974 гг. команда археологов Музея археологии и антропологии Пенсильванского университета (г.Филадельфия, США), Музея Искусств Метрополитен (г.Нью- Йорк, США) и археологическая Служба Ирана проводили совместные раскопки в долине р. Сулдуз, к юго-западу от озера Урмия (Иранская провинция Западный Азербайджан). В результате раскопок был обнаружен укрепленный город с дворцом, использовавшийся как резиденция царей Манны.

Руины крепости Хасанлу

Позже руководитель проекта, Роберт Дайсон напишет, что «город был настолько процветающим, что мы буквально оказались под лавиной артефактов».

В I тыс. до н.э. Хасанлу был застроен двух и даже трехэтажными домами, центр города был увенчан высокой цитаделью, укрепленной мощными стенами. Выгодное стратегическое положение Хасанлу, расположенного на пересечении торговых путей, соединяющих Месопотамию и Анатолию, стало причиной расцвета города и причиной его падения. Хасанлу постоянно привлекал взоры могущественных соседей – Ассирии и Урарту.

В 800 г. до н э. город пал под ударом урартских захватчиков. Перед археологами предстала картина трагедии, развернувшейся почти три тысячи лет назад, когда хаос вторжения был усугублен пожаром.

В результате раскопок было обнаружено десять культурных слоев. Находки последнего слоя – скелеты убитых, обломки оружия, разбитые предметы обихода, свидетельствовали о жестоком бое и последующем пожаре. В этом слое, представлявшем собой смесь пепла и гальки, хорошо сохранились более 200 скелетов, поэтому Хасанлу нередко именовали «Помпеями Ближнего Востока”.

Расопки в Хасанлу

В результате пожара рухнуло перекрытие главной башни крепости, придавив собой троих воинов, пытавшихся вынести самое ценное. Во время раскопок, около кисти одного из них, блеснул золотой брусок. Уверенный, что он обнаружил золотой браслет, Дайсон продолжил раскопки, вскоре он извлек из земли золотой сосуд, с выгравированными на ней фигурами людей и животных.

Эта находка разделит его жизнь на до и после, он станет известен как археолог, нашедший «ту самую чашу из Хасанлу». Чаша вызвала широкий резонанс : в 1958 году в 223 номере газеты «Illustrated London News» выходит статья под названием «Found in Persian Azerbaijan: A Unique Mannaean Golden Bowl»,а журнал «Life» посвятил находке целый разворот («The secret of a Golden Bowl», Life Magazine).

Долгое время не утихали споры о том, при каких обстоятельствах чаша оказалась в руках трех воинов. Были ли эти воины защитниками крепости, пытавшимися вынести из хаоса и огня самое ценное, или же перекрытие крепости обрушилось и придавило собой захватчиков?

В последствии, чашу отдали на хранение в Тегеранский Археологический музей. Высота чаши составляет 20 см, диаметр обода 18 см, диаметр основания 15 см, толщина стенок 4.6 мм.

Сосуд был найден в сплющенном состоянии, тем не менее, его форму принято считать чашей, но, по мнению археолога из Бостонского университета Майкла Данти, форму сосуда можно охарактеризовать как кубок. Неясным является и вопрос, о месте ее изготовления, но судя по другим предметам, найденным в крепости, а также по останкам мастерской по металлообработке, относящейся к слою Хасанлу IV чаша могла быть работой местных мастеров.

Нет определенного мнения, и относительно точной датировки чаши, так как Хасанлу пал в 800 г. до н.э. большинство ученых склоняется к мнению,что он была изготовлена между 1000 и 800 гг до н.э. Чаще всего указывается датировка 900 г. до н.э.

В то же время ряд исследователей, вслед за Э.Порадой полагает,что чаша была изготовлена намного раньше, в 1250-1000 гг. до н.э. Эта датировка связана со стилистическими параллелями чаши с аналогичными изделиями из Месопотамии, датированными концом II тыс. до н.э.

Все пространство чаши условно разделено на три горизонтальные полосы. В верхней полосе изображены три фигуры, каждая из которых находится в колеснице. Две колесницы запряжены мулами, третью везет бык. Они одеты в похожие рубашки с короткими рукавами, поверх которых наброшены накидки с бахромой. Перед колесницей, запряженной быком, стоит человек с чашей в руках, рядом с которым изображены два человека, ведущие перед собой животных.

Для того чтобы передать ниспадающие на плечи волосы богов была использована сложная техника гильоширования (процесс гравировки на поверхности металла сетки волнистых, закономерно переплетающихся линий). Средняя полоса заполнена фигурами, не связанными единым мотивом.

Здесь представлены: фигура лучника с колчаном за спиной, орел, держащий в когтях женщину, всадница верхом на льве, с зеркалом в вытянутой руке, ниже которой расположены мужские фигуры с оружием в руках, атакующие диморфное существо и три кинжала, острия которых направлены вниз. В нижней полосе сосуда представлена группа мужчин, стоящих рядом с пустым троном и женщина, протягивающая своего младенца мужчине.

Одной из самых интересных композиций чаши является противостояние длинноволосого мужчины и некоего монстра, нижняя часть туловища которого изображена в форме горы, покоящейся на льве и трех волчьих головах. Потоки воды, извергаемые быком, изображенным, на верхней полосе стекают и заполняют пространство рядом с волчьими головами, служа звеном, связующим нижнюю и верхнюю полосы чаши. Справа от монстра изображена женская фигурка в мантии, стоящая на двух овнах.

На чаше отсутствует какой-либо текст. Каждая из полос чаши затрагивает определенный аспект древней мифологии, причем выделенный статус и символика (бык – один солнечных символов, лучи света и огня, ниспадающие с плеч, головной убор, увенчанный полумесяцем), сопутствующая фигурам в запряженных колесницах говорит об их принадлежности к высшему пантеону богов.

Также отличительной чертой является прическа: так, если для богов характерны распущенные волосы, то прическа человека с чашей в руках, по-видимому, жреца, представляет собой зачесанные на лоб волосы и выбритый затылок. Первая фигура, в колеснице, запряженной быком, извергающим потоки жидкости, ассоциируется с богом бури. Второе божество изображено с крыльями (лучами) и диском над головой.

Голову третьей фигуры, венчают пара бычьих рогов и полумесяц, которые являются атрибутами бога Луны. Вместе они составляют триаду верховных божеств. Жрец с чашей в руках и двое мужчин ведущие за поводья овнов, этих животных приносили в жертву богам, символизируют обряд возлияния.

Основание чаши

Донная часть сосуда также содержит изображения: ровный квадрат, окруженный с четырех сторон изображениями коз, вписан в круг. Квадрат, внешне напоминающий шахматную клетку, состоит из ста мелких ячеек. В древнем мире десятка рассматривалась в качестве числа абсолютного, как символ целостности, завершённости и совершенства, а число сто, то есть десятка, возведенная в квадрат выступала как символ «полноты полнот». Что касается изображения коз, то по мнению Н.Рзаева, предки азербайджанцев почитали козу как символ солнца.

Тщательная прорисовка трех кинжалов, изображенных на чаше, позволяет предположить что один из кинжалов, с гардой в форме полумесяца, абсолютно идентичен как кинжалам обнаруженным на территории Хасанлу, так и кинжалам, обнаруженным в гробницах XII-XI вв до н.э, найденных восточнее Хасанлу, в окрестностях Каспия.

Что касается самой формы чаши, то по мнению Е.Г.Рудневой в основе универсального трансисторического символа Чаши лежит восходящее к мифологии представление о полярности сущностных начал человеческого бытия, о смерти и воскресении, о плотском и духовном, о временном и вечном.

Чаша изготовлена из золота, которое, по мнению историка-востоковеда Л.А.Лелекова символизировало в глазах древних воплощение идей бессмертия, вечности, всемогущества ассоциировалось с солнцем.

Наличие большого числа солярной символики: бык, колесо, нимб в виде лучей света, лев со свастикой также, как и сам металл, из которого изготовлена чаша свидетельствует о доминирующем положении Солнца и верований, связанных с ним. Следовательно, можно предположить что, чаша из Хасанлу была одним из предметов, связанных с культом Солнца на территории древнего Азербайджана.

По материалам Музея Истории Азербайджана

*Все фото и изображения в материалах принадлежат их законным владельцам.