Олег Даль: Опальный актер


О. БУЛАНОВА

Замечательный советский актер – Олег Иванович Даль (1941-1981) прожил до обидного короткую жизнь, но оставил неизгладимый след и в истории кино, и в душах зрителей. Он был не только актером, но и поэтом, постановщиком спектаклей.

В 1959 г. Даль окончил школу и решил поступать в Высшее театральное училище имени Щепкина. Родители были категорически против, кроме того, Даль с детства картавил.

На экзамене Даль читал монолог Ноздрева из “Мертвых душ” и отрывок из “Мцыри” своего любимого Лермонтова. По результатам вступительных экзаменов Олега зачислили на первый курс. На курсе с ним учились Михаил Кононов, Виктор Павлов, Виталий Соломин.

В 1962 г. на Даля обратили внимание сразу два режиссера – Сергей Бондарчук и Леонид Агранович. Бондарчук пригласил Даля попробоваться на роль младшего Ростова в “Войну и мир”, но пробы Даль не прошел, а Агранович утвердил его на главную роль в картине “Человек, который сомневается”.

Попав в “Современник”, Даль в течение пяти лет не играл значительных ролей (не считая Генриха в “Голом короле”,. Но даже роли второго плана не оставляли зрителей равнодушными.

Очередной картиной с участием Олега Даля стал фильм режиссера Исидора Анненского “Первый троллейбус”. Он был снят в 1963 г. на Одесской киностудии. В картине также снялись Михаил Кононов, Евгений Стеблов и Савелий Крамаров. Фильм вышел на экраны страны в 1964 г. и был хорошо принят публикой.

В начале 1966 г. Даля нашел режиссер Владимир Мотыль, который собирался ставить фильм по сценарию Булата Окуджавы “Женя, Женечка и “катюша”. Исполнителя на главную роль у режиссера не было, но двумя годами ранее, когда он собирался снимать “Кюхлю” по произведению Ю.Тынянова, коллеги настоятельно рекомендовали ему посмотреть на Даля. Мотыль Даля так и не увидел, но фамилию запомнил. И теперь решил познакомиться.

Режиссер вспоминал:

“Первая же встреча с Олегом обнаружила, что передо мной личность незаурядная, что сущность личности артиста совпадает с тем, что необходимо задуманному образу. Это был тот редкостный случай, когда артист явился, будто из воображения, уже сложившего персонаж в пластический набросок. Короче, тогда мне казалось, что съемку можно назначить хоть завтра. К тому же выяснилось, что Даль уже не работает в театре и поэтому может целиком посвятить себя кино. На нем был вызывающе броский вишневый вельветовый пиджак, по тем временам экстравагантная, модная редкость. Ему не было еще двадцати пяти, но в отличие от своих сверстников-коллег, с которыми я встречался, и которые очень старались понравиться режиссеру, Олег держался с большим достоинством, будто и вовсе не был заинтересован в работе, будто и без нас засыпан предложениями. Он внимательно слушал, на вопросы отвечал кратко, обдумывая свои слова, за которыми угадывался снисходительный подтекст: “Роль вроде бы неплохая. Если сойдемся в позициях, может быть, и соглашусь”.

В момент выхода фильма “Женя, Женечка и “катюша” Даль снимался в очередной картине режиссера Н.Бирмана “Хроника пикирующего бомбардировщика”, в которой сыграл роль летчика Соболевского.

Созданный актером образ умного и обаятельного парня, придумавшего фирменный ликер под названием “шасси”, понравился зрителям. После выхода фильма на экран молодежь стала так называть крепкие напитки, а Даль стал одним из самых популярных актеров советского кино.

Надежда Кошеверова вспоминала:

“Моя первая встреча с Далем произошла во время работы над фильмом “Каин XVIII” в 1962 г. Второй режиссер, А.Тубеншляк, как-то сказала мне: “Есть удивительный молодой человек, не то на втором курсе института, не то на третьем…”. И действительно, я увидела очень смешного молодого человека, который прелестно делал пробу. Но потом оказалось, что его не отпускают из института, и, к сожалению, в этой картине он не снимался. Когда я начала работать над фильмом “Старая, старая сказка”, Тубеншляк мне напомнила: “Посмотрите Даля еще раз. Помните, я вам его уже показывала. Вы еще тогда сказали, что он очень молоденький”. Основываясь на том, что я уже видела на пробах, и на своем представлении, что может делать Олег, хотя я с ним еще и не была знакома, я пригласила его на роль. Несмотря на все мои предположения, я была удивлена. Передо мной был актер яркой индивидуальности. Он с интересом думал, фантазировал, иногда совершенно с неожиданной стороны раскрывал заложенное в сценарии. Своеобразная, ни на кого не похожая манера двигаться, говорить, смотреть. Необычайно живой, подвижный”.

“Худсовет был против Нееловой, – вспоминал Георгий Штиль, сыгравший телохранителя принцессы. – Тогда мы втроем – я, Кошеверова и Даль – решили отстоять Мариночку.

Пришли на очередное заседание, и Кошеверова решительно заявила: “Либо играет Неелова, либо я эту картину ставить не буду”. Старички почесали голову и решили уступить настойчивости режиссера”.

Именно Кошеверова предложила снять Даля своему коллеге по режиссерскому цеху Григорию Козинцеву в его фильме “Король Лир” в 1969 г. Козинцев тогда хотел снять в роли Шута Алису Фрейндлих, но она была на восьмом месяце беременности и сняться в картине не могла. Была сделана проба с Далем, которая Козинцеву очень понравилась, и актер был утвержден на роль, которая оказалась одной из лучших в его послужном списке.

Фильм “Король Лир” вышел на широкий экран в 1971 г. и завоевал несколько призов за рубежом на фестивалях в Чикаго, Тегеране и Милане. В тот год Даль покинул труппу театра “Современник”.

Когда театр готовился к постановке “Вишневого сада”, Олегу досталась в нем роль Пети Трофимова. Однако Олег сказал, что эту роль играть не будет. Но предлагать ему другую роль никто не собирался, и Олег принял решение уйти из театра. Напряженные отношения Даля с руководством и частью труппы “Современника” периодически возникали на протяжении всех трех лет его повторного пребывания в этом театре.

Причем, актер часто сам провоцировал окружающих. В 1975 г. во время спектакля “Валентин и Валентина” Даль внезапно присел на краешек сцены и, обращаясь к сидевшему в первом ряду мужчине, попросил: “Дай прикурить!”. Зритель дал, посчитав, что в этом спектакле есть такая сцена. По этому поводу было созвано общее собрание труппы, актеру за его “хулиганский поступок” объявили выговор.

В начале 70-х Даль сыграл несколько ролей, о которых всегда вспоминал с большим удовлетворением. У Кошеверовой в “Тени” он сыграл сразу две роли – Ученого и его Тени. У Иосифа Хейфица в “Плохом хорошем человеке” Даль сыграл Лаевского.

На телевидении в 1973 г. он сыграл сразу три заметные роли: Марлоу в “Ночи ошибок”, Картера в “Домби и сыне”, и Печорина в “По страницам журнала Печорина”. Сыграть Печорина – это была мечта его детства.

Тогда же он сыграл роль, которая позже ему очень не нравилась – роль певца Евгения Крестовского в фильме “Земля Санникова”. Эту картину в 1972 г. сняли на “Мосфильме” два режиссера – Альберт Мкртчян и Леонид Попов. На роль Крестовского первоначально был выбран Владимир Высоцкий, однако его запретило снимать киношное начальство, и тогда в поле зрения режиссеров появился Даль. Ему выслали в Ленинград сценарий, он с ним ознакомился и дал согласие сниматься.

Однако в ходе съемок недовольство все больше охватывало как самого Даля, так и исполнителя другой главной роли – Владислава Дворжецкого. Они считали, что из серьезного сценария получалось дешевое зрелище с песнями. Несколько раз дело доходило то того, что оба актера хотели покинуть съемочную площадку. Они доиграли до конца, но отношения актеров с режиссерами были испорчены окончательно.

В итоге, исполненные Далем песни перепел Олег Анофриев, так как режиссер настаивал на том, чтобы Даль их перепел по-другому, но актер отказался. Несмотря на критические отзывы о фильме исполнителей главных ролей, “Земля Санникова” была встречена публикой с огромным восторгом.

А сам Даль записал в своем дневнике: “Июнь. Радость ИДИОТА. Мечты идиота. Мечты идиотов и т.д. А мысли мои о нынешнем состоянии совкинематографа. (“Земля Санникова”) Х и Y – клинические недоноски со скудными запасами серого вещества, засиженного помойными зелеными мухами. Здесь лечение бесполезно. Поможет полная изоляция”.

В течение 1973 и 1974 годов Олег Даль снялся в трех кинофильмах – “Звезда пленительного счастья”, “Горожане” и “Не может быть!”, и в двух телефильмах – “Военные сороковые” и “Вариант “Омега”.

Режиссером картины “Вариант “Омега” был бывший греческий подданный Антонис Воязос, интернированный в Советский Союз, окончивший ВГИК и ставший режиссером документальных и музыкальных фильмов.

Ему, по странному стечению обстоятельств, и были доверены съемки пятисерийной картины о работе советского разведчика в фашистском тылу. На роль немецкого разведчика барона фон Шлоссера первоначально был выбран Валентин Гафт. Однако вместо него позже взяли Игоря Васильева. А на роль советского разведчика Сергея Скорина киноруководством был предложен Андрей Мягков.

Однако режиссер стал возражать: “Такую роль должен играть человек, который меньше всего похож на нашего традиционного разведчика”, – высказал свои возражения Воязос. “Кого же это вы имеете в виду? – спросили в ответ. – Уж не Савелия ли Крамарова?” И режиссер ответил: “Олега Даля”.

Даля на эту роль утвердили, 2 июня он подписал договор об участии в съемках фильма “Не ради славы” – так первоначально называлась картина, и вскоре вместе с группой выехал на натурные съемки в Таллинн.

Уже на второй день съемок Даль записал в своем дневнике: “Имел разговор с директором и режиссером по поводу халтуры. Если это вторая “Земля Санникова”, сниматься не буду”. К счастью, опасения Даля не оправдались.

В конце 70-х, после запрета фильма “Отпуск в сентябре” и постоянных отказов Даля от приглашений известных режиссеров он постепенно заработал репутацию опального актера. До 1977 г. актер в течение десяти лет был “не выездным”, и ему не разрешали покидать пределы СССР.

В 1980 г. с большим трудом удалось утвердить Даля на роль в картине “Незваный друг”. Перед пробами произошел конфликт с руководством киностудии “Мосфильм”, который Даль пережил очень тяжело. Знакомые и коллеги отзывались, что выглядел он в последние месяцы жизни очень плохо, был в состоянии нервного и физического истощения.

Актер злоупотреблял спиртным и даже принял меры для того, чтобы превозмочь свою предрасположенность к алкоголю. По свидетельству вдовы Даля, Елизаветы, у него было слабое здоровье и больное сердце. Несмотря на это, работал он на износ и часто конфликтовал с режиссерами, не желая сниматься в фильмах и работать в спектаклях, которые ему были не по душе.

Олег Даль ушел из жизни 3 марта 1981 г. в гостинице, во время творческой командировки в Киеве. По распространенной версии, сердечный приступ был спровоцирован алкоголем, который было противопоказан больному, “зашитому” противоалкогольной капсулой.

Вдова актера отрицает эту трактовку, считая, что он просто скоропостижно скончался во сне “от остановки сердца”. Прощание с Олегом Далем состоялось 7 марта 1981 г. в зале Малого театра. Похоронен в этот же день на Ваганьковском кладбище в Москве.