Женщины Карабахской войны: Кёнуль Гахраманова


Обычно в Агдаме июль выдается на редкое жарким. Но в кабине старого советского “внедорожника” уверенно покорявшего дорогу в сторону Еддихырмана, было прохладно. Наблюдая за народным поэтом Бахтияром Вагабзаде, не привыкшим к таким температурам, водитель, как бы успокаивая его, сказал:

– Бахтияр муаллим, потерпите немного, валлах, наверно будет прохладнее.-Прибавив скорости, добавил: – Знаете, как обрадуются встрече с вами солдаты.

Мудрый поэт, заметив радость в глазах молодого водителя, ничего не ответил. Зато сидевший рядом ответственный секретарь Шекинского зонального отделения Объединения писателей Азербайджана Теймур Xалилов спросил водителя, долго ли им еще ехать.

– Совсем немного, за 10-15 минут доедем. Заранее предупреждаю вас обоих: там вас ждет настоящий шекинский сюрприз…

Бахтияр Вагабзаде, часто выезжавший в последнее время во фронтовую зону, призадумался, услыхав от водителя про сюрприз, тем более связанный с его родным Шеки.

В тот день и Вагабзаде и Халилов были почетными гостями личного состава войсковой части, дислоцированной на одной из высот Еддихырмана. Удобно рассевшись за столом под тенью деревьев, они беседовали с защитниками Родины, попивая крепко заваренный солдатский чай.

Командир части все еще находился под впечатлением недавней встречи с Бахтияром Вагабзаде. По его мнению, подобные встречи с известными и почитаемыми в народе людьми очень важны для поддержания духа патриотизма, воспитанию солдатов. Вдруг послышался голос водителя. Вместе с ним к командиру и гостям подошли офицер и девушка-боец. Командир части, посмотрев на водителя, загадочно улыбнулся, и кивком указал на офицера.

Солдат, сделав два шага вперед, четко отрапортовал: Товарищ командир, рядовая Кёнуль Гахраманова по вашему приказанию прибыла.

Командир не успел дать команду “Вольно”, как Вагабзаде повернулся в сторону девушки. Халилов, почувствовав в ее речи шекинский акцент, понял о каком сюрпризе говорил в дороге водитель.

За столом завязался интересный разговор, Кёнуль отвечала на все вопросы своего знаменитого земляка, рассказала о семье, родителях, школе; о том, как попала на фронт, участии в боях.

Видя, что Кёнуль скромничает, командир решил сам представить гостям отважную девушку: “Бахтияр муаллим, наша 19-летняя Кёнуль не просто обычный солдат, она еще и медсестра. Очень смелая и бесстрашная, мы гордимся ею. Не раз приказывал ей не рисковать во время сражения, беречь себя. Откровенно говоря, мы сами не хотим, чтобы она оставалась здесь. Но что поделать – уговоры на нее не действуют, Кёнуль настаивает на своем.

Прибывший вместе с ней офицер поведал гостям о боевых, почти легендарных подвигах девушки.

Небо над Еддихырманом медленно темнело, гости собирались в обратный путь. Кёнуль проводила земляков до машины…

*****

Кенюль Гахраманова родилась и выросла в Шеки, в школе не отличалась от сверстников чем-то необычным – словом, была такая же, как и все. Хотя одноклассники в один голос утверждали обратное: Кёнуль оказалась не просто способной ученицей, но и отличалась почти мужским характером, была очень ловкой и самостоятельной, могла постоять за себя.

Глядя на слабых мальчиков, жалела их и возмущалась, почему не родилась мальчиком. Не соглашаясь с этим и как бы назло, Кёнуль с 8-го класса не снимала брюки и надевала папаху. Хотя мать не поощряла такой костюм дочери, всячески противилась этому, отец Кямран не обижал дочку, даже называл ее “сыном”. Кёнуль это особо нравилось и она всегда гордилась перед сестренкой Айнур, что папа понимает и поддерживает старшую дочку.

Не сумев поступить в Университет культуры и искусства, она не расстроилась. Но события кровавого и черного 20 января 1990 г. духовно потрясли ее. Чудовищная смерть невинных и беззащитных людей – стариков, женщин и детей, геноцид против целого народа не могли не вызвать обиду в душе Кёнуль. Она жила мечтой и надеждой отомстить за все эти унижения и оскорбления, выпавшие на долю ее народа.

Эта юная девушка, только вступившая в большой и потому еще очень непонятный для нее мир, полный любви и гнева, добра и зла, верила, что может изменить ход времени и найти справедливость. Она думала, что если народ встанет на защиту Карабаха, можно отстоять земли, спасти Родину. Эта мысль не покидала Кёнуль, и с середины 1991 г. она решила отправиться на фронт.

Она ждала удобного момента и никому не говорила о своем решении. Даже поступая на 6-месячные курсы медсестер скрыла цель учебы на медика.

Только закончив курсы и считая себя готовой к службе, поделилась об этом с сестрой: Айнур, меня зовет дух погибших в Карабахе. Не останавливай меня, я должна быть там. Мое решение окончательно, но пока ничего не говори домашним.

Айнур, поняв бессмысленность уговаривания сестры, обняла ее и не смогла сдержать слез.

После беседы с сестрой Кенуль попросила у родителей разрешение поехать в Баку к дяде. Отец и мать не возражали, даже слезы Айнур посчитали обычным делом.

Вернувшегося после работы домой дядю Кёнуль – Рафига “обрадовали” домашние: племянница не вернулась, ушла утром и ничего не сказала. Было о чем беспокоиться – времена тяжелые, на улицах ни души, да и сообщение по телевизору о пропавшей без вести девушке не на шутку разволновали дядю. Если бы не увидели на кровати племянницы письмо, в ту ночь на верняка никто бы не уснул. Всего два предложения разъяснили ситуацию: “Не предупредив вас, отправилась н фронт. Простите меня. Кёнуль. 20.11.91”.

*****

Командир части назначил Кенуль в передвижную санчасть, и пока запретил допускать ее к настоящим боям.

Поначалу трудно было привыкать к тяжелому режиму в передвижной санчасти. От запаха лекарств, шума можно было задохнуться и оглохнуть. К тому же суровый военный быт, уставные отношения. Но для медсестры Кёнуль, добровольно выбравшей свой фронтовой путь, это только помогало быстрее достичь цели.

Она служила в госпиталях и санитарных частях Ходжалы. Лачина, Шуши, помогла сотням раненных, скольких вытащила с поля боя. В самые трудные минуты Кёнуль была опорой бойцов – кого-то кормила с ложки, кому-то помогала писать домой письма. Но все это для нее было обычным делом. Кёнуль рвалась в бой.

Она могла обращаться с оружием, ее считали снайпером – ни одна пуля не проходила мимо цели. На поле боя она хотела выйти ради мести за смерть безвинных людей. Наконец, наступил этот долгожданный для нее день. Первое боевое крещение Кёнуль прошла в Гёранбое.

Батальон, где служила медсестра Гахраманова, получил приказ освободить оккупированный армянами населенный пункт. Азербайджанские бойцы заняли позицию на правом фланге. Враги скрылись в лесу и держали оборону. Кёнуль хотя была немного взволнованна, но совершенно не боялась. Четко выполняла приказы командира, вместе с товарищами открыла огонь по врагу. Как снайпер, она хорошо различала цель.

Двое армян готовили к бою крупнокалиберный пулемет на никем незаметной точке. Кёнуль, прицелившись, нажала на курок. Она отчетливо слышала рев одного армянского фашиста. Выстрел отважной медсестры настиг и второго врага, собиравшегося сбежать. Операция прошла успешно. Хотя Кёнуль не отличалась суеверием, но действительно ее нога оказалась легкой.

Кёнуль довелось не раз участвовать в подобных сражениях и в Гёранбое, и в Лачине, и вокруг Агдама.

*****

… В Шеки накрапывал золотой осенний дождик. Отец Кенуль – Кямран, остановив свой автобус перед воротами, только вошел в дом, как Айнур потребовала от него магарыч за хорошую весть: Папа, Кёнуль звонила, сказала маме, что через десять дней – 9 октября будет на параде в Баку, оттуда приедет домой.

Сказанное дочерью подтвердила и жена. В тот вечер дома говорили только о ней. Наутро Айнур оповестила соседей о скором приезде Кёнуль.

Но ей не суждено было вновь увидеть родных. 30-го сентября, в одном из боев в Агдамско-Агдеринском направлении, медсестра Кёнуль Гахраманова была тяжело ранена. Как рассказал ее боевой товарищ – Кямиль Рзаев, несмотря на потерю крови, Кёнуль не прекращала стрельбу, не спускала палец с курка. Ее смогли вытащить из окопа после того, как она потеряла сознание.

К сожалению, было очень поздно. Спасшую десятков солдат от неминуемой гибели, саму Кёнуль оказалось невозможным вырвать из когтей смерти. На двадцатом году жизни она покинула этот мир…

… Как-то в Шеки, по Алее шехидов шел народный поэт Азербайджана Бахтияр Вагабзаде. Глядя на портреты на надгробьях, он глубоко вздыхал. Вдруг поэт неожиданно остановился. Его внимание привлекло знакомое лицо. Милая девушка в военной форме напомнила село Еддихырман. Да, он не ошибся – это была та самая Кёнуль Гахраманова.

По книге Земфиры Магеррамли “Карабахская война: сражались и женщины”. Перевод с азербайджанского П. Рустамзаде

Материал – часть серии “Женщины Карабахской войны

*Все фото и изображения принадлежат их законным владельцам. Логотип - мера против несанкционированного использования.